Добро пожаловать на сайт фантастики, которая нас окружает в фильмах, играх и книгах. У нас Вы сможете прочитать захватывающие фантастические рассказы, посмотреть фэнтези картинки и просто пообщаться с единомышленниками; Путешествуйте виртуально в параллельные миры где вас ждут драконы, эльфы, вампиры, ангелы и другие герои.


    Свободное рекламное место

Warhammer: Хаос

Дата: 8.10.2009
Категория: Интересности
  • 100


Хаос

Хаос — это могущественная сила, повисшая будто меч на всеми смертными расами этого тёмного и мрачного мира. Народы Старого Света живут в постоянном страхе перед Хаосом. Для них — он зло, разъедающее общество и создающее на их границах ужасающие армии; разрушительная сила, подвластная только странным и жестоким Тёмным богам. Далеко на севере Старого Света лежит его оплот — Владения Хаоса, место зарождения извращённых чудовищ и пристанище бродячих банд.

Немногие жители Старого Света когда-либо побывали во Владениях Хаоса, однако молва говорит о земле кромешной тьмы, которую освещают лишь огромные столбы пламени. Мифы повествуют о времени, бегущем назад и о земле, где великие воители прошлого сражаются до сих пор, попав в ловушку в бесконечном мире вечной битвы. Байки о неисчислимых искажениях времени и пространства, изменяющихся и трансформирующихся самым непредсказуемым образом, можно услышать во многих кабаках Старого Света.

Из этого кошмарного региона выходят армии Хаоса. Когда армии движутся на юг, Владения Хаоса разрастаются, питаясь бойней сражений и неистовством разрушения, внушая ужас в сердца врагов. Сама земля изменяется и искажается. Её захватывают ужасающие Пустоши Хаоса — проклятые земли, окружающие Владения Хаоса.

Несколько раз в истории Старого Света армии Хаоса проносились по северным землям, сметая всё на своём пути. Такие крупные вторжения редки, и хотя пока их удавалось отразить, — всегда ценой ужасных потерь, — повреждённые земли так никогда и не восстановились полностью. Но однажды настанет день последнего вторжения, когда Владения Хаоса увеличатся настолько, что поглотят собой весь мир. Многие называют это Концом времён, а некоторые жители Старого Света даже полагают, что эта апокалиптическая битва уже началась.

Появление Хаоса

Кто может сказать когда Хаос впервые распростёр свою тьму над миром? Лишь древнейшие свитки высших эльфов в великой Башне Хоэта смутно повествуют о начале правления Хаоса. Большинство этих знаний ныне потеряно: войны, стихийные бедствия и ход времени уничтожили большинство из того, что было на этих свитках. Эльфийские хранители знаний верят, что некогда было время, когда всё в мире было чистым, спокойным и упорядоченным. Существа, населявшие мир, жили в гармонии управляемые законами природы. Однако этому золотому веку порядка суждено было закончиться трагедией.

Появление Хаоса в мире лежит в тех далёких временах, когда планету посетила древняя раса звёздных путешественников, происхождение которых неизвестно. В своих изумительных серебряных кораблях пришли Древние, изменившие этот мир по своим, неведанным нам, причинам. И хотя ныне все сведения об их существовании утеряны, многие из рас, ныне обитающих в мире, ведут своё происхождение именно с тех времён.

Древние путешествовали используя сеть переходов из межпространственных врат, позволявшие им преодолевать огромные расстояния между звёздам в мгновение ока. По другую сторону этих врат лежит другое пространство, огромная альтернативное измерение, что связывает все точки пространства в реальном мире. Эта альтернативное пространство состоит из чистой энергии, создаваемой эмоциями и мыслями существ из реального мира, но при этом этот параллельный мир не является пустым, его населяют образованные энергией сущности, которые известны как демоны и боги Хаоса, и которые и послужили в отдалённом прошлом причиной гибели Древних.

Эти межпространственные переходы давали Древним возможность добираться до удалённых звёзд и получать неисчерпаемую варп-энергию для своей магии. Однако именно разрушение Северных из этих Врат и привело к созданию мира таким, каким мы его ныне знаем. Врата перестали быть порталом, а стали прорехой в ткани реальности, огромным кольцом тьмы, ограниченным таинственным устройствами, покрытыми рунами невиданной силы. Неведомая катастрофа в далёком прошлом привела к тому, что некогда установленные над самым северным полюсом планеты Врата упали на землю. Естественное течение энергии было нарушено и мир был накрыт образовавшимся облаком пыли варп-камня, приведшим к рождению множества ужасных и жутких тварей, отмеченных губительным прикосновением Хаоса.

Крушение Звёздных Врат создало проход в измерение, населённое неназываемыми тварями Хаоса, которые прошли сквозь него в мир и бросили вызов порядку, установленному в нём Древними. Полагают, что после этого Древние прекратили своё существование, погибнув в безнадёжной битве с мощью Хаоса.

Катастрофа нанесла непоправимый ущерб миру, наследие Древних и все их работы были обращены в прах. Всё в мире изменилось навсегда и мириады чудовищных существ обрели своё рождение, но самым страшным стало извращение душ уцелевших в этой трагедии.

Хаос сам по себе ни зол и ни добр, он просто отражения неискажённых эмоций мыслящих существ материальной вселенной. Все сущности Хаоса, будь то боги или демоны, существуют только потому, что живые существа создают необходимые им эмоции. Так, когда человеческий разум обращается к мелочным и злым мыслям, то силы богов Хаоса возрастают, и они обретают мерзкие формы, очерченные похотью, жадностью, гневом и страхом.

Из всех разумных рас люди испытывают наибольшую тягу вступить на путь проклятия. Человек посвящает все свои силы и весь свой фанатизм служению Хаосу. Это служение приносит силу богам Хаоса и взамен искажает и извращает их последователей.

Люди жаждут изменений, что это приводит в настоящем к их доминированию во многих частях света. И хотя немногие из людей знают об этом, именно людской напор и амбиции кормят и увеличивают мощь богов Хаоса.

Вечная война

Так мир узнал что такое истинный Хаос, что по своей природе абсолютно безграничен в своих возможностях и влияет на всех живых существ в мире. Именно Хаос сделал этот мир столь опасным и тёмным местом. Хотя примесь Хаоса можно найти практически в любом конце света, основные его силы сосредоточены в полярном регионе, именуемом смертными Владениями Хаоса, тёмных и разрушенных землях, практически без каких-либо ценных ресурсов, живущему под тенью тёмных богов и населённому множеством разумных животных или кошмарных мутантов, чудовищ с множеством щупалец, парнокопытных рогатых полу-людей, многоглазых животных, и тварей, что дышат огнём или ядовитым газом. Смертные считают, что там находиться жилище богов и демонов. Те же, кто больше других осведомлён в вопросах магии, знают, что это земля, заполненная через разрушенные Врата магической изменяющей энергией Эфира, что изменяет существ попавших под её действие, извращая их тело и разум, и создавая мутантов с необычными способностями.

Дальше к югу вредное влияние Хаоса ослабляется, частично по тому, что с увеличением расстояния магическая энергия рассеивается, и по тому, что люди охотятся на мутантов и истребляют их. Рождённых в Империи детёнышей мутантов убивают сразу или оставляют на смерть в лесу. Ни одно существо, помеченное Хаосом, не сможет жить рядом с истинным человеком. В Ултуане тёмная магическая энергия нейтрализуется эльфийской магией в центре Вихря на Острове Мёртвых.

Но тем не менее многие меняются под действием сил Хаоса не замечая этого. Особенно много таких жертв среди людей, потому, что в отличие от других народов они странно уязвимы перед тёмными силами. Эти люди получают необычные способности, снаружи они выглядят нормально, но внутри их тел скрывается магия. У одних обычные людские способности развиваются до небывалых высот, они получают огромную силу ума, мощнейший интеллект или неотразимую привлекательность и способность управлять другими людьми. Другие получают скрытые способности, острейшую проницательность, силу или гибкость. Многие получают более странные способности, они могут выдыхать огонь, загипнотизировать или убить пристальным взглядом. Такие люди должны либо скрываться, либо умереть от рук охотников на ведьм или жрецов добрых богов.

Дети Хаоса

В глубине тёмных и искажённых лесов скрываются бесчисленные орды ужасных и смертоносных существ – тварей, запятнанных касанием Хаоса. Зверолюди - настоящее бедствие цивилизованных земель. Она нападают без предупреждения, убивая слабых и скрываясь в безопасности тёмных лесов перед лицом сильного. В их ордах можно встретить все виды гигантских и отвратительных тварей, и все они живут только для того чтобы пускать кровь тем, кого они могут убить.

Старый Свет наполнен изменяющей силой магии. Она проистекает из межпространственных врат на далёком севере и окутывает собой весь мир. Эта сила имеет наибольшее влияние в непосредственной близости к разбитым вратам. Продвигаясь дальше, сила изменяющей магии уменьшается по мере увеличения расстояния от своего источника.

Далёкий север Старого Света является домом для множества странных тварей, извращённых силами Хаоса. Все виды бесформенных тварей и невероятных уродств можно найти там: гнусных тварей с отвратительно жирными телами, оплетёнными щупальцами, тварей, чьи пасти вечно открыты и истекают слюной в их бесконечной жажде крови, и множество других ужасных созданий, которых только можно себе вообразить, бродят по тем землям выискивая слабых и немощных. Эти чудовища поддерживают своё существование лишь благодаря магическому полю, что окружает этот регион. К счастью, они не могут путешествовать далеко на юг, ибо там сила Хаоса слабеет, и более не может поддерживать в них жизнь.

Множество же меньших мутантов Хаоса наполняет остальной мир, поскольку им не нужно так много поддерживающей в них жизнь энергии, как более искажённым созданиям далёкого севера. Самыми распространёнными среди них являются зверолюди и их многочисленные родственники, обладающие зачатками разума и сходством с людьми. К этому же типу существ относят и сотрудничающих с ними пугающих минотавров, огромных быкоголовых чудовищ, и похожих на лошадей центигоров. Все эти и многие другие твари, известны как Дети Хаоса. Они отмечены печатью мутации и их души принадлежат богам Хаоса с самого их рождения.

Безымянные твари

Хаос велик и изумителен в своём разнообразии, и естественный мир не может соперничать с причудливым разнообразием форм, которые приносит контакт с ним. Зверолюди, минотавры и другие описанные выше существа — лишь малая часть чудовищ, созданных Хаосом. Существует и множество других существ, на которых явно видны следы мутаций, приносимых Хаосом: скавены, мантикоры, химеры и грифоны. Даже люди не свободны от этого, и на землях Империи скрывается множество мутантов.

Тёмные леса и подземные глубины скрывают много порождений ужасной формы и подчиняющихся злу. Их нельзя отнести к какой-либо известной разновидности или типу, их родословная погребена в поколениях физических мутаций. У них нет имён, у этих Детей Хаоса, но они существует … и ждут. Ждут, когда мощь Хаоса возрастёт, и Тёмные врата извергнут свою зловредную энергию, чтобы Дети Хаоса вышли из тени — ревя, крича и воя в предвкушении заключительной победы Тёмных богов.
Боги и демоны

Боги живут в мире чистой бесформенной энергии, существующей вне пространства и времени. Точнее, это не мир, и даже не место вовсе, но поскольку смертным не по силам описать подобные вещи, удобнее считать это неким сосуществующим миром или другим измерением. Его обитатели не являются существами, поскольку у них нет ни тела, ни разума, как это понимают смертные; они состоят из чистой мысли и чистых эмоций — бесформенные идеи и импульсы, не подчиняющиеся рассудку. Эти сущности, если их можно так назвать, есть лишь отражение подсознания смертных — зеркало бурлящей смеси надежды, отчаянья, ярости и удовольствия, которые испытывают смертные.

Таким образом, боги становятся реальными, потому что их создает подсознание людей. Мысль о богах даёт им рождение и наделяет их силой творить добро и зло. Из мыслей людей рождаются самые различные духи: некоторые из них — слуги высших сил, некоторые занимают неясное положение, кормясь другими, пока сами не будут поглощены более сильными. Все эти духи — лишь творения пороков и достоинств смертных, силы и слабости смертных, от величайших до низших, от самых выдающихся до самых обыкновенных.

Из этих богов величайшими из всех являются четверо называемых тёмными богами. Невольно рождённые самыми сильными подсознательными чувствами людей, их можно грубо назвать яростью, надеждой, отчаянием и удовольствием. Это четыре брата из тьмы, которые управляют адским миром, называемым Владения Хаоса. Это не материальное царство, а место без физических и временных границ, обширная бесформенная неопределённость, находящаяся там, докуда не доходит свет звёзд. Оттуда тёмные боги изучают смертных так же, как человек изучает муравейник. Они наблюдают за развитием одного крошечного существа до тех пор, пока их внимание не привлечет другое, более интересное существо. Иногда их пристальный взгляд переносится в другое место, возможно, в другой мир или на иные божественные проблемы. Ненадолго смертные могут сами вершить свои судьбы. Такова натура богов, так как они столь же причудливы в дарах, сколь и в наказаниях, а их планы не в состоянии понять ни один человек.

Пустоши Хаоса и армии Хаоса — это всего лишь игрушки в руках богов Хаоса. Существует множество богов Хаоса с необычными и труднопроизносимыми именами, но, бесспорно, важнейшими из них являются четыре великие силы: бог Крови Кхорн — самый воинственный и кровожадный; властелин Наслаждения Слаанеш — вводящий в заблуждение и обольщающий; повелитель Гниения Нургл — господин болезни и физического разложения; и Тзинч, Изменяющий Пути, творец изменения, чьё главное орудие — магия.

Итак, Четыре великих бога Хаоса. Первый, и величайший из всех — Кхорн, Кровавый бог, также известный как Владыка черепов и Бог крови, чьи гневные вопли раздаются над вселенной. Второй по силе — Тзинч, Изменяющий Пути и Повелитель ткани времени, называемый некоторыми Великим Колдуном. Следующий — Нургл, Владыка Распада, Повелитель чумы и мора, из разлагающегося тела которого сочится гной. Нургл — самый отвратительный из всех богов Хаоса. И последний — молодой Слаанеш, красивый Князь Тьмы, соблазнительный и извращённый в своих сверхъестественных пристрастиях, ни мужчина, ни женщина, чья красота такова, что любой взгляд на него губителен для смертных. В известном мире их всех знают под разными именами, а их описание может различаться от страны к стране, но их имя или облик не имеют значения, главное, что они — Четыре великих бога Хаоса, величайшие из богов, а все остальные боги — любой и каждый — лишь их составляющие или их соединение.

Каждый из Тёмных богов обладает огромной властью в своём мире энергии. Как подсознательные мысли людей сложны и запутаны, так и Тёмные боги — сложные, зачастую противоречивые сущности, чьи мотивы не всегда логичны и понятны. Величайшие страхи людей часто сопровождаются меньшими опасениями, поэтому Тёмные боги — смесь множества различных идей и мыслей, каждая из которых занимает своё собственное место внутри целого. Такова природа демонов Тёмных богов, являющихся частью своего повелителя и одновременно отдельными сущностями. Так появляются например страшные Псы Кхорна, дикие охотники Бога Крови — слуги Кхорна, проявление его бесконечной жажды мщения.

Облик богов и демонов в материальном мире не совпадает с их обликом в их мире — потому что там у них нет облика. Но разум людей наделяет их чертами и признаками, определяющими их форму и разум, когда они появляются в мире времени и пространства. Но даже эти физические формы не являются неизменными, поскольку ожидания смертных не всегда совпадают. Но традиции и верования Человечества сильны, и хотя разные народы дают Тёмным богам различные имена и образы, наделяя их различными способностями, все смертные различают общие темы, признаки и особенности, которые отделяют богов от демонов.

Демон же — это проявление частицы энергии бога, наделённое физической формой и разумом, создаваемыми ожиданиями и традициями смертных. Это волшебные создания, их тело и разум созданы из магической энергии, и они в конечном счёте снова превратятся в неё. Поэтому демоны могут существовать лишь в пропитанных магией областях, таких как земли крайнего севера мира, или внутри магических конструкций — пентаграмм и удерживающих сосудов. Лишь когда магическая энергия — чистая энергия Хаоса — вливается в мир смертных, демоны могут нести опустошение в земли людей.

Но для простых людей подобное знание немыслимо. Для северян покровительство богов — важная и славная часть их жизни. У людей Севера множество разных богов, у каждого племени есть свои собственные божества и духи, но все племена признают Четырёх великих богов Хаоса как повелителей меньших богов, что награждают смелых, рассеивают врагов и уничтожают слабых богов южан. Северяне считают своих богов не злыми, как суеверные люди юга, а могучими, непознаваемыми существами, которые столь же индивидуальны и непредсказуемы, как смертные. Они довольно разумно полагают, что столь могущественные создания находятся вне моральных суждений простых людей. Обязанностью воина считается почитать богов, а правом бога — награждать или уничтожать в соответствии с его божественными предпочтениями. Это само собой разумеется. Негодовать из-за этого — то же самое, что негодовать из-за рассвета и заката или других явлений природы.

Все северные племена признают четырёх богов независимо от их имён, и почти все племена считают одного из них своим повелителем — отцом и покровителем их рода. Столь многочисленные меньшие боги, зачастую характерные для отдельных племён, скорее являются духами или демонами. Чаще всего они когда-то были великими героями племени — вождями или иными персонажами, которым благоволили боги, и чьи деяния были столь великими, что они не умерли, а стали бессмертными, и теперь живут в вечной славе с богами племени.

У всех этих богов есть свои колдуны, а также святыни и храмы, раскиданные по всему северу. Многие северные племена кочуют и храмы посещают редко, зачастую лишь раз в году, когда проводятся великие церемонии почитания покровителя племени. Хотя эти святыни большую часть времени пустуют, ни один северянин не будет столь неуважителен или глуп, чтобы осквернить храм Хаоса. Для людей севера их колдуны — это и воины, и жрецы. Это одни из самых важных членов племени.

Для людей юга тёмные боги — варварские древние создания, являющиеся полной противоположностью их изысканным, тонким и цивилизованным божествам. Мысль о том, что эти самые божества являются лишь песчинкой неизмеримо более могучего Хаоса, будет безмерно ужасна для любого священника Зигмара, Ульрика или жрицы Шаллии. Как говорят мудрые и менее набожные Эльфы, лучше отложить подобные мысли, оставив эти сомнения неоглашёнными, поскольку в противном случае это будет шагом к тьме.

Орды Хаоса

Основная власть Хаоса сосредоточена в руках Великой Четвёрки, бесчисленное множество последователей которых готовы на любую жертву во имя своих богов. Все вместе эти последователи известны как Орды Хаоса и состоят из совершенно разнообразных существ. Из пропитанных магией земель далекого севера надвигаются эти всепобеждающие легионы, ведомые чемпионами Хаоса и бессмертными демонами. Взращенные в битвах, эти великие воины сражаются ради славы и покровительства их могущественных богов. Бессмертие и безграничная сила станут наградой сильному, мутации и безумие ждут слабовольных и глупцов.

Большую часть северных орд составляют жестокие племена, занимающиеся мародёрством. Эти варвары живут на границах Владений Хаоса в бескрайних степях и пустынных регионах, известных как Пустоши Хаоса. Жить близко к Владениям Хаоса невозможно. Земля там слишком холодная, а мутирующее воздействие Хаоса слишком сильно. Кроме того, границы Владений Хаоса непостоянны. Чем дальше от полюса, тем слабее излучение энергии Хаоса; но эта энергия постоянно растет и спадает, то распространяя влияние дальше на юг, то временно ослабляя свою хватку.

Кочевые племена постоянно воюют друг с другом для удовольствия своих богов, ради рабов и славы, и часто совершают набеги на земли других народов. Среди мародёров встречаются одни из самых смертельно опасных бойцов в мире: ужасно вооруженные и закованные в доспехи воины и рыцари Хаоса. Часто одаренные своими богами необычайной силой и стойкостью, эти воины наводят страх по всему миру. Племена мародёров разделены на три главных народа, хотя вообще-то существует множество племён, а возможно, даже сотни; в действительности никто не знает, сколько мародёров живет в Пустошах Хаоса.

Норсы — варварский народ, чье необузданное пьянство и драки стали легендарными в цивилизованных странах юга. Они одеваются в звериные шкуры и живут в домах, построенных из целых стволов деревьев. Они охотятся на всевозможных свирепых животных, вроде диких волков, медведей и чудовищных мамонтов. Все норсы — косматые, с растрепанными бородами и длинными волосами, которые они часто заплетают в косы. Это высокие, крепкие люди с мощной мускулатурой, развитой благодаря постоянным занятиям греблей на драконьих судах, на которых они рыщут в поисках новой добычи. Норсы совершают набеги на побережье Старого света и нападают на все корабли, которые могут найти. Этих воинов боятся и уважают, и несмотря на их свирепость и привычку напиваться, спрос на них как на наемников во всех других государствах людей весьма велик.

К востоку от Норски, по ту сторону перевала Высокого, что в северной части гор Края Света, находится земля курганов. Эти темноволосые дикари живут еще ближе к царствам Хаоса, чем норсы, и являются одними из самых кровожадных и зловещих слуг богов Хаоса. Они постоянно нападают друг на друга для жертвоприношения Темным Силам, но иногда один возвышается над соратниками, чтобы покорить или объединить несколько племен и начать молниеносное вторжение, сея разрушение и смерть. Обычно эти вторжения непродолжительны, поскольку в конце концов племена грызутся друг с другом, но после кровавой резни на многие поколения остаются ее глубокие следы. Курганы — отменные всадники и охотники, и стремительные отряды разбойников, вооруженных метательными топорами и длинными копьями, зачастую являются единственными предвестниками начала бойни.

Севернее Катая и стылых земель Наггарота можно найти племена хангов. Эти племена даже более склонны к кочевью, чем курганы, фактически они живут в седлах крепких степных пони. Ханги не только нападают на сторожевые башни темных эльфов, но и постоянно угрожают землям Катая. Удерживает их в страхе Великая стена — это высокий бастион, протянувшийся по всей северной границе Катая. Но даже Великая стена с размещенными на ней тысячами воинов не может защитить от всех набегов хангов, и северные области Катая живут в постоянном страхе перед этими жестокими мародерами.

Мародёры, приобретшие достаточно опыта в искусстве войны, выигрывают лучшее оружие и доспехи и становятся воинами и рыцарями Хаоса. Эти чудища истребления — одни из самых опасных бойцов во всем свете, часто они несут знаки своих богов, и у них проявляются признаки мутации.

Некоторые племена в степях к востоку от гор Края Света едут в бой в огромных колесницах. Эти колесницы с прикрепленными знаменами, свидетельствующими о верности ездоков, оснащенные ужасными колесными косами, тянут в бой трансформированные звери: иногда это могучие кони, но так же часто это бывают необычные ящеры или безобразные медведи и волки.

Самые могучие чемпионы привлекают в свою армию отряды демонических воинов, но о таких сделках редко говорят даже в обществе мародеров.
Вторжения Хаоса

Когда боги Хаоса призывают к войне, племена севера собираются вместе. Этот зов особенно остро ощущают избранные, приближенные чемпионы богов, но даже самый молодой воин не может не внять этому зову. Сами Владения Хаоса разбухают от энергии, выпуская на юг из себя змеящиеся отростки. Под их тенью наступают армии Хаоса. Некоторые говорят, что Владения гонят их, поскольку тьма поглощает их земли, и племена неизбежно отступают на юг.

Границы Владений Хаоса раздуваются и наступают, а вместе с ними усиливаются ветра магии, и чистая магическая энергия вливается в мир. Говорят, Избранный может чувствовать эту энергию, как обычный человек чувствует ветер или видит волны на море; и даже в южных землях колдуны обычно видят волшебное излучение, невидимое остальными. Вместе с ветром из Владений Хаоса выходят демоны и духи, меньшие боги племен и, говорят, даже сами боги Хаоса. Духам необходим этот ветер, как человеку необходим воздух и вода. И лишь самые мощные и устойчивые потоки энергии могут поддерживать в мире смертных самых великих и опасных существ.

К счастью для смертных, власть Хаоса всегда росла и уменьшалась, его отростки протягивались и отступали, и большую часть времени тени лежат вблизи полюса, вдали от южных земель. Однако являются ли приливы и отливы Хаоса случайным и природным феноменом, и насколько может столь сверхъестественное подчиняется естественным законам, или они следуют воле высшего разума, сказать невозможно. Люди севера верят, что простым смертным не дано понять богов, и, наверное, они правы.

Внутренний враг

Воители Хаоса и их банды вынуждены жить в лесах и горах. Все обычные люди боятся и ненавидят Хаос, и ни в каком городе Старого Света не потерпели бы последователя тёмных сил. Однако не все последователи Хаоса отмечены так явно, что их распознают в ту же секунду.

Люди живут в постоянном ужасе перед внутренним врагом — они боятся, что скрытые последователи Хаоса однажды соберутся вместе и уничтожат их. Их страхи вполне оправданы, поскольку в городах людей действует множество шпионов Хаоса: они вербуют новых последователей, советуясь со своими хозяевами-демонами посредством тайных церемоний, и медленно, но верно просачиваясь в могущественные дома. Все эти годы они создают сеть, которая охватывает поселение за поселением и город за городом.

Эти культы плетут заговор, чтобы свергнуть правление цивилизованных людей, и, проведя темные ритуалы, вызвать демонов. Однажды настанет конец времен, и последователи Хаоса в городах людей будут готовы подняться и присоединиться к чемпионам Хаоса, демонам и зверолюдям в последней битве за обладание миром.

Азазель

Азазель — Князь Проклятия, тот, кто смотрит в самые глубины сердец и душ смертных, и даже самые скрытые и тайные их желание и страстишки открыты ему. Своим серебряным гласом шепчет он сладкие обещания всего того, что тот желает, прося взамен лишь оставить своё упорство и не сопротивляться более Слаанешу и его влиянию.

Очень немногие могут сопротивляться этим соблазнам Азазеля. И те, кто сходится с ним лицом к лицу на поле брани, знают, что проиграть ему — не только значит потерять жизнь, но также обречь свою душу на вечное проклятие.

В Битве Торфяников (Battle of the Moors) силы фанатичных храмовников Ульрика поклялись перед Пламенем Ульрика в Мидденхейме, что они изгонят Азазеля или погибнут, однако ещё до того как битва завершилась, храмовники были превращены в бормочущих имбецилов, рабов малейшей прихоти Азазеля. Азазель надел им на шеи ошейники и заставил их ходить на четвереньках подобно собакам на потеху своему господину Слаанешу. В другой раз, Рыцарь-в-Поиске Гвидо де Брионн (Guido de Brionne), искал Азазеля, жаждя бросить ему вызов и выполнить свой Поиск Грааля, однако вместо этого он пал на колени и молил Князя демонов принять его бесконечную преданность. Смеясь, Азазель отрубил голову рыцаря, стоявшего неподвижно и до последнего уверенного в справедливости этого действия. Горе всем тем, кто оказывается на пути у Азазеля, правой руки Слаанеша.

Амон Чакаи

Амон Чакаи — мудрейший и старейший изо всех Владык перемен. И если интеллект других из его рода превосходит всяческое человеческое понимание, то сам Амон Чакаи — единственный, кто обладает бесконечной мудростью над судьбой и предопределением. Этот великий Владыка перемен презирает всякую цивилизацию и порядок, и наслаждается привнесением в мир разрухи и Хаоса. Он может навязать свою всемогущую волю несчастным смертным, искажая естественное течение их судеб, и привнося страдания и гибель в их жизни. Ничто не радует его больше, чем вид того, как мир рушится и создаётся вновь в бесконечном потоке изменений.

Амон Чакаи может видеть нити судьбы также ясно, как смертный может видеть путь впереди себя. По своей прихоти он может уничтожить или возвысить как своих последователей, так и своих врагов, ибо мотивы поведения демонов вне понимания смертных.

Тысячу лет Амон Чакаи неподвижно восседал на своём троне в Невероятной крепости, с очарованием наблюдая за кривляньем смертны. Теперь же, по воле Тзинча или же по собственной прихоти, он пробудился от этого своего неподвижного развлечения. Он призвал своих демонических приспешников на битву, и теперь командует величайшей демонической армией, собранной во Владениях Хаоса, но его амбиции побуждают его не останавливаться на этом, и он уже обратил свои алмазные глаза на мир смертных. Запертым в лечебницах Старого Света безумцам приходят видения огромного крылатого демона и они кричат, что этому миру приходит конец. На крайнем севере королевства тёмных эльфов Наггарот, верные колдуньи Короля-Колдуна изучают Владения Хаоса, трактуя свои их предзнаменования и приметы, и содрогаясь в ужасе, предсказанным им обещаниями раскола и разрушения, несомыми Амон Чакаи.

Арбаал Непобеждённый

Из всех многочисленных чемпионов Кхорна мало кто так же сильно предан своему кровожадному хозяину как Арбаал Непобеждённый. Бессчетные тысячи почувствовали его кровавый топор на своей шее и теперь их белые черепа лежат у подножия могучего трона Кровавого бога. Во время осады Прааги, именно Арбаал повёл атаку сотни демонов на стены города, что позволило сокрушить городские врата и окончательно сломить сопротивление защитников. Легенды гласят, что в тот день Арбаал самолично убил тысячу воинов.

Арбаал является любимцем своего господина и его самым преданным слугой. Неуёмная разрушительная ярость и кровожадность снисходят на Арбаала, когда бы он ни прорубался в бою сквозь врагов. Никто ещё не смог устоять перед его атакой. Сам Кхорн даровал ему Дар Разрушителя, дар, даваемый лишь самым почётным из чемпионов. В одно время лишь один воин может нести этот дар, и если такой избранник когда-либо потерпит поражение в бою, то гневный взор Кхорна обрушится на него и обратит его в мерзкое отродье Хаоса, таково страшное наказание за провал, ибо только победитель достоин чести быть Разрушителем.

Арбаал едет в бой на Псе Кхорна (Hound of Khorne), личной гончей его повелителя, демоне, который сочетает в себе ярость и злобу гончих плоти с огромными размерами и силой. Только самому преданному чемпиону может быть дарована честь ехать в бой на такой твари.

Варп-камень

Философский камень, Колдовской камень, Тёмный камень — это названия, веками дававшиеся субстанции, которую мы сегодня называем варп-камнем, названия настолько же многочислены и различны, насколько сама субстанция редка. Дороже золота, дороже самого чистого бриллианта, столетиями князья, колдуны и алхимики искали её, чтобы использовать в своих целях. При помощи варп-камня человек может превращать свинец в золото, лечить любые раны и, даже, оживлять мёртвых! Однако, есть и другая, тёмная сторона, способная перевесить все мыслимые достоинства варп-камня. Да, он может творить чудеса. Но за эти чудеса придётся заплатить скорую и ужасную цену: безумие, мутации и смерть ждут любого, прикоснувшегося к варп-камню. Вот почему торговля и хранение этой субстанции наказываются смертью в любой провинции Империи. Оснований предостаточно! Как мы ещё увидим, варп-камень есть чистая и неразбавленная форма той же самой магической энергии, что питает многочисленные кошмары Хаоса. И, что ещё интересней для нашего расследования, является субстанцией неизмеримой важности для крысолюдей, играя жизненно важную роль в их обществе.

Являясь по своей сути концентратом магии, варп-камень одновременно чрезвычайно могуществен и пугающе опасен. Каждый оказавшийся под воздействием даже очень маленького кусочка варп-камня и даже на самый малый срок, подвергается риску мутации. Воздействие же варп-камня больших размеров может вызвать незаживающие ожоги плоти, гарантирующие жертве долгую и мучительную смерть. Учитывая эти опасности, может показаться невероятным, что найдётся хотя бы одна раса, даже такая ужасная и мерзкая как крысолюди, способная по собственному желанию оставаться в непосредственной близости к варп-камню и, более того, основывающая на нём своё общество и торговлю.

Однако, как мы ещё неоднократно убедимся в процессе нашего исследования, всё то, что невообразимо и неприемлемо для одних рас, с успехом используется крысолюдьми.
Изобретения на основе варп-камня

Скавены научились обработке этого ужасного камня, делая его более стабильным и безопасным для жизни. Процесс обработки камня чрезвычайно опасен, поэтому лишь самый могущественный колдун допускается в контакт с ним. В обществе Скавенов только Серые Провидцы не подвержены пагубным воздействиям Камня Искажения. С его помощью эти злобные колдуны лишь наращивают свою магическую мощь, вот почему они являются незаменимыми сотрудниками среди скавенов. Обработав камень, общество крысолюдей получает свой самый главный материал, пригодный для изготовления военных механизмов, снадобий, магического оружия и т. п. Зачастую Серые Провидцы и техномаги клана Скрайр поглощают переработанный варп-камень, дабы увеличить свою магическую силу. Можно назвать несколько самых известных изобретений, в которых применяется чудовищная сила Камня:
Метатель искажённого огня (Warpfire Thrower) — был изобретён техномагами клана Скрайр. Этот военный механизм способен поражать свои цели сочетанием огня и коррозирующих газов варп-камня. Единственный выстрел из этого смертельного оружия может полностью уничтожить подразделение закованных в доспехи рыцарей в считанные секунды, а против созданий, подверженных воздействию огня его эффективность безгранична. Однако, сие творение чрезвычайно опасно как для врагов, так и для обслуживающего его персонала: механизм зачастую взрывается, убивая персонал и уничтожая вблизи все близлежащие объекты. В бою, метатель искажённого огня переносится при помощи двух скавенов, один из которых является стрелком, а второй переносит бочонок с горючей смесью.
Чумное кадило (Plague Censer) представляет собой огромный, заражённый инфекциями шар с шипами, соединённый цепью с палкой, напоминая своеобразный кистень. Обычно ими вооружены монахи клана Чумы. Внутри такого шара находится часть варп-камня, выделяющая токсичные испарения. Существо, вдохнувшее эти пары, подвергается мгновенному заболеванию, в итоге приводящему к мучительной смерти. Лишь самые безумные члены клана вооружены чумными кадилами и, несмотря на то, что у них выработан иммунитет к различным видам инфекций, в конце — концов, они умирают от неизвестного науке заболевания.
Варповые Джизейли (Warplock Jezzails) — ещё одно дьявольское изобретение клана Скрайр, представляющее собой большие примитивные длинноствольные мушкеты, по своим размерам больше напоминающее небольшие пушки. В качестве пули, оно использует нестабильный кусочек Камня Искажения. Пробив доспехи, эта пуля разрывается с неимоверной силой, способной уничтожить закованного в доспехи рыцаря. Расчёт Джизели состоит из двух скавенов: один вооружён длинноствольным ружьём, а другой несет щит, который он подставляет, обеспечивая защиту расчёта и давая надёжную опору оружию. Группки мушкетёров обычно располагаются на выгодных для стрелков позициях, таких как холмы, внутри зданий и т. п.
Пулемёт Ратлинга (Ratling Guns) — относительно недавнее пополнение арсенала клана Скрайр, представляющее собой поворотный пулемёт, смертоносный ливень варп-камневых пуль из которого разрывает в ошмётки плоть врагов и проникает даже в самую жёсткую броню.
Амулет из вар-камня (Warpstone Charms) создан из его маленьких кусочков. Он является символом удачи и благословения Рогатой Крысой. Такие амулеты носят лишь самые выдающиеся воины клана. Обычно эти кусочки вживляются в тело скавена. Иногда Амулет из Камня Искажения хранит в себе заклинание или эффект, воздействующий на врагов его носителя.
Искажённые свитки (Warpscrolls) — это магические свитки, созданные из кожи живого существа, на которой выполнены записи, сделанные при помощи специально приготовленных из Варп-камня чернил. Когда с такого свитка накладывают заклятие, враги Скавенов моментально стареют, разлагаются и умирают. Все это происходит в считанные секунды.
Шары отравленного ветра (Poison winds globes) — одно из самых известных изобретений клана Скрайр. Отравленный ветер создаётся из токсичных испарений варп-камня. Обычно им заполняют стеклянные или хрустальные сферы, которые, разбившись, выпускает из себя облако скопившихся жёлто-зелёных паров, убивающих всё на своём пути, будь то вооружённый до зубов рыцарь (броня не спасает от газов) или обыкновенный крестьянин. Клан Скрайр специально тренирует так называемых глобадьеров, специализирующихся по метанию этих шаров. Метатели носят на своих мордах специальные маски, фильтрующие токсичные испарения. Небольшие группы глобадьеров часто копошатся на флангах армий скавенов, швыряя свои снаряды в элитные отряды противника.
Плачущие лезвия (Weeping Blades) — вооружение ассасинов клана Эшин. Во время изготовления таких мечей в их лезвия вживляются небольшие стержни, созданные из варп-камня. Затем на лезвие наносят магические руны, известные лишь членам клана Эшин. Поразив цель, лезвие такого меча «плачет» чёрным едким ядом, которые способен прожечь доспехи и убить одним касанием. Также по подобной технологии кланом выпускаются и метательные звёздочки, прогрызающие броню и плоть.
Скавенское варево (Skaven Brew) — его ингредиентами являются: пыль Варп-камня, редкие болотные растения и мутировавшие грибы. Используется этот напиток для улучшения боевых навыков рабов скавенов и воинов клана. Зачастую флакон с этим снадобьем хранится у лидера подразделения, который перед боем напаивает своих воинов, повышая их боевые качества.

Великие Нечистые

Великие Нечистые – самые зловонные и чумные из всех созданий Темных Богов. Их тела округлые и опухшие, кожа крепко обтягивает сплетение внутренностей, местами порванных и разъеденных болезнью, она сплошь усыпана гнойниками и кровавыми язвами. Некоторые называют их Лордами Зловония, поскольку от одного их присутствия воздух отравляется всеми болезнями, известными людям и зверям.

Великие Нечистые по-отечески заботятся о своей толпе нургликов, чумоносцах и смертных Чемпионах. Они очень гордятся достижениями братьев своих меньших и громогласно восклицают, завидев новую прекрасную сыпь или язву на окружающих. Они искренне смеются, сея разрушение во имя Нургла, поскольку смерть и разрушения доставляют Гниющим удовольствие.

Это любимое занятие Нургла и его созданий приносит им безмерную радость, и Великие Нечистые негодуют от злости, когда безмозглые враги Хаоса пытаются расстроить грандиозные планы Нургла. В бою они поистине ужасны, их оглушительный сердитый рев разносится над полем боя. Они разят врагов направо и налево могучими мечами из ржавого железа, прокладывая себе путь сквозь армии врагов взмахами огромных чумных цепов, сминающих все на своем пути. Они неудержимы, как само старение и разложение.

Владыки перемен

Владыки перемен, также известные как Крылатые наблюдатели, Очи Тзинча, Пернатые владыки — самые причудливые среди высших демонов. У них яркие пёстрые крылья и головы громадных птиц, а их кожа пульсирует под воздействием заключённых внутри их демонических тел магических потоков, подобных текущей у смертных крови. Владыки перемен нередко окрашены в жёлтый или синий цвета, но они способны менять окрас по настроению, например, отращивая хохолок, переливающийся всеми цветами радуги. Владыки перемен не считают нужным поддерживать постоянство цвета, внешности или даже формы, если это их не устраивает. Изо всех пленительных черт, присущих облику Владыки перемен, самой поразительной являются его глаза, в глубине которых сокрыта вся мудрость и проницательность Тзинча. Немногие смертные способны выдержать изучающий взор его очей, и говорят, что когда Владыка перемен смотрит на смертного, то видит не только оболочку из плоти и крови, но и то, удачей или провалом обернутся все его надежды и мечты. Ни одну тайну нельзя утаить от всевидящего ока Владыки перемен, ибо их бессмертному взору открыты все наши стремления и сомнения.

Являясь проявлением Великого интригана, Изменяющего Пути, Владыки перемен ужасно непредсказуемы и коварны. Они охотнее других призываются, но также чаще других дают ложные и сбивающие с толку советы и пророчества, ведя свои вечные интриги. Мутации, разделение, раздоры и разногласия приносит он, и многие недальновидные глупцы-смертные следовали за непостоянством Владыки перемен, чтобы позже пасть жертвами собственных запутанных схем. Многие чемпионы Хаоса заключали договоры с ними и получали огромные выгоды, однако затем их могущество внезапно испарялось, а сами они оставались хныкающими отродьями, искажёнными мутациями. Хотя, если чемпион окажется достаточно умным и перехитрит это создание, награды будут почти безграничны.

За взором Владыки перемен таится пытливый, извращённый разум, могучий интеллект, столь же равнодушный к последствиям, сколь и заинтересованный в их появлении. Владыки перемен подобны ребёнку, играющему возле громадного муравейника, тыкающего палкой в обитателей и хохочущего над бесполезными попытками сопротивления. Ничто не влечет его больше, как зрелище мира полностью разрушенного и созданного заново, как преображение жизни или даже самой истории, одновременное пробуждение надежд и амбиций, что доводят иных до настоящей одержимости.

Насколько доступно быть могущественным созданному из чистой магии и подчинённому воле Повелителю колдовства, Владыка перемен — одарённый колдун. Ветра магии подчиняются любой его команде, позволяя ему вызывать кружащиеся ураганы изменения и искажений, испепелять врагов Тзинча сгустками разноцветного огня и разрушать сознание вражеских магов изнутри. Однако колдовство — не единственное оружие в распоряжении Владыки перемен, он также является опытным тактиком, знающим тысячи планов и стратагем, подходящих для всякого мыслимого случая. И поэтому, если Владыка перемен предпочитает не вступать в схватку, то это происходит вовсе не из-за недостатка храбрости или свирепости, но лишь из-за того, что ему нравится управлять своими войсками и подчинять себе ход сражения. У него есть врождённый дар прозревать тени грядущего, пляшущие над полем брани, и он чересчур хорошо знает, как изменять их по своей воле.

Хотя Владыка перемен предпочитает использовать для достижения своих целей колдовство и обман, он также грозный боец, чьи чудовищные когти-косы могут пробить прочнейшие латы. Тысячелетиями бесчисленные герои недооценивали этих странных созданий, считая их тонкие тела и трепещущие крылья признаком слабости, и осознавая свою страшную ошибку лишь тогда, когда мечи и копья бессильно отскакивали от бессмертной демонической кожи.

Воины Хаоса

Среди северян есть те, кто чувствует волю Хаоса острее остальных. Боги взывают к ним. Эти одарённые мужчины и женщины идут по тропе богов в поисках славы, могущества и, в конечном счёте, бессмертия. Если вступить на этот опасный путь, то он приведёт лишь к трём исходам, ибо обратной дороги нет. Отважный боец может погибнут в славной битве с врагами его богов, и тогда он возродится в другой смертной оболочке, чтобы вновь служить своим богам. Энергия Хаоса, струящаяся сквозь его тело, может захлестнуть его, и он превратится в искажённого монстра, именуемого Отродьем Хаоса. И, наконец, если он достаточно силён и мудр для предстоящих тяжёлых битв, он может успешно достичь цели и быть наделён богами великим могуществом и бесконечной жизнью.

Воины Хаоса — страшные бойцы, вышедшие из самых сильных северян. Их навыки оттачиваются годами постоянных сражений между собой и с другими расами. Их боятся, пред ними трепещут племена севера, их уважают, они наделены огромной властью. Самые удачливые из них едут в бой на могучих колесницах, сминая врагов окованными железом колёсами и рубя их сверкающими косами. Тяжёлая колесница на полном скаку — это разрушительное оружие: её удар сокрушает кости, копыта лошадей сминают врага, а воины в ней рубят и колют направо и налево. Однако, колесницы — это более чем просто орудие войны, это символ положения и могущества. Часто сами чемпионы Хаоса едут в бой на колесницах, украшенных изображениями и знамёнами, свидетельствующими о его победах и преданности богам.

Выше простых воинов стоят те, кому боги пророчат величие — Избранники Хаоса (Chosen of Chaos). Властью их бога они изменяются, их тела искажаются и усиливаются мутациями. Избранники — яростные бойцы, ибо Хаос усиливает их мышцы, делает их крупнее и выше, а иногда дарует длинные когти, волчьи клыки и многое другое.

Воины Хаоса, что оставляют своих сородичей и собираются в дружины, возглавляются самым сильным из них, истинным Чемпионом Хаоса. Эти дружины передвигаются, неся смерть и разорение, и сражаются с дружинами других чемпионов, чтобы доказать богам своё достоинство. Таким образом, сильнейшие выживают, чтобы служить богам, а слабые погибают, как это и было на севере бессчётные поколения.

Доспехи Хаоса

Доспехи Хаоса — это живые дары Тёмных богов их чемпионам, полностью закрывающие их тела. Однажды одетые, они становятся частью тела и не могут быть сняты.

Восемь Пылающих книг Кхорна

Не существует более обширного собрания знаний об ужасных демонических служителях великого бога Кхорна, нежели Восемь Пылающих книг Кхорна. Окованные медью и написанные свежепролитой кровью, каждая из них, говорят, определяет один из восьми нечестивых аспектов Владыки черепов, а также содержит имена его демонов. Эти гримуары постоянно разыскиваются магами-отступниками, поскольку они верят, что знание истинного имени демона позволяет смертному подчинить его своей воле. Такую ценную вещь не так просто раздобыть, ведь Пылающие книги разбросаны по всему пространству и времени, а каждый том оберегает грозный и воинственный страж.

Врата Древних

На самом крайнем севере, на полюсе планеты, за границами здравого рассудка и законов природы стоят останки Врат Древних, сочащиеся тьмой и изрыгающие наружу изменяющую энергию: чистую материю Хаоса. Они — кровоточащая рана, прореха в ткани реальности, проход в иное измерение. Они некогда были построены Древними для межпространственных переходов, и их крушение стало причиной Появления Хаоса в мире.

Эти разбитые конструкции ныне выглядят как огромное кольцо, очерченное таинственными устройствами, как бы уменьшающими горы, окружающие их. Врата покрыты светящимися во тьме рунами невиданной силы, танцующие блики которых изменяют реальность. Из их тёмных глубин постоянно вырываются наружу Ветры Магии и несущие мутации облака пыли варп-камня.

Гниль Нургла

Гниль Нургла — величайший дар Дедушки Нургла неблагодарному мирозданию, считающийся самым пагубным из всех видов гибельной заразы, переносимых по миру разлагающимися хворетворные котлами для выведения всех мыслимых болезней, что известны как Звери Нургла. Сама Гниль Нургла — это быстро разгорающаяся лихорадка, сочетающая все худшие черты чёрной чумы и иных болезней, уродующих и убивающих смертных. Она страшнее прочих болезней тем, что, как поговаривают, не заканчивается даже после смерти. Легенды гласят, что Гниль Нургла — не обычная зараза, а случай демонической одержимости, что поражает душу столь же безжалостно и неостановимо, как и тело. Люди верят, что смертный, павший от Гнили, попадает во власть Нургла и вынужден вечность служить ему в омерзительном облике чумоносца.

Голубые Писцы Тзинча

Некоторые заявляют, что было время, когда Тзинч властвовал над своими братьями, управляя ими с помощью колдовства. Сменились эпохи, и другие Боги свергли Великого колдуна в жестокой битве, и скинули его с вершин Бесконечных гор. Падение разбило могущественнейшего из Четвёрки на десять тысяч частей. Осколки божественного разлетелись по всему мирозданию, и сила Владыки Изменений навсегда уменьшилась.

Многие легенды именно это событие связывают с рождением магии. Каждая частица Тзинча превратилась в заклятье или призыв. Они быстро проникли в сознания смертных, умножились, и таким путём распространились в вечности. Хотя все они не могли удержать даже призрак божественного сознания, Великий Чародей медленно начал осознавать их присутствие и решил вернуть утерянное.

Для выполнения этой задачи он сотворил двух демонов, П’тарикса и Скират’па, и обязал их выучить все существующие во вселенной заклинания. Не более чем голубым ужасам по облику и разуму, этим Голубым Писцам Тзинча, также известным как Лазурные маговеды, Странствующие чаробратья, Квесторы Тзинча, требуется для их работы большая самостоятельность, нежели другим из их рода. Всегда подозревающий предательство Тзинч с осторожностью подошёл к решению этой проблемы. П’тарикс может переносить колдовские символы любого заклятья на пергамент, но не умеет читать. Скират’п способен прочитать записи своего брата, но не может их понять. Великий Чародей счёл задачу выполненной и приказал им не возвращаться, пока они не выполнят великую работу.

Голубы Писцы странствуют верхом на диске Тзинча сквозь владения смертных и бессмертных, толкая друг друга щупальцами, когда встречают утерянные осколки своего творца, чтобы связать их в коже и чернилах. П’тарикс скоро строчит пером, вырванным из крыла Владыки перемен, а Скират’п читает написанное, разыскивая ошибки. В процессе они навлекают мощь заклятья на тех, кому не повезло оказаться поблизости. Не являясь воинами в прямом смысле этого слова, Голубые Писцы нередко — из-за своего предназначения — появляются на полях сражений, где используются самые могущественные и разрушительные заклятья. При угрозе Скират’п начинает читать вслух случайный свиток из своего собрания, доверяясь благосклонности рока, его повелителя, дабы тот направил его щупальце к нужному заклинанию, подходящему для данного случая. Все это влечет за собою самые зрелищные и чудовищные последствия, когда враг может быть равно поглощён многоцветным огнём, поражён своей же молнией или превращён в бездыханное золото.

На самом деле Голубым Писцам не суждено закончить начатое, так как магия сильно преобразилась и размножилась под воздействием смертных. Это устраивает как демонов, так и само мироздание. В случае завершения великого труда Голубых Писцов, Тзинч проглотит их, воссоединив потерянные частицы с целым, а также приобретя всю дополнительную силу, накопленную за тысячи лет. Сомнительно, что какое-либо существо, смертное или бессмертное, сможет пережит подобное воссоединение.

Гончие Хаоса

Гончие Хаоса — это волкоподобные существа, чьи далёкие предки были простыми псами, что некогда попали в Пустоши Хаоса, а позже попали под влияние Владений Хаоса. В степях и тёмных лесах эти крупные искажённые гончие охотятся на своих жертв. Они часто собираются вокруг северных поселений, чтобы поживиться объедками или схватить зазевавшегося поселенца, а также идут в бой вместе со стадами зверолюдей, приманенные возможностью поживиться свежим мясом.

Как зверолюди, так и многие племена северян разводят и дрессируют этих огромных гончих для различных задач, от охоты и войны и вплоть до развлечений. Некоторые племена курган любят наблюдать за боем в яме псов с медведями, троллями и другими созданиями. Зверолюди не то чтобы приручают их и дрессируют, а скорее просто за недели до битвы отлавливают этих псов и запирают их в клетках без еды и воды. К тому времени, когда приходит время выступать, в клетках остаются только самые сильные и злобные твари, которые на поле боя являются беспощадными убийцами.

За многие поколения отбора была выведена крайне жестокая и сильная порода этих гончих, больше похожих на волков, чем на собак, и опытные заводчики тренируют этих зверей жаждать плоти и крови. Эти прирождённые хищники стали ещё более страшными под искажающим влиянием Хаоса, из-за которого у них вырастают рога, длинные клыки и шипы, а у некоторых особей и несколько голов, скорпионьи хвосты и многие другие ужасные мутации.

Гончие плоти

"Далеко на севере, в замёрзших пустошах легенд и сказаний, сквозь пространства равнин несётся кровавая охота. Дыхание демонов превращается в морозном воздухе в лёд, но ни тьма, ни жуткий холод не могут замедлить бега дикой стаи Кхорна по ночной тундре. Лающие гончие плоти возглавляют погоню, их звериные носы прочно удерживают запах смертной крови. За псами, подгоняя и раззадоривая их, следуют кровопускатели, ведомые неутолимой жаждой их рода. Повелители стаи, они ищут крови человека, дабы пролить её на ступени Трона черепов. Вечно алчут они новой жертвы, всегда хотят содрать своими лапами ещё тёплую плоть, всегда желают вымазать свои рога этим жутким трофеем. Каждый из них и все они вместе — окровавленные когти Владыки Кхорна, воплощение его проклятого величия и славы в мире."
- Гримуар Демоникус

Гончие плоти, известные также как Охотники за кровью, Псы гнева, Неотвратимые, Воздающие плотью и Псы Кхорна, — хищные волкоподобные демоны, чьи головы с мощными челюстями одновременно напоминают рептилию и дикую собаку. Гончие плоти — беспощадные твари, знающие запах каждого смертного существа и способные пересечь многие лиги по морям и горам в поисках или погоне за добычей своему богу. Их бритвенно-острые клыки с равной лёгкостью прогрызают латы и плоть, а их когти черны и покрыты кровью. Чешуйчатая спина гончих груба и крепка, звенья стальных пластин прибиты к телу железными гвоздями, на чьи шляпки нанесена руна-череп Кхорна. Гончие плоти поджары, но очень сильны, под их окровавленной кожей бугрятся сильные мышцы и крепкие связки, и они могут уклониться от удара меча и, продолжая то же гибкое движение, выбить латного всадника из седла. Каждая гончая несёт на своей чешуйчатой шее искусно сделанный тяжёлый медный амулет. Эти Ошейники Кхорна выкованы в яростном жаре кузниц у самого подножия Трона черепов. Эти зачарованные и украшенные шипами клёпаные ошейники делают гончих практически невосприимчивыми к враждебной магии, поскольку Кхорну ненавистна сама мысль, что его избранные служители могут стать жертвой трусливых колдунов.

Гончие плоти — охотничьи псы Кхорна, выпускаемые из Владений Хаоса, дабы растерзать любого, будь то демон или смертный, кто навлёк на себя неукротимый гнев Кровавого бога. Немногие способны уцелеть, когда их преследуют эти неутомимые убийцы, поскольку гончие плоти — непревзойдённые прирождённые следопыты, которые могут учуять свою жертву в лесу и среди скал, не сбившись со следа и не нуждаясь в отдыхе. Обычно за гончими следуют кровопускатели, всегда готовые принять участие в убийстве и испить крови павших. Когда охота закончена и добыча растерзана в клочья, гончие плоти возвращаются к подножию Трона черепов, где нетерпеливо ждут приказа начать новое преследование.

В бою гончих плоти выпускают против вражеской линии предваряя основное нападение. Они устремляются к противнику, желая насытиться свежей плотью. Звериный, первобытный разум гончих не ведает сомнений, а единственный, кого страшатся демоны — сам Кхорн, поэтому они будут атаковать, даже если все армии мира встанут против них. Свирепое нападение гончих создаёт большие прорехи во вражеских боевых порядках, что делает их ещё более уязвимыми к приближающемуся наступлению кровопускателей и кровавых разрушителей. Когда сражение выиграно, а враг разбит и рассеян, гончие плоти вновь устремляются в погоню, истребляя бегущих и яростно раздирая их на части своими острыми клыками.

Демоницы

Демоницы, известные также как Младые Слаанеша, Приносящие радостное падение, Извращённые искатели, — это младшие демоны Слаанеша и наиболее многочисленные из его слуг. Они наделены тем самым гипнотическим обаянием, что столь опасно во всех демонах Слаанеша. Эта аура скрывает сущность демоницы, поскольку без оной всякий бы увидел это существо таким, каково оно есть — белокожим отвратительным андрогином с крабовидными клешнями, скрюченными птичьими лапами и выпученными буркалами глаз. Однако чувственная магия демоницы наполняет все эти отталкивающие черты некоей извращённой красотой, что столь же неодолимо притягивает и очаровывает, сколь одновременно поражает и тревожит. Сражаться против них — это сражаться против желаний собственного сердца, от которых опускаются руки, мутится рассудок и исчезает решимость биться. Поэтому эти кажущиеся хрупкими создания могут победить самых закалённых воинов, посланных против них, превращая поле боя в арену для декадентских развлечений Князя Удовольствий.

Никто не может сказать о том, какие неземные удовольствия демоницы способны доставить душе смертного, но среди зловония поля боя они несут лишь боль. На стройных ногах они проносятся по полю брани, извивы их изысканных татуировок сливаются в головокружительные сочетания цвета и формы. Порочные и злобные, с любовью одаряющие смертельной лаской тех, кто смеет отвергать их очарование, демоницы стремительно уничтожают любого, кто встает у них на пути. Стремительные отряды причудливых тварей в танце переходя от врага к врагу, а их руки-клешни разрезают плоть и доспехи, принося жертвам дикую, но чувственную погибель.

Когда сражение заканчивается, демоницы бродят среди павших, выполняя самую омерзительную работу. Они подбирают изуродованные останки тех, кто жил согласно нечестивым заповедям Тёмного князя. Демоницы приносят их тела во Дворец Слаанеша, что во Владениях Хаоса, где заключившие с ним договор и хорошо проявившие себя в битве удостаиваются перерождения в Князя демонов. Тех же, кто принёс Слаанешу дурную славу или оказался трусом, обрекают на вечность страданий в нематериальном Дворце Наслаждений. Для последователей Слаанеша это место является раем, неподвластным человеческой морали, где все желания, независимо от их гнусности, могут быть удовлетворены. Однако для тех, кто чересчур опрометчиво заключили эту дьявольскую сделку, это ад, бесконечный и неослабевающий.

Слаанеш — единственное божество, решившее уподобиться смертным властителям. Тёмный князь окружил себя двором из влиятельнейших демониц, ставших его гонцами и прислугой. Эти куртизанки заботятся не только о капризах и прихотях своего повелителя, но и странствуют по владениям смертных, выполняя его приказания. По всему миру эти Герольды возглавляют бесчисленные обряды, что прославляют Слаанеша, и даруют его благословения. Такие церемонии иногда совершаются открыто, хотя чаще они окутаны тайной, но в любом случае устроителем празднества, что направляет ритуал и ход безудержных оргий чрезмерных излишеств, — всегда не кто иной, как одна из служанок Слаанеша.

Именно Герольды Слаанеша выступают шпионами в мире смертных, чьи донесения о человеческих слабостях предназначены для ушей самого Повелитель Удовольствий. Такие сведения могут привести к падению людских правителей, и Тёмный князь всегда готов использовать подобную возможность. В иных случаях Герольды несут слово своего повелителя его особо избранным почитателям. Не все такие гонцы приветствуются получателями, поскольку Слаанеш весьма необуздан в проявлении своих чувств, однако пришествие Герольда Слаанеша всегда считается знамением чего-то важного.

Демоны

Владения Хаоса населены существами состоящими больше из магии, чем из физической материи, одним своим существованием отрицающие всякие законы природы, имя им — демоны. Для жизни демонам нужна магическая среда, поэтому они заключены в границах Владений Хаоса, однако, они могут быть призваны в этот мир при помощи заклинаний, создающих недолговечные магические оболочки, в которые можно вселиться. Время от времени Владения Хаоса расширяются, словно приливная волна, позволяя демонам продвигаться на юг.

Существует множество демонов больших и малых, некоторые из них столь значительны, что становятся истинными божествами. Говорят, что демоны принимают форму, взятую из снов, поэтому ночные кошмары смертных создают новых демонов и божеств. Из всех богов, населяющих Владения Хаоса, только четыре имеют действительно известные имена: Кхорн, Нургл, Слаанеш и Тзинч. Это четыре брата и четыре постоянных соперника; каждый хочет переделать мир по своему, но каждый не настолько силён, чтобы сделать это в одиночку. Они хотят наводнить мир магической энергией, чтобы служащие им младшие демоны могли завоевать его. Время от времени север погружается во тьму, и приходят целые демонические армии и жители смертных земель вынуждены вести длительные и кровопролитные войны, чтобы защитить свои страны от порчи демонизма. До сих пор миру удавалось выстоять, но сможет ли так продолжаться и дальше, ибо армии Хаоса с каждым днём становятся сильнее.

Высшие демоны и Князья демонов

«…Ужасный демон взмахнул своим чёрным клинком, зарубив очередного воина. Могучий удар с лёгкостью пробил жалкие стальные доспехи смертного. Две половинки человека пали на землю, разбрызгивая кровь. Демон зарычал от удовольствия, когда кровь потекла по его бугристым мышцам, и его вопль был подхвачен тысячами демонов, упивающихся резней.

Ещё один тяжело бронированный человек вышел вперёд, вращая в обеих руках тяжёлый меч. На лице его застыла решимость. Клинок вонзился глубоко в бок демона, и дымящийся ихор закапал на землю. Бросив презрительный взгляд на рану, демон поднял взор, уставившись в глаза смертному воину, который пошатнулся, ощутив взрыв боли в голове. Жестокая усмешка появилась на губах создания, оголяя ряды похожих на иглы зубов. Огонь пылал в блестящих глазах демона, и дым вырывался изо рта. Бессмертный Князь демонов протянул тёмную когтистую руку, схватив человека за шею, и яростно сжал пальцы. Раздался резкий хруст, и тело смертного безвольно повисло. Демон презрительно швырнул его на землю. Меньшие демоны набросились на павшего воина, в ярости раздирая его на части.

Глубокая рана на Демоне-Принце быстро затянулась, он раскрыл за спиной огромные черные крылья и рванул ввысь. Сотрясая воздух могучими ударами кожистых крыльев, он нес себя к горстке оставшихся смертных воинов. Красные небеса дрожали и искажались, а воздух был наполнен ужасающими криками смертных и нечеловеческим ревом…»

Демоничество — это основная цель тех, кто ступает на путь Хаоса. Это награда за десятилетия преданности тёмным богам, дающая бессмертие, а также невиданную силу и могущество. Избранный чемпион может быть превращён в Князя демонов, которого некоторые считают даже более опасными, чем высшие демоны, поскольку в них остается ещё индивидуальность и независимость, в отличие от других демонов, которые являются лишь орудиями воли своих повелителей. У всех этих князей есть большие крылья — один из признаков демоничества — позволяющие им летать над полем боя, разя противника гигантским оружием, пропитанным чистой энергией Хаоса.

Однако слуга тёмных богов может быть не только превращён в Князя демонов, но и быть наделён духом демона. Подобные создания не столь могущественны как Демоны-Принцы, поскольку они тратят много энергии на поддержание себя в мире смертных. Эти Высшие демоны, как их называют, часто следуют за Демонами-Принцами и Великими Демонами в бой, но также случается, что Высшего Демона подчиняет своей воле смертный Чемпион.

Князья демонов и Высшие демоны столь же разнообразны, как и Чемпионы Хаоса, от которых они происходят. Некоторые из них — могучие воины, особенно Князья демонов Кхорна, а возвышенные до демоничества последователи Тзинча — могущественные колдуны. Князья демонов находятся на границе между смертным и демоном, поэтому они командуют легионами как смертных, так и демонов. Некоторые Князья демонов покидают своих смертных последователей и возглавляют воинства демонов из Владений Хаоса, поддерживая их своей собственной энергией. Другие продолжают возглавлять свою дружину, которая считает своего великого лидера демоном-богом
Фактически некоторым древнейшим и самым могущественным Князьям демонов поклоняются как отдельным божествам. Они становятся местными богами в деревнях и племенах, действуя, как представители своего властелина — их слова и деяния считаются словами и деяниями самих Темных Богов. Однако, как бы могуч не был Князь демонов, он не настолько глуп, чтобы считать себя могущественнее самих богов.

Демонические скакуны

Называемые также Скакунами Богов, Кони-Демоны — порождения злой магии, они призываются в мир на церемониях жертвоприношений. У Коней-Демонов есть рога, костистые пластины и стальные клыки, искажающие их бессмертные тела, а в их глазах горит пламя Хаоса. Некоторые из них — гигантские боевые кони, чьё дыхание смертоносно; другие — огромные, похожие на медведей создания с железными когтями, способными выпотрошить человека одним взмахом. Некоторые — слабые, истощённые звери, продолжающие существовать только благодаря бессмертным энергиям Хаоса. Земля горит и стонет под их ногами, воздух вокруг них мерцает от магической энергии, мурашки бегут по спине самых отважных воинов, когда они слышат их рёв и вой. Лишь самые доверенные и отважные Чемпионы могут ехать на Конях-Демонах, поскольку эти создания хитры и злобны, и не позволяют простым смертным ехать на себе.

Джаггернауты

Джаггернауты, известные также как Скакуны Кхорна, Крушители Крови или Душ, Джаггеры и Бичи Кхорна, – это огромные бронированные создания, смесь демона и заколдованной стали. Эти могучие звери из скрипящего железа и меди ростом выше человека, покрытые и закованные листами металла, с огнём вместо крови и бьющимся демоническим сердцем. Их выковали в чёрном огне и скрепили ужасными рунами, заключив в рукотворную оболочку из металлических мускулов и костей первозданный гнев.

Самые приближенные чемпионы Кхорна едут верхом на джаггернаутах. Земля дрожит, когда джаггернаут устремляется в атаку, и немногие смогут устоять, когда в отряд врезается, сминая ряды, страшный воин верхом на таком коне.

Выдержки из Либер Хаотика

...Джаггернаут - это и ни животное и ни машина, а демоническая смесь этих двух сущностей, существо из живого металла, кожа которого - медь, а кровь - чистый огонь. Они, как говорят, являются самыми ужасными из всех демонов Кхорна, и только самыми привилегированными его воинам представляется честь использовать Джагернаутов в сражениях.

Они воплощают те мгновения сражения, когда прорывается осада или происходит гигантская давка между полками. Везде, где мужчины бьются против друг друга, где только самый жесткий, кровавый и беспощадный из воинов может выжить, а остальные просто умирают. Эти мгновения и есть Джагернауты.

Джаггернауты ходят на четырех ногах, как и многие другие демонические маунты, у них мощное тело с исковерканной бычьеобразной головой, сильные ноги и большая и широкая пасть. Их кожа состоит из живущего метала, который скован рунами с символами Кхорна. В верхней части тела их плоть изменена, чтобы сформировать седло, а их морды разнятся от жестокого, почти человеческого облика, до покрытых металлом кабаньих, собачьих морд или морд других более крупных животных.

Джаггернауты очень редкие демоны, поэтому в войсках Хаоса они используются только самими чемпионами или его личными приверженцами.

На своем демоническом скакуне чемпион может нападать или выжидать момента, пока боевые порядки не станут тесными и сражение станет изнурительной борьбой. В этот момент он пошлет своего скакуна в бой так, чтобы атака Джагернаута была направлена против тесно сражающихся врагов, и в этой битве он будет убивать, не делая различий между своими и чужими.

Атакующий Джагернаут крушит всех, кто встал на его пути, с непринужденностью человека, который идет через траву, в то время как его голова поворачивается, бодая и убивая тех, кто находится в пределах ее досягаемости. Броня и щиты сокрушаются ударами массивных челюстей и ног, в то время как оружие, которым несчастные пытаются атаковать в ответ, просто отскакивает прочь или разрушается от живущего металла, который его прокрывает. Никакой отряд не может выстоять перед ужасом, который вызывает это чудовище, солдаты бегут, и в этот момент становятся легкой добычей для наездника, который беспрепятственно убивает их.

Только в самых больших ордах может быть достаточно много избранных чемпионов, одаренных демоническими скакунами, чтобы они могли сформировать отряды конницы, которая будет передвигаться на этих животных из живущего железа.

Точно также как и псы плоти Джагернаутов можно встретить вместе с избранным чемпионом достаточно далеко от Пустошей Хаоса. Я полагаю, что точно также как и с псами крови, что искореженные души их владельцев связывают их с материальным миром и как только, душа чемпиона освобождается на потеху его грязному богу, в этот момент Джагернаут возвращается к Лорду черепов, чтобы снова ждать его распоряжений.

В прежние годы существовала распространенная теория, согласно которой Джагернауты, возможно производятся на востоке гномами-ренегатами, которые живут в землях черепов. Там животные, которые раньше возможно были некоторым подобием быков, были изменены оружейниками-волшебниками таким образом, чтобы можно было совместить живые ткани и плоть и использовать раскаленную лаву в качестве топлива.. Это животное разрабатывалось ими в качестве живого тарана для легионов Кхорна как часть богомерзкого договора, который заключили эти отступники с Темными силами.

Эта теория по счастью была отклонена как полная ерунда и к облегчению многих. Поскольку она чаще всего использовалась в самой Империи и нагнетала обстановку в наших отношениях с союзниками больше, чем поощряла великий крестовый поход против сил Тьмы и ее союзников.

Хотя то, что не может отрицаться, это факт некоторого подобия между Джагернаутом и изображениями бычьего бога гномов-отступников Хашута, в виде быка с пылающими глазами и горящей кровью. Я думаю, что этот факт не подтверждает вышеизложенную теорию, а относиться только к происхождению гномов-отступников, и он просто создает прецедент на котором имперские кумушки просто стимулируют свое невежество.

Хотя может и есть некоторая более глубокая правда в этой идентичности Джагернаута с Хашутом, но пока еще мой скромный ум не может ее распознать.

Диски Тзинча

Демонических скакунов Тзинча называют Дисками. Эти причудливые создания – ни демоны, ни механизмы, а кошмарная смесь и того и другого. Поддерживаемые таинственной силой, Диски парят в нескольких футах над землёй, мягко скользя вперед по самим Ветрам Магии. Пока шумные полчища Изменяющего бегут и прыгают по земле, гордые колдуны проносятся над ними на парящих Дисках, низвергая на врагов магический огонь. Сами Диски Тзинча также не беззащитны, они хлещут вокруг себя разрядами магических молний или выпускают змеящиеся отростки с острыми когтями, полосуя врагов, подошедших слишком близко.

Драконоогры

Когда всполохи молний озаряют ночное небо и грохот грома сотрясает землю, северяне говорят, что это драконоогры бьются друг с другом на пиках Краесветных гор. Путники, укрывшиеся в редких пещерах или расщелинах, могут наблюдать этих сражающихся существ, озарённых в бушующей ночи вспышками молнии.

Драконоогры, известные в тёмном наречии под множеством имён, например как Шартаки (Shartaks), Шаруноки (Sharunocks) и Гарторы (Garthors), как утверждают, являются самыми древними из всех живущих ныне существ. Согласно легендам, они родственны драконам, животным далёкой старины, которые населяли мир до того как Врата Хаоса высвободили мощь Тёмных богов. Эоны лет назад раса драконоогров заключила зловещий договор с силами Хаоса, выбрав проклятие вместо медленного ухода в небытие. По крайней мере, таковы легенды, отобранные из древних записей Люстрии, добытых смелыми исследователями руин той земли и её странных хладнокровных обитателей.

Драконоогры живут практически вечно, если только они не умирают в сражениях в честь богов Хаоса. Большую часть времени они проводят во сне, и чем старее и больше драконоогр становится, тем больше он спит. У горных пиков севера встречаются даже такие их них, которые не просыпались уже сотни или даже тысячи лет.

Холодными зимними ночами ужасные бури бушуют в горах севера Старого Света. Спящие драконоогры просыпаются, когда их спящих умов касается отражённый в громе рёв богов Хаоса, призывающий их на битву, ибо таков договор, заключённый драконоограми, и обрёкший их всех на вечное рабство Хаосу взамен на вечность их жизни. И чем громче гром, тем больше драконоогров просыпается, однако лишь буря колоссальных размеров может пробудить самых старых и наиболее могущественных их этих тварей.

Когда разряды молний сыплются с небес, драконоогры отвечают на зов. Они забираются на самые высокие пики, где купаются в молниях, восстанавливая свою былую силу, поглощая энергию разрядов и готовясь к войне. Если просыпается сразу несколько из них, то разбуженные, они сражаются друг с другом, чтобы занять самый высокий пик, где купаются в молниях, дающих им силу и продлевающих их жизнь, ибо таков дар Хаоса, полученной их расой за свои души.

Драконоогры верят, что в будущем их вечное рабство закончится с разрушением этого мира Хаосом. Гром и молнии апокалипсиса конца времён пробудят всю их расу, и даже мёртвые восстанут, и, ведомые их прародителем — Краканроком Чёрным (Krakanrok the Black), проспавшим десятки тысяч лет, они отправятся в свою последнюю решительную битву.

Шагготы

Драконоогры растут по мере того как стареют, вырастая год от года, и увеличиваясь в размере, пока столетия проходят одно за другим. Говорят, что только в битве можно уничтожить одну из этих тварей, в противном случае они будет жить до конца времён, пока молнии будут обновлять их тела и души. Старейшие из драконоогров поистине чудовищны, жившие ещё до того, как эльфы познали письменность, и возможно даже до того как на планету пришли Древние, Шагготы (Shaggoths), как называют этих адских тварей, ныне достигли поистине титанических размеров и могут возвышаться над лесами, или даже над замками.

Столь велик ужас пред шагготами, что их прародитель Краканрок Чёрный, который и по сию пору известен в легендах, как говорят, имеет размер с гору. Истории подобно этой конечно преувеличение, но они хорошо показывают тот ужас, которые эти могущественные и чрезвычайно редкие существа вселяют в своих врагов.

Сильнейшие шагготы сражаются друг с другом за главенство, и победители становятся Чемпионами богов Хаоса. И хотя шагготы принесли страшные клятвы Хаосу, они славятся своей устрашающей независимостью, и отказываются сражаться под знамёнами демонов, веря, что это слишком опасно для того немногого, что осталось от их душ.

Дьяволы Слаанеша

Дьяволы Слаанеша, также известные как Рога Слаанеша, Химеричные прыгуны, Порождения предела удовольствий, — безобразный демон, помесь с чертами рептилии, насекомого (как правило — скорпиона) и человека. У него сегментированное туловища, покрытый мелкой чешуей хвост и две пары человеческих ног, оканчивающихся раздвоенными копытами. Каждый Дьявол также обладает парой длинных клешней, которые зачастую использует как ещё одну пару ног. У этого демона недостаточно мозгов, чтобы хватать ими, но он вполне способен орудовать клешнями как смертоносными клинками. Форма головы Дьявола в чем-то напоминает бычью, но с пастью, полной тонких, опасно загнутых клыков, из которой высовывается длинный, толстый язык. Два закрученных рога вырастают из головы, а большие, пылающие зелёным светом, фасетчатые глаза демона наполнены абсолютно садистским предвкушением. Шкура Дьявола либо бела, либо какого-нибудь мягкого тона, хотя их ноги несколько темнее всего остального, обычно темно-синего или темно-зелёного, нередко украшенная яркими узорами и завитками нечестивых символов Слаанеша.

Такие демоны — невероятно подвижные твари, что могут легко и быстро нестись и скользить по любой местности с пугающей скоростью. Есть что-то неописуемо жуткое в беге Дьявола Слаанеша, когда он раскачивается из стороны в сторону во время многоногого танца. Демон делает не менее трёх или четырёх шагов, чтобы преодолеть очередной метр, вывернутые конечности выстукивают неритмичные мотивы, воспевающие славу Тёмного князя Хаоса. Дьяволы Слаанеша поют друг другу на бегу, испуская пронзительные, прилипчивые трели, что способны услышать лишь немногие смертные. Этот звук с оглушающей мощью разносится колдовскими ветрами, исподволь разрушая любые заклятья и принося неготовым к подобному чародеям головную боль и потерю памяти. Так, первым предвестником приближения демонического легиона служит волна безумия, опустошающая ряды жрецов и магов, когда щебечущая песня Дьяволов Слаанеша отзывается в их снах.

Хотя Дьявол и несколько уступает в ближнем бою другим демонам, только глупец будет недооценивать его способности к разрушению. В дополнение к явственной угрозе от клешней выкормыша, противник должен следить и за жалом, раскачивающимся на конце его подвижного, составного хвоста. Шип содержит парализующий яд, способный отправить в глубокий сон даже впавшего в боевую ярость орка. Так же опасность представляет выделяемый демоном навязчивый, маслянистый аромат, что при вдыхании проникает в тело жертвы, пробираясь в сознание и не позволяя цели чувствовать что-либо, кроме самого сильного воздействия. Когда демонические легионы вступают в сражение, Дьяволы Слаанеша находятся на флангах. Они полагаются на одуряющий запах, заманивающий неосторожных в засаду, истребляя врагов, выглядящих неуязвимыми для столь хрупких, невинноглазых созданий.

Звери Нургла

Звери Нургла, также известные как Слизистые гончие, Гниющие невежи, Щупальцевые Хворепсы — поистине ужасающая насмешка над здравым смыслом. У них мягкая, липкая туша бледного слизня, с вросшими, бесполезными ножками, головой из шевелящихся зелёных щупалец и мощный, подвижный хвост, что исходит из спины и постоянно дёргается в стороны. Зверь Нургла столь же опасен, как уродлив, поскольку его прикосновение вызывает паралич, а слизистый след разъедает все, на что попадает. Достаточно только приближения зверя для того, чтобы умертвить небольших животных и растения, и даже более крупные существа быстро стареют и гибнут в его присутствии. Разумеется, ведь зверь является воплощением бессмысленного разложения.

Несмотря на омерзительную внешность и смертоносные особенности, звери Нургла — общительные создания, чьё поведение во всем схоже с чрезмерно дружелюбным и легковозбудимым щенком. Он требует внимания, встречая новых друзей и обмусоливая их целиком слизистыми щупальцами. Однажды разволновавшись, они редко (или никогда) могут сдержать себя и оставляют небольшие лужицы едкой жижи на своём пути. Все эти повадки не являются проблемой для других порождений Нургла, но смертные гибнут почти сразу. Когда новый «товарищ по играм» перестает шевелиться, интерес зверя быстро переходит к новой цели, и тварь радостно и бодро отравляет и убивает все, до чего дотрагивается. Так как зверь обладает только подобием разума, поэтому не может осознать последствия своего человеколюбия, лишь тень разочарования, когда новый товарищ остается неподвижным и скучным.

В сражении порождения бездны ползают назад и вперёд, желая встретить новых товарищей, постоянно переворачиваясь брюхом вверх и приглашая чумоносцев почесать их набухшие туши. Не нуждается в пояснениях тот факт, что звери привносят больше сумятицы и опустошения в ряды противников своей необузданной жизнерадостностью и необдуманным дружелюбием, чем в том случае, если бы их крохотные мозги пытались бы осознанно продумать, как нанести ощутимый урон. Чумоносцы стараются поддержать подобие порядка, подбивая зверей Нургла двигаться в нужных направлениях, нападать или удерживать позицию, хотя такие попытки неизбежно обречены на неудачу. Звери Нургла считают чумоносцев своими хозяевами и настоящими друзьями, обращаясь к ним за приказом. Звери очень преданны и всегда готовы помочь, поэтому нередко в начале сражения они находятся поблизости от меньших демонов, прежде чем весело уползти на поиски новых товарищей.

Зверолюди

«…и пришло время тёмное, и люди стали зверьми, и звери стали людьми…»

Зверолюди не являются детьми природы, они впервые появились на свет, когда Врата Древних были разрушены, открывая мир пагубному влиянию варп-камня. Это влияние было такого, что привело к пагубным изменениям многих первобытных людей, награждая их разными мутациями. Так и были рождены зверолюди — наполовину люди, наполовину звери, соединённые в порождения Хаоса.

Зверолюди — грубые и примитивные твари, которые с презрением относятся ко всем остальным расам, более всего презирая человечество. В битве они сочетают жуткую ярость с полным отсутствием дисциплины. Зверолюди могут сражаться между собой только ради того, чтобы побыстрее добраться до врага. Есть множество видов и под-рас зверолюдей, однако грубо их можно разделить на две категории: унгоров (ungors), искажённые тварей, соединяющих худшие качества человека и животного, и горов (gors), крупных особей зверолюдей, являющихся гибридом человека и какого-либо могучего животного. Зверолюди охотно принимают своё происхождение от Хаоса, и, обладая интеллектом человека, они сочетают его с природной хитростью дикого зверя. Они — Дети Хаоса, и их искривлённые тела и извращённые мысли находятся на службе у Хаоса с самого их рождения, и им на это не нужны какие-то дополнительные указания.

Зверолюди живут дикими бандами, которыми командует сильнейших среди них. Они оскверняют своим присутствием леса и пустоши Старого Света и других людских наций всего со всего света, хотя больше всего их на далёком севере и в Драквальдском лесу, хотя множества из обитают и в южных землях, таких как рыцарская Бретонния или сверкающая Тилия, где древние леса скрывают скрытые лагеря зверолюдей. На восток до самого Катая и на запад через Великий океан и до самого Наггарота, зверолюди создают себе прибежища. Везде, где человек когда-то бродил или же обитает сейчас, теперь можно найти зверолюдей.

Это твари самые многочисленные среди творений Хаоса. Их количество можно лишь предполагать, хотя многие учёные опасаются, что оно превышает число людей. Они представляют огромную угрозу одиноким путникам на лесных дорогах и небольшим деревням и фермам. Часто дома и поселения подвергаются нападению в ночи, их обитатели без жалости убиваются, строения сжигаются, а животные уводятся в лес на поживу зверолюдям.

Орды зверолюдей, или боевые стада (warherds), как они сами себя называют, очень опасны на поле боя: устрашающая масса жестоких воинов и огромных громыхающих колесниц способны втоптать в землю любого, кто отважится встать у них на пути. Вместе с ордами горов и унгоров в бой идут минотавры и драконоогры, на их флангах по лесам скачут центигоры, а сверху за полем боя следят гарпии, готовящиеся попировать падалью. Выходя из лесов, вся эта звериная масса застилает собой весь горизонт. Нередко такие орды распадаются на враждующие между собой группы, поскольку Дети Хаоса хаотичны по своей натуре и понятие порядка чуждо им. Лишь самые могучие звериные владыки с железной волей могут удерживать свои стада в узде достаточно долго, чтобы они представляло собой серьёзную угрозу для людей, эльфов, гномов, орков и гоблинов, и когда такое происходит, то земли смертных оказываются в большой опасности.

Зверолюди на войне

Враждебные банды Зверолюдей сражаются друг с другом без перерыва, за территорию, еду или просто ради самого сражения! Но так же часто банды Зверолюдей объединяются для того, чтобы напасть на общего врага или защитить свои леса.

Зверолюди собираются вокруг своих Хердкамней, привлеченные дымом от костра, который зажигается шаманом. Шаман объясняет Зверолюдам, зачем он их собрал. Чаще всего это происходит, если шаман, по воле богов Хаоса, желает начать войну против людей, Гномов или прочих врагов. Часто боги Хаоса доносят свою волю до Вождей сами, через сны или видения.

Если Зверолюди согласны с планом, то все вожди готовятся к ритуальному бою, за главенство. Вожди бьются без оружия, и часто их руки связываются за спиной. Это делается для того, чтобы племена не потеряли своих вождей в таких схватках, но вожди имеют острые зубы и рога, и этого достаточно для того, чтобы нанести смертельные ранения врагу. Победитель получает титул Бистлорд или Горлорд. Он теперь является лидером орды. Если план Бистлорда благосклонно принимается Богами хаоса, к армии также могут присоединиться минотавры, которые сторожат Хердкамни, что весьма полезно для орды.

Лучшие воины всех племен собираются вождем в одно стадо, и они получают оружие и доспехи из запасников, которые есть под каждым хердкамнем. Этих воинов называют Бестигоры, и он являются самыми большим из Горов. Они надевают самые лучшие доспехи, и нередко закрывают морды кольчужными капюшонами. Они несут в бой лучшее оружие, которое было отнято у разных рас и принесено к Камню в качестве дара Богам Хаоса. Это большая честь для каждого Гора, и Бестигоры сражаются до смерти за того Лорда, который избрал их в Бестигоры.

Хердкамни и лагеря зверолюдей

Зверолюди не имеют постоянных поселений, а строят грубые и примитивные лагеря, в том месте, от куда он могут лучше совершать налеты на окружающие места. Чаще всего для лагерей они выбирают густые и непроходимые места лесов. Будучи весьма неглупыми тварями, зверолюди не остаются на месте долго, они перемещаются с места на место, чтобы избежать обнаружения и возмездия. Зверолюди нередко проходят сотни миль, прежде чем основать новый лагерь, и часто сражаются с другими зверолюдами, за лучшие места для налетов.

Сам лагерь груб и примитивен. Часто это просто большой костер, вокруг которого располагаются грубые хижины их шкур животных. Самые сильные зверолюди, такие как минотавры или бестигоры, занимают места ближе к огню, и ближе к еде. Меньшие твари, Унгоры, часто отодвигаются к самым краям лагеря, и часто по зиме самые слабые из них погибают. Большие стали гончих хаоса бродят вокруг лагеря зверолюдей, вступая в драки за кости и охотясь на самых малых зверолюдей. Некоторые племена зверолюдей держат гончих и даже Порождения хаоса в клетках из воткнутых в землю кольев, чтобы использовать их в битве.

После большой победы зверолюди часто упиваются вусмерть у костра, поедают пленников и наслаждаются плодами грабежа. Но сразу поле окончания празднования зверолюди снимаются с лагеря, бросая все, что они не могут легко унести в руках.

Лагеря зверолюдей часто располагаются вокруг священных хердкамней, которые разбросаны по самых диким регионам леса. Херд на языке зверолюдей это стадо, так зверолюди называют свои племена. Такие камни являются центрами поклонения богам Хаоса, и у их подножья зверолюди складывают свои подношения, которыми они стремятся добиться благосклонности богов: оружие и доспехи, знамена поверженных врагов и тела пленников. Часто могучие минотавры берут на себя роль хранителей таких хердкамней, становясь ужасающими стражами этих примитивных храмов Темных Богов.

Для того, чтобы собрать банду на войну, нужно зажечь огонь в кругу хердкамней. Шаманы бросают в костер наркотически травы, которые вызывают клубы разноцветного дыма, поднимающегося в небеса. Огонь наполняется деревом и падалью, и оставляется выгорать дотла. В течении последующей ночи со всех концов леса приходят зверолюди, привлеченные дымом и запахом горящей плоти. Каждый вождь стада выводит свое имя на хредкамне, и его банда разбивает лагерь неподалеку. Зверолюди также отмечают вокруг своих хердкамней свои самые важные праздники. Это место где банды зверолюдей могут встретится и где между ними не разгорится схватка. Так же у Хердкамня проводится священный ритуал, который называется Трапеза Чемпиона, когда стадо пожирает плоть своего убитого вождя.

Зверолюди за пределами Старого Света

Когда люди Старого Света говорят о зверолюдах, они чаще всего представляют собой диких тварей, что населяют леса Империи, в особенности лес Драквалд и лес Теней. Они чаще всего представляют собой полу-людей полу-зверей, которые являются гибридом человека и скота, козла или грызуна. Они могут даже и не подозревать, что свои зверолюди есть в каждой части света.

Тем не менее, было бы ошибочно предполагать, что силы Хаоса действуют везде одинаково, и что дети Темных Богов везде одинаковы. Хаоса изменчив и непредсказуем, и точно так же как Хаос оказывает воздействие на мир, мир в свою очередь оказывает воздействие на Хаос. Зверолюди обитают во многих уголках мира, и в каждом уголке они имеют свою форму, которая отражает место их обитания и страхи тех, кто живет рядом с ними.

Трудно сказать, что более правильно: национальный фольклор использует зверолюдей в качестве своих героев, или сами по себе легенды народов оказывают влияние на силы Хаоса, и зверолюди тех мест приобретают форму нечистой силы из легенд коренных жителей этого места. В частности в Империи черти и демоны похожи на людей, которые имеют козлиные ноги и морды, и зверолюди Империи во многом отражают это верование.

Со временем легенды, сны и страхи местных жителей оказывают влияние на силы Имматериума, которые проистекают с севера. Эта сила поглощается Детьми хаоса, и изменяет их в соответствии с местными легендами. Таким образом, эти мутанты служат подтверждением тех самых страхов, которые привели к их возникновению.

Далеко на востоке Норсии, есть племена, в которых молодые воины должны убить Йетти или Имира, для того чтобы стать полноправными мужчинами. В легендах Йетти это огромное двуногое животное, покрытое густым белым мехом. Многие северные кланы гномов в частности из крепости Драка-Крак, так же имеют множество историй об огромных тварях с белым мехом. Несмотря на то, что из более южные родственники относятся к этим рассказам со скепсисом, у нас нет основания в них не верить.

Далеко на западе, за океаном лежит страна Наггарот, королевство Темных Эльфов. В Горах Черного Хребта обитает множество тварей, от гарпий до мантикор и химер. В числе прочих в горах можно встретить и странных двуногих тварей. Они с головы до ног покрыты чешуей, обитают в пещерах и подземных коридорах, и не используют другого оружия, кроме каменных копий и топоров.

Иногда, когда голод сжимает свою костлявую руку, или когда силы Хаоса поднимаются на севере, эти твари спускаются с гор, чтобы нападать на поселения Темных эльфов. Несмотря на их примитивность, их так много что требуется немалая военная сила, чтобы отразить эти нападения.

Путешественники, которые побывали в далеких странах, в частности торговцы пряностями из далеких Инда и Катая, рассказывают о тварях, которые столь же далеки от человека, как и от обитателей Драквалда. Эти существа имеют тело человека, и голову тигра, гигантской хищной кошки из местных джунглей. Индусы считают из благородными, но весьма ветреными существами, которые могут как помогать жителям деревень отражать налеты других зверолюдей, так и сами могут разрушить деревни до основания. Их мотивы не понятны и неизвестны, но жители деревень часто приносят им подношения и жертвы, чтобы заручиться их поддержкой.

В Старом Свете мало что известно о странах, которые лежат еще дальше на юг, за пустынями Арабии. Самые эрудированные из ученых, могут вам рассказать об огромных обезьянах, которые живут в джунглях Южных Земель. Эти обезьяны сильно напоминают людей, они достаточно организованы, умны и часто совершают налеты на других обитателей джунглей. Когда гоблины или ящеролюди преследуют их, они скрываются на вершинах деревьев. Точно сказать, где кончается очень умная обезьяна, и начинается злобный мутант Хаоса очень сложно. Тем не менее из присутствие в лесах не делает их не дружелюбней, ни легче для исследования.

Все, некоторые или вообще ни один из видов, перечисленных выше, могут быть Детьми Хаоса, точно так же как и Зверолюди Империи. Трудно сказать точно, вполне возможно, что эти неизвестные нам разумные расы, умные животные, или просто выдумка досужих путешественников. Кто знает, сколько существ пали жертвами мутирующей сила Ветров Магии? Но в любом случае, происхождение этих тварей не имеет большого значения. Для большинства нормальных людей в полный рост стоит вопрос как с этими тварями бороться, а не откуда они взялись.

Основные виды зверолюдей

Зверинные вожди

Зверолюди дают своим лидерам почетные звания, такие как Разрыватели, или Горы Войны. Самые сильные горы, которые становятся Бистлордами, получают титулы Банебистов или Банегоров. Лидеры горов планируют нападения на поселения и караваны, и решают споры между другими зверолюдами, правя стадами железной рукой. Могучие Бистлорды по праву вызывают страх как у самих зверолюдей, так и у других существ. Банда хорошего Бистлорда никогда не попадается, и служит постоянной угрозой поселениям и караванам.

Горы

Для взгляда стороннего наблюдателя все Зверолюди одинаковы — бесконтрольная масса зубов, клинков и меха. Большая часть людей равняет всех Зверолюдей под одну гребенку и не видит между ними различий. Тем не менее, различаются несколько подвидов Зверолюдей, которые существенно отличаются друг от друга.

Самые сильные Зверолюди несут название Горы. Их внешний вид может сильно различаться в зависимости от места их обитания, но все они сочетают в себя смесь человека с чертами животного. Большая часть известных видов Зверолюдей представляют собой сплав нижней части козла с торсом человека. Но, как и все дети Хаоса, Зверолюди могут иметь множество вариаций. Некоторые несет на голове рога коров и быков, а не козлов. Многие так же имеют странные и ужасающие мутации. Известны зверолюди, которые имеют головы насекомых или лошадей, множество рук, длинные хвосты, которыми они способны бить как плетьми, и прочее. В среде Детей хаоса линия между Мутантом и Отродьем весьма тонка, и часто пересекается в обе стороны.

Единственное что объединяет всех горов это рога, ибо без рогов зверолюд не может быть настоящим гором. Зверолюди которые имеют хорошие рога, и не имеют других мутаций, несут название Тругоры, Истинных Горов, и они являются самыми умными среди зверолюдей. Для зверолюдей рога это предмет гордости и знак силы, и вождями становятся только те Зверолюди, которые имеют большие и впечатляющие рога. Часто перед битвой Горы обмазывают свои рога кровью, чтобы придать себя еще более кровожадный и устрашающий вид.

Унгоры

Унгоры не так сильны, стоки и умны как Горы. Они не так велики, как могут быть Горы, и их рога часто малы и малочисленны, тогда как многие горы имеют более одной пары рогов. Рожки Унгоров часто представляют собой подобие рожек коз, а не козлов, как у Горов. Из-за этого горы не считают унгоров полноправными Бисменами. Некоторые особо невезучие Унгоры вообще не имеют рогов. Эти несчастные называются Брай, и на них с презрением смотрят даже другие Унгоры.

Унгоры исключительно злобны и жестоки. Они срывают свою обиду на Горов на своих врагов в битве, пленников, Браев и на всех, кто попадается им на пути. В битве Унгоры присоединяются к стадам Горов, бросаясь вперёд, только с одной целью, порвать кого ни будь в битве. Но в бой Горы всегда стремятся прорваться вперед, так что Унгорам остается только тыкать своих врагов копьями из-за спин Горов.

Бестигоры

Самые сильные Зверолюди известные как Бестигоры. Они не только сильнее всех Горов, но и дисциплинированнее их. На поле боя они сражаются в плотном строю, используя свое преимущество в силе и вооружении. Бестигоры всегда несут лучшее оружие и лучшие доспехи, часто трофеи, захваченные у других рас. Часто Бестигоры составляют сильный центр армий Зверолюдей, тогда как стаи горов и унгоров нападают на врага с флангов.

Возлюбленные богами подразделения Бестигоров могут даже иметь знаки богов, ибо из всех Детей Хаоса бестигоры ближе всего к своим богам. Бестигоры, которые несут знаки богов, называются Кхорногоры, Пестигоры, Слаангоры и Тзиногоры, в зависимости от бога, которому они поклоняются. Это одни из самых опасных тварей в Старом Свете.

Тускгоры

Некоторые наиболее везучие вожди Зверолюдей могут иметь колесницы. Колесницы Зверолюдей являются грубыми и примитивными. Они собираются из досок, которые грубо сколачиваются и связываются, безо всякого мастерства и заботы о красоте. Но это мало важно, так как твари, которых зверолюди используют для своих колесниц, компенсируют слабость этих творений. Рогачи, которых зверолюди используют для своих колесниц, представляют собой жуткую смесь диких кабанов Старого Света, и самих Зверолюдей, которые подверглись мутации силами Хаоса. Колесницы Зверолюдей носятся по полю боя с огромной скоростью, врываясь в ряды врага, топча из копытами и насаживая на рога.
Брай-шаманы

Шаманы пользуются большим уважением среди Зверолюдей, и к ним относятся почти с благоговением. Даже самый большой из бистлордов, который имеет самые большие рога, питает большое уважения к шаману, ибо они единственные, кто может использовать магию среди Зверолюдей. Шаманы познают свое мастерство владения магией не из книг и не учат его в школах: шаманы Зверолюдей используют ветры магии на уровне инстинкта. Точно так же как менее возлюбленные богами расы умеют ходить и размножаться, шаманы умеют использовать ветры магии по своей воле.

Брай-шаманы используют магию Хаоса на уровне инстинкта, они рождаются с даром сплетать заклинания, а не учатся ему как другие волшебники. Они используют энергию напрямую из Королевства хаоса, от куда проистекают Ветры Магии. Шаманы Зверолюдей используют магию в ее первозданной форме, беря ее прямо из Владений Хаоса, откуда ветра магии вливаются в мир. Магия Хаоса могущественна, но опасна в использовании, как никакая другая, поскольку она изменяет всех, кто использует ее разрушительную сущность. Лишь обладающие истинной силой воли и целеустремленностью могут достичь высот владения магией Хаоса, поскольку контакт с ней несет не только физические мутации, но также воздействует на рассудок колдуна, вызывая истерию, паранойю, галлюцинации и манию величия.

Брай Шаманы очень важны для каждой банды. Они не только могут использовать свою магию в бою, они могут покидать свои тела и путешествовать по Владениям Хаоса, и даже общаться с самими Тёмными богами. Используя свои мистические видения, Шаманы могут толковать предзнаменования и определять волю Богов. Ни один Зверолюд не причинит вреда Шаману, даже если тот из враждебного отряда. На убийцу Шамана, как полагают, падает гнев Хаоса, а это — одна из немногих вещей, которых боятся даже жестокие Зверолюди. Даже на поле битвы Шаман может ходить свободно — Зверолюди расступаются перед могущественным пророком Хаоса.

Крикуны

"Я ощутил то скрытое в этих грациозных и хрупких созданиях, что делает их столь грозными хищниками. Я очень осторожно пробирался сквозь их гнездо — учуяв мою магию, они пожрали бы меня вместе с нею."
- Либер Малефик

Крикуны, известные также как Пикирующие и Визжащие небесные скаты, — это мерцающие небесные акулы Тзинча, парящие в Ветрах Магии, как птицы по ветру. Они лишены сознания, и ими движет лишь сильный охотничий инстинкт. Во Владениях Хаоса крикуны пронзают толщу колдовских морей, питаясь тенями душ погибших смертных, отбившимися от стаи фуриями и другими случайно оказавшимися поблизости недолговечными магическими созданиями. В тот момент, когда косяк крикунов учует запах человеческой души, он начинает безостановочно преследовать её сквозь мириады химерических слоев, что составляют Владения Хаоса. Крикуны неизбежно настигают свою обречённую добычу и в мгновение ока рвут её на части, принося клочья души в жертву Тзинчу.

В мире смертных крикуны собираются в стаи на полях сражений, привлечённые из Владений Хаоса намечающейся резнёй, царящей там ненавистью и выплеском переживаний. Столь приспособленные к охоте среди причудливых течений Владений Хаоса, крикуны могут выглядеть хрупкими и невзрачными в грубой реальности, и всё же оставаться грозными противниками. Ощетинившиеся клыками, рогами и шипами, они пикируют, оставляя в воздухе разноцветные следы, полосуя врагов своими острыми выростами, и снова взмывают ввысь.

Изначально примитивная, если не сказать — безмозглая, натура крикунов легко подпадает под власть других демонов. Это же означает, что если сила или воля их повелителя уменьшаются, крикуны сразу же возвращаются в своё обычное состояние, совершая жестокие и внезапные нападения на уязвимые цели — возможно, даже на потерявшего контроль вожака.

Они столь быстры и ловки, что считаются прекрасными скакунами, хотя их убийственные инстинкты могут оказаться опасными, если внимание всадника обратится на какой-либо другой объект. Вследствие этого, крикуна, прежде чем использовать его как ездовое животное, необходимо превратить в нечто иное. Этим иным являются Диски Тзинча, сохраняющие плоские, скатообразные формы крикунов, но с телами, приобретшими странные, причудливые черты в результате ритуала подчинения, и как результат некоторые Диски Тзинча покрываются рядами глаз, другие же облекаются в живой металл, чешую или перья. Диски Тзинча нередко служат скакунами Герольдов Тзинча. Эти жуткие «кони» парят над полем боя, прежде чем спикировать вниз, дабы с неожиданного направления напасть на врага.

Кровожады

Кровожады - так чаще всего называют высших демонов Кхорна, однако они известны и под другими именами, такими как Кулаки Кхорна, Пьющие кровь, Кровавый, Владыки черепов, Пожиратели плоти, Смертоносцы Кхорна, Кровавые, Стражи Трона, Своевольные убийцы, Воплощение войны. Они представляют собой демонов ужасающих размеров, которые рассекают всё перед собой вопящим, как смерть, рунным топором, и стегают души врагов кнутом, пылающим адским огнем. Они летают над полем боя на гигантских крыльях, ревя от бесконечного гнева и атакую с невероятной свирепостью любого в пределах досягаемости. Смертные не способны даже представить себе их жажду крови. Кровожады не боятся ничего и никого, кроме своего грозного властелина Кхорна, и устремляются в атаку на врага, не задумываясь о том, что за этим последует, хотя обычно за этим следуют смерти тех, кто встаёт на их пути (они даже не успевают бежать).

Кровожады – это воплощённые полубоги смерти, и одно их присутствие вводит их смертных и демонических союзников в кровожадное бешенство. Эти существа пропитаны ненавистью; ревом и воплем они бросают вызов своим смертным противникам, и немного на свете есть героев, способных оставаться в живых перед ними дольше одного мгновения. Жажда битвы никогда не оставляет их и неважно сколько черепов положено ими к подножию трона своего властелина, или сколько душ вырвали они из слабых смертных тел своими топорами и кнутами, Кровожады – бессмертные воины, и они будут сражаться, пока существует сама война.

Выдержки из Либер Хаотика

...Кровожады являются самыми могущественными из демонических легионов Кхорна. Ни одно из других демонических созданий так наглядно не показывает всё то, что представляет собой Кровавый бог. Их называют "Воплощённой войной", и это прозвище очень точное, так как они суть истинное воплощение самой кровавой стороны войны и известны, как самые великие воины из всех демонических созданий. Только самые героические из смертных имеют практически ничтожный шанс выжить, встретившись в бою с этими абсолютными воинами, и ещё меньший шанс победить.

Я верю, что Кровожады, как и все другие высшие слуги Разрушительных сил, могут выбирать в какой форме явиться в наш мир и их образ в свою очередь изменяется под влиянием глубочайших страхов, встречающих их. Однако их наружность всегда ужасна во всём многообразии принимаемых ими форм.

Самая излюбленная форма, которую они выбирают, - это огромные закованные в доспехи воины. Лица этих воинов напоминают пасти зверей, особенно собак, чей облик так приятен их повелителю - Кхорну. Их шкуры покрыты тёмно-красным мехом, забрызганным запёкшейся кровью, а их глаза - горящие или же молочно белые без видимой радужной оболочки. Их доспехи выкованы из румяной бронзы или чёрного железа, и несоменно являются магической бронёй, известной как броня Хаоса, которую я полностью исследую в другом месте в этого тома, действительно, трудно предположить, чтобы избранные Кхорном были облачены во что-нибудь иное. Наконец, из их спин растут огромные, перепончатые, крылья, похожие на крылья летучих мышей, на которых они летают над полем битвы прежде, чем окунуться в самую кровавую из битв.

Они всегда вооружены самым любимым оружием своего бога - огромным топором, который очень часто дополняется жутким кнутом. Эти топоры часто называют просто Топорами Кхорна, ведь они обладают поистине огромным потенциалом для своего смертоносного предназначения.

Ужасны времена, когда Тень надвигается на цивилизованные страны и из северных земель появляются воинственные орды во главе с Кровожадами. К нашему счастью, это бывает исключительно редко, а иначе наш мир уже давно был бы разрушен. Однако, глубоко в пределах Владений Хаоса, междуусобные сражения идут постоянно и Кровожады там командуют демоническими легионами Кхорна. Только на поле битвы они находят смысл своего существования и некоторые полагают, что эти демоны физически могут появиться только в том месте, где кипит жесточайшая резня, несмотря на доказательство обратного, такое как записки Ягера Фантазёра. Однако на мой взгляд такие мысли безумны, так как подвергают сомнениям само существование этих существ.

Кровожады дикие существа, ревущие от неутолимой жажды крови, которая простирается далеко за рамками всякого смертного понимания. В сражении они идут всегда в самом центре фронта, нападая на все в пределах их досягаемости и не страшась ничего и никого кроме их собственного тёмного властелина. Им неинтересны всякие стратегии или планы сражений, им чужда тактика, они жаждут только крови убитых и черепов для Трона-из-черепов. Но несмотря на это, те орды, которыми они командуют, являются непримиримыми противниками, поскольку, в то время как Демон будет сражаться не взирая на своих слуг, само его простое присутствие на поле битвы приведёт его смертных и демонических союзников в боевое безумие.

Некоторые полагают, что эта жажда крови и тяга невероятному насилию, указывают на наличие некоторого собственного сознания у этих монстров, и существует возможность использовать присущую им прямолинейность, и даже глупость, для того, чтобы сопротивляться этим демонам, в тех случаях, когда сила оружия уже не поможет. Я опровергаю эту идею, поскольку они путают неосознанное разрушение жестокого ребёнка, у которого тем не менее остается понимание о тех разрушениях, которые он вызывает, со сконцентрированной маниакальной жаждой крови того, кто убивая других, только подтверждает своё собственное существование.

Не существует другого демона, который бы оставался в рьяном служении своему господину и был бы похо на Кровожадов. Они несут в себе тысячелетнее зло и врождённое понимание того, почему смертные сражаются, ненавидят и проливают кровь своих собратьев.

Кровопускатели

Кровопускатели, известные также как Избранные Кхорна, Воины Крови, Клыки Смерти, Нагие убийцы, Собиратели черепов или Рогатые, — это меньшие демоны Кхорна, свирепые и грозные бойцы, из которых состоят демонические орды Кровавого бога. Они, как гласит легенда, переродились из смертных служителей Кхорна, чья тяга к насилию и сила воли не уступали чертам самого их бога. С них постоянно капает кровь, засохшая корка которой покрывает матовую гриву, а их тела частично закрыты доспехами, иногда сросшимися с кожей. Из полуоткрытых пастей кровопускателей выступают острые иглы зубов, а длинный, змеиный язык постоянно выискивает возможности вкусить свежей крови. Красная чешуя шкуры едва сдерживает огромные жгуты мускулов, достаточно сильных, чтобы кровопускатель мог пробить своими чёрными обсидиановыми когтями даже самую прочную броню. Вся эта мощь направляется стремлением убивать, что превосходит любое доступное смертному чувство, ибо для кровопускателя не существует иного желания или помысла, нежели истребление врагов Кхорна и собирание черепов во славу их владыки.

Каждый кровопускатель вооружён Адским клинком (Hellblade) — иззубренным железным мечом, чья, закалённая кровью многих поколений воинов, воронёная поверхность светится от жутких чар.[1] Рана, полученная от такого лезвия, может убить даже самого стойкого героя, пожрав его душу и истощив измученное тело. Адские клинки создаются самим естеством кровопускателя, и никогда не могут быть выпущены или выбиты из его хватки. Каждая взятая мечом жизнь усиливает его обладателя, наполняя его яростью и могуществом. Таким образом, кровопускатель намного страшнее к концу битвы, нежели в её начале, ведь после он насытился причинённым разрушением и совершенно обезумел от потребности в дальнейшем кровопролитии.

На поле брани кровопускатели выходят стройными рядами, выкрикивая славословия Кхорну, Владыке черепов. Подражая смертным воинам, которыми, как шепчет сказание, они когда-то были, каждый отряд шествует под окровавленным знаменем, развевающимися неземным ветром, и на которых написаны имена бесчисленных жертв, число которых столь велико, что знамёна чернеют от накладывающихся поверх друг друга слоёв проклятых символов.

Когда же сражение начинается, то всё подобие порядка исчезает. Кровопускателей не интересует высокое искусство стратегии — к чему утруждаться фланговыми маневрами, если единственное, что действительно значимо — утоление ненасытного голода и вечной потребности убивать? Алчному Кровавому богу важно количество жертв, а не их качество, и кровопускатели рвутся в бой, чтобы удовлетворять его аппетиты. Требуется поистине могущественный лидер для того, чтобы заставить кровопускателей следовать какому-то плану. Оставшись без руководства, кровопускатели устремляются к одному противнику за другим, истребляя врага смертоносными адскими клинками, а затем снова пускаясь на поиски свежих жертв. С каждым новым убийством кровопускатели издают грозный клич, что разносится по всему полю брани и холодит сердца всех услышавших его.

Самыми страшными среди кровопускателей являются ужасные Герольды Кхорна. Сходящие с ума из-за постоянной жажды убийств, эти герольды наносят удары и терзают своих противников с неистовством, превосходящим ярость прочих кровопускателей. Когда гнев герольда нарастает, все кровопускатели поблизости подчиняются неодолимому безумию, придающему им силы. Они разрубают и рассекают врагов, пока на поле боя не остается ничего, кроме горы изуродованные тел — ещё одной победы во славу Кровавого бога.

Культ Удовольствий

Культы излишеств (Cults of Excess), такое название получают все обособленные секты, поклоняющиеся запретным богам. Они являются постоянной занозой в боку общества высших эльфов. Лучше прочих среди них известны Культ Роскоши и Удовольствий. Культ Удовольствий особенно «прославился» склонностью к бессмысленному насилию и жестокости, что и заслужило отвращение к нему всех добропорядочных азур, равно как и предрасположенность многих дручии.

Давным-давно, во времена правления Короля-Феникса Бел-Шанаара, с увеличением богатства, эльфы становились всё более ленивыми и стремящимися к роскоши. Многие эльфы под влиянием Морати обратились к Слаанешу. Был создан Культ Удовольствий, который очень быстро охватил всё эльфийское общество. Скоро многие аристократы высших эльфов начали предаваться порокам под покровительством Культа, не ведая, что отдаются в объятия Хаоса. Большинство эльфов просто не видело связи между этими явлениями.

Бесчинства Культа Удовольствий, опустившегося до жертвоприношений живых существ, вскоре обеспокоили Бэл-Шанаара. Он обратил оружие на собственный народ, на сердце культа — Нагарит, чтобы избавить своё царство от его тлетворного влияния.

Первым посеял сомнение среди эльфийской знати Малекит, сын Королевы Морати и прежнего Короля-Феникса Аэнариона. Он заявил, что члены Культа Удовольствий проникли повсюду, угрожая духовной чистоте всей эльфийской расы. По приказу Бэл-Шанаара агенты Малекита арестовывали и допрашивали любого, кто мог оказаться членом культа.

Вскоре Малекит обвинил самого Короля-Феникса в поклонении Слаанешу и устроил резню в Святилище Азура, пытаясь самому стать новым Королём-Фениксом, однако Пламя не приняло его, и так началась ужасная гражданская война, принесшая много горести эльфийскому народу.

После изгнания тёмных эльфов на север в холодное королевство Наггарот, Культ Удовольствий на долгое время затаился, продолжая при этом оставаться основной религией для многих эльфийских семей и главное для самой Морати.

Пережив многие кровавые разборки со сторонниками Каина, Культ Удовольствий выжил и недавно возродился с новой силой, когда колдунья Морати, опасаясь нападений с севера, пока её сын Король-Колдун Малекит, ведёт свою войну против высших эльфов, решила заключить Хаос в свои объятия и обратить врагов на свою сторону.

Взор Малекита полностью сосредоточился на Ултуане и Морати, отметив, что война оттянула немало сил от нации дручии, поняла, что пора вновь сделать Культ Слаанеша значимой силой. Королевы Ведьм были уверены, что за долгие годы подавления Культа практически искоренили его, но это было всего лишь иллюзией, и возвращение культа стало неожиданностью для всех. Могущество монастырей и колдуний из-за связи с Культом Слаанеша за последнее время сильно увеличилось.

Желая укрепить Культ, Морати отправилась далеко на север. На спине своего тёмного пегаса, Сулфета, в сопровождении нескольких верных колдуний, также оседлавших быстрых летающих скакунов, она мчалась сквозь тьму, над горами и лесами. Они миновали высокие шпили северных сторожевых башен, отмечающих границу их королевства, но продолжили свой полет, продвигаясь всё дальше на территорию врага — диких племён Хаоса, известных как хунги.

Наконец, Морати и её поданные заставили своих животных приземлиться на осквернённую землю, посреди огромного скопления варварских банд. В центре этого сборища горел огромный костёр, вокруг которого сидели воеводы и вожди. Мрачные северные воины схватились за своё грубое оружие, когда эльфийки легко спрыгнули с седел и грациозно двинулись к костру. Никто не осмеливался встать у них на пути, ибо все чувствовали силу, которой владели эти странные, изящные женщины.

Воеводы поднялись со своих мест, чтобы встретить незваных гостей лицом к лицу, но у колдунов этих диких племён перехватило дыхание, когда они увидели красоту Морати, и мудрецы объявили, что око великого бога Слааннша, известного им как Шаарнор, обращено на неё. Они видели, что милость Князя Удовольствий вьется вокруг неё, как змея.

Морати провела зрелищный, разнузданный ритуал, вызвала шесть групп по шесть демониц и приказала им напасть на самых главных врагов хунгов — племя курган. Демоницы легко разметали банды курган, и воеводы хунгов принесли клятву верности Колдунье. Таким образом, Морати объединилась с племенами, которые раньше нападали на Наггарот. Молва об этом союзе покатилась по всем племенам хунгов, среди которых она стала известна как Королева-Консорт Шаарнора.

Во главе с Морати хаоситы двинулись в земли темных эльфов. Но теперь им не нужно было штурмовать эту страну — за спиной Морати они пришли туда без кровопролития. В Наггароте Морати собиралась создать армию для своего Культа и отправиться на юг, в жаркие джунгли Люстрии. Желая получить старые магические чудеса Древних, она собиралась острой сталью прорезать себе путь в самую глубь этой земли. Ей не составило труда объяснить этот поступок своему сыну Малекиту — чудеса и оружие в руинах городов-храмов можно наверняка будет применить против ненавистных высших эльфов. Боги Хаоса улыбались, глядя на деяния Морати, так как любая атака на слабеющих ящеролюдей делала последних беззащитными перед силами Хаоса.

Помазанники дручии

Во время катастрофической гражданской войны некоторые избранные воины, вручившие свои души Тёмному Князю, были одарены гибельными, неестественными силами. За прошедшие века их силы выросли, а эльфы, вставшие на сторону Морати и её сына, покинули родные края и поселились на новом континенте за морем — в Наггароте. Пока Культ Удовольствий был вне закона и вера в Каина процветала, эти избранники Слаанеша скрывались от любопытных глаз. Некоторые из них отправились далеко на север, где сражались с обитателями Владений Хаоса и старались испытать все возможные удовольствия. Проходили века и тысячелетия, и количество этих сверхъестественно могучих созданий, теперь известных как Помазанники, уменьшалось, и сейчас их осталось совсем мало. В отличие от низших рас, эльфы обладают большим сопротивлением к физическим мутациям, но за долгие годы Хаос повлиял даже на них, хотя и по-другому. Перегруженные чувствами и желая все новых, их зрачки расширились, и кажется, что теперь в их глазах царит кромешная тьма. Кожа некоторых Помазанников прозрачная и голубоватая, а у других плоть стала черна как смоль. Они обладают чудовищной силой и демоническими особенностями. Теперь, когда Морати возродила Культ Удовольствий, Помазанники вернулись вновь.

Кхорн

Кхорн — Кровавый бог, Пожинающий души, Владыка черепов, также известный среди многих северных племён как Архар или Кхарнат, а также под множеством иных имён. Он сильнейший из богов Хаоса, воплощение невообразимой злобы, ненависти и беспричинного разрушения, яростное божество звериной силы и беспощадной боевой удали, чей гневный рёв отзывается эхом сквозь пространство и время. Он бог воинов, и его пристальный взгляд всегда направлен на место сражения. Кхорн выказывает симпатию тем, кто борется за свои желания: великим воинам и могучим военным лидерам. Кхорн уважает силу, бесстрашие, военное мастерство. Друг или враг — для него лишь очередная жертва которую следует убить, душа которую следует поглотить и кости которые следует повергнуть к его окровавленному престолу. Вся кровь что проливают его последователи делает Кхорна сильнее. Но покуда останки последнего из смертных не окажутся у подножия его медного трона, Кхорн не будет удовлетворён.

На немногих существующих изображениях Кхорна, он показан чрезмерно мускулистым созданием с озлобленной головой зверя, сидящим на огромном медном троне, который стоит на вершине, окружённой морем раздробленных костей и крови, горы из черепов тех, кого по преданию убили его чемпионы и тех его последователей, кто пал в бою. Он облачён в искусно выполненный полный доспех, изукрашенный орнаментами с мотивами смерти. На цепях у его трона сидят гончие плоти, и в тёмных записях говорится, что последователь может воззвать к Кхорну, и тот напустит этих безжалостных охотников на врага, особенно на труса, который отказывается сражаться в открытом бою.

Топор — любимое оружие Кхорна, а другой частый знак, который носят его последователи — Ошейник Кхорна: тяжёлое шипованое кольцо, затянутое на шее в подражание ошейникам, которые носят гончие плоти. Символом Кхорна служит череп, но более популярна x-образная руна с полосой понизу. В одежде и доспехах его последователи отдают предпочтение красному и черному цветам, а также меди, которые ассоциируются с кровью, смертью и доспехом самого Кхорна. Священное число Кхорна — восемь и его произведения, что находит отражения на собраниях верных и в размере отрядов на поле боя.

Кхорну не строят храмов, и в его имя почти не проводят церемоний, поскольку он — Бог Войны, и ему поклоняются проливая кровь на поле боя. Единственная известная молитва ему — это кровожадный боевой клич, который орут его последователи: «Кровь — Богу Крови!». Значительная часть зверолюдей и воинов Хаоса поклоняется Кровавому Богу, но это пожалуй единственные кхорниты которых можно отыскать в Старом Свете, ибо этот бог не покровительствует интригам и не интересуется политическими играми.

Будучи богом Хаоса Кхорн тем не менее презирает любые заклятья и магию, хотя магическое оружие и доспехи, помогающие устраивать резню во имя его — другое дело. Не существует колдунов, поклоняющихся Кхорну, поскольку Чемпион Кхорна — воплощение воина, сражающегося с врагом лицом к лицу, а не поджаривающего врагов издалека магическими шарами. Он бог разрушения, сила, которая воплощает действие, а не мышление. Путь Кхорна — это убийство во всем его многообразии. Сотворение заклятий — результат деятельности разума, а не лезвия меча. Пролитие крови во имя Кровавого Бога есть дело первостепенной важности и можно ли найти нечто кощунственнее, нежели ритуалы и заклятия, имеющие целью придать форму и обуздать силы Хаоса? Кхорн — деятельный бог сражений а не бесплодных мыслительных усилий. Такова и присущая этому богу «магия», если ее можно считать таковой. Последователи Кхорна вооружены колдовскими мечами и демоническим оружием, чтобы нести смерть именем Кхорна. Несравненные клинки Кхорна служат даром его последователям и знаком величайшего благоволения. Колдуны, которых удается отыскать в большинстве случаев убиваются на месте, но некоторые попадают в кузни Кхорна, где становятся рабами на весь оставшийся срок их жизни, и зачаровывают оружие и доспехи. Но и их скоропостижная смерть служит делу, ибо в их крови клинки закаляют, а их тела питают пламя в горниле.

Чемпионы этого бога — несравненные бойцы, поскольку они считают, что день прошёл зря, если не было смертей во имя Кхорна. Поэтому они склонны нападать на союзников, как и на врагов, особенно когда до настоящих врагов не добраться. Они бьются в одиночку, презирая узы союза и взаимные клятвы, исключая, разумеется, те случаи, когда им выгодно обратное. Чемпионы Кхорна всегда соперничают, и если они не верят, что их бог свел их вместе для грядущей великой битвы, то встреча двух чемпионов почти всегда заканчивается кровопролитием и смертью одного из них или обоих. Это наиболее фанатичные из его последователей, поскольку и собственная смерть для них — лишь подношение Кхорну.

Но есть и другая сторона Кхорна — воплощение чувства чести и воинской доблести. Кхорнитский чемпион совсем не обязательно будет полоумным берсерком, но равно может быть гордым воином, жаждущий проявить себя перед своим богом. Со временем, впрочем, собратья по оружию неизбежно станут для него лишь пешками, служащие удовлетворению собственных прихотей, станут, как только он отряхнет с себя последние остатки человечности.

В известном мире за Пустошами Хаоса некоторые поклоняются Каину, Богу Убийства. Мудрецы, ведущие подобные еретические и опасные беседы, так и не сошлись во мнении — является ли этот эльфийский бог аспектом Кхорна или же это меньшая независимая сила.

Выдержки из Либер Хаотика

…И было так, что слова эти, сказанные в гневе, разошлись во все концы земель, возглашая свой зов и выжигая разум всех, кто внимал им. И поднялся сосед на соседа, и отцы в исступлении ярости тащили сыновей на улицы и убивали их там. Кроткие звери полевые травили друг друга и пастухи резали свои стада, чтобы искупаться в их крови. И овладели царями и князьями тех земель безумные замыслы и облачились они в доспехи и взяли в руки оружие, возжаждав престолов из костей своих родичей. Узники и рабы были преданы мечу, а их головы украсили пьедестал трона. И послали цари ратников в города и селения, чтобы собрать больше трофеев для престолов черепов. Каждый, кто влачил там свое существование, был убит ими, и все что дышало, было изведено с лица земли, и земля была выжжена и стены повалены, и никто не смог бы поселиться там вновь.

И стала земля подобна грязи от крови невинных, и дикие звери бродили по опустошенным землям и питались тем, что высасывали мозг из костей мертвецов. И повели цари и князья свои воинства из запустения своих царств, чтобы вести войну друг с другом. И собрались рати из всех земель в долину и преграждали в нее путь четыре горы с севера и четыре горы с юга. И стали они нападать один на другого со всяким оружием и зверями и хитроумными машинами, что были у них. И долго бушевала битва, и удача уходила и возвращалась от одной рати к другой. Восемь дней и семь ночей воины сходились и напирали и кололи и рубили. И спустили цари своих охотничьих псов и те мчались и рвали клыками и пировали свежей плотью. И чудовищные всадники на скакунах покрытых сталью сшибались снова и снова. И собрала смерть столь обильную жатву, что долина до краев наполнилась кровью и с головой покрыла тех, кто бился внизу. И терзал ратников голод, и пожирали они павших и пили их кровь, чтобы утолить свою жажду. А цари ели только плоть с голов, которые им доставляли. И когда солнце погрузилось в озеро смерти в восьмой раз, битва прервалась и остановилась, и жажда крови что толкала каждую смертную душу вперед утолилась и пресытилась. И рати не могли более сражаться, и огласил долину великий вопль, и каждый ратник возвысил свой голос, ища избавления или победы или сил продолжать биться. Сонм голосов долетел до тысячи пустых божеств. Ни один не отозвался. Но истинный бог слышал зов служивших ему. И в ответе его была жажда крови и мощь и ошеломляющая жестокость, равных которым не было.

И восстали из кипящего моря крови восемь могучих сущностей и были у них головы псов и тела львов и каждая опоясана тяжкими цепями из меди. И поднялись они на вершины тех гор. И позади них поднялась со дна моря новая гора, гора костей и черепов и была в ней высота тех восьми вершин полных десять раз. И увидев ее, ратники обретали новые силы и поднимались с орошённой кровью земли, чтобы воздать хвалу своему истинному повелителю. И пали цари и князья в великом страхе, ибо узрели они истинный Трон Черепов, рядом с которым их собственные престолы были лишь неверными подобиями. И на вершине вершин новорожденный бог возглашал в первом крике своё имя. И имя это повторялось и громыхало меж вершинами и повергало в бездну безумия малодушных и укрепляло достойных превыше всякого разумения смертных. И имя было Кхарнет — наш кровавый бог Кхорн.

Малал

«Слушай же мою мелодию: ах, как звучит моя флейта! Внимайте моему зову, смертные, и не думайте, что ожидает вас в тенях, куда завлекает вас моя соблазнительная песнь. Придите, люди, придите, крысы, придите, порождения тьмы. Не слушайте криков тех, кто прошёл здесь до вас, не замечайте обрыва в бездну, куда несёт вас ваша танцующая походка».

Есть имя, которое даже самые злые, самые испорченные и начисто лишённые всякого здравого смысла последователи Хаоса произносят едва слышным шёпотом и со страхом. Это имя Малал, имя мятежного бога Хаоса. Каждый смертный, которому достанет смелости открыть нечестивые чёрные страницы Великой Книги Отчаяния, проклятого фолианта, почитаемого священным среди культистов Хаоса, отыщет там такие слова:

«…и явился он быстрее, чем мгновение стало прошлым, и был он белым и черным, и все направления смешались пред ним. Исполнившись великого гнева от слов богов, Малал обратил против них своё сердце и скрылся в бесконечности пространства. Тогда, никто не осмелился поднять взгляд на Малала, кроме человека, что служил тем, кого ненавидел, что улыбался своим неудачам и не питал любви к другим проклятым. И когда воин почтил Малала, сердца богов Хаоса преисполнились страха, и смех бога-изгнанника наполнил склеп вселенной…»

Был ли Малал в необозримом прошлом исторгнут из лона Хаоса другими богами или он покинул их по своей воле, теперь уже не скажет никто. В любом случае, отношения Малала с другими богами Хаоса достойны удивления. Каждый из богов Хаоса преследует цели, соответствующие своим собственным интересам, и один лишь Малал, исходя из своих непостижимых убеждений, занимает столь непреклонно паразитическую позицию. Быть последователем Малала означает быть воином Хаоса, целиком отдавшимся пролитию крови других хаотических созданий. Потому Малала равно опасаются и ненавидят остальные боги. Точно также гонимы другими хаоситами последователи Малала. Они изгнанники, к которым не испытывают особенной любви ни сторонники, ни противники Хаоса, отверженные, зависящие от малейшего каприза покровительствующего им божества. Очень немногие поклоняются такому богу. Ещё меньше тех, кому удаётся прожить сколь-нибудь долго на его службе. Связывающие господина и слугу путы неизбеж о опустошают душу каждого воина, и редко кому удаётся ослабить однажды выкованные оковы.

Описание

Малал — это бог-отступник, обратившийся против остальных богов Хаоса и посвятивший себя их уничтожению. Его последователи, порой именуемые Обречёнными, выискивают и убивают последователей прочих богов, где только могут.

Малал — падший бог, сила, воплощающая стремление Хаоса к уничтожению всего и вся без разбора, в том числе и самого себя. Его тёмный храм мрачен и недвижим, подобно святилищам других божеств Хаоса. Колдовские огоньки в беспорядке разбросаны повсюду в его обители, а вокруг них роятся мимолётные образы возможных вариантов будущего. В одном огромном з ле собраны охотничьи трофеи. Ярится распятый на стене Кровожад, извиваясь на забитых в его конечности костылях. Освежёванный Владыка перемен свернулся клубком в чересчур тесной клетке. Его лишённая кожи плоть покрыта свежими рубцами. Мучается ослеплённый, оглушённый, лишённый каких бы то ни было органов чувств, Хранитель секретов. И десятки чемпионов, выставленных на обозрение, лишённых связи со своими богами. Счетоводы снуют взад и вперед по омраченному залу, наблюдая за участью попавших сюда раньше и распределяя вновь прибывших.

Малал охотно пускается на хитрость, чтобы подвигнуть остальных богов Хаоса схватиться друг с другом. В дело идут чары и разбитая колба, полоска ткани и восстание, и единое слово. Таковы инструменты, используемые Малалом для воплощении его планов подорвать могущество и уничтожить богов Хаоса. Сила Малала проистекает из борьбы уязвимого одиночки (условно), пытающегося противостоять сильнейшему угнетателю. Каждый раб, злоумышляющий против своего господина, каждый работник, ненавидящий хозяина, каждый крестьянин, что со злобой поглядывает на богатые поместья, каждый человек, который сетует на несправедливость богов, питает Малала свежей энергией.

Малала обычно представляют в виде возвышающегося подобно башне гуманоида с волчьими и крокодильими чертами. На его руках по шесть пальцев. Три его глаза настороженно оглядывают все вокруг. Множество зубов, львиных, акульих, коровьих и крысиных торчат из его челюстей.
Символ

Символом Малала является череп, поделённый по вертикали на две равные части, одна половина — белая, другая — чёрная. Вид его может варьироваться от сильно стилизованного до весьма натуралистичного и даже демонического. В одежде его последователи предпочитают чёрный и белый, особенно в сочетании с дольным делением. С Малалом связано число одиннадцать.
Поклонение

Малал не покровительствует ни воинам, ни волшебникам, ни унылым, ни отчаянным. Он бог, которого представители низов молят отомстить за себя знати, которая душит низшие сословия, не давая им занять заслуженное почётное положение. Также, он бог тех, кто ошибается, но кому недостаёт сил эти ошибки исправить. Его последователи — люди, чья ненависть к Хаосу становится столь сильна, что они готовы добровольно вступить в связь с Хаосом, чтобы биться с ним на равных. Множество не в меру рьяных чиновников и священников погубили свои души, согласившись, ослеплённые своей ненавистью, заплатить цену, которую потребовал с них Хаос за эту сделку.

Друзья и враги

Последователи Малала в большинстве своём одиночки. Горячо пламенеющая враждебность по отношению к Хаосу, которую несут в себе все последователи Малала, заставляет их ненавидеть любых идолопоклонников Хаоса, даже других последователей Малала. Изредка появляется вождь, способный объединить группу малалитов для достижения определённой практической цели. В этих случаях смертные последователи остальных богов Хаоса испытывают страх, ибо если даже один-единственный чемпион Малала опасен, то их сплочённая группа воистину внушает ужас.

По отношениям к другим организациям смертных последователи Малала скорее нейтральны, но не более того. В конце концов, Малал — бог Хаоса. Совершенно необязательно, впрочем, что подобное равнодушие является взаимным. Поэтому последователи Малала действуют поодиночке и тайно. Вместе с тем, они не колеблются, решая, сообщать ли властям точные сведения о присутствии и местонахождении враждебных групп хаоситов. Многие советы арбитрам, инквизиторам, охотникам за ведьмами и посланникам правящего дома пришли в виде шёпота во тьме, таинственных надписей или счастливых совпадений. Кроме того, последователи Малала стараются не вступать в конфликт с этими организациями. «Враг моего врага…», как гласит старинное выражение. Многие представители такого рода организаций поддерживают отношения с Малалом в той или иной форме. Вместе с тем, они не доверяют последователям Малала, хотя и склонны предоставлять чудовищам возможность пожирать друг друга, благополучно избавляя мир от их присутствия.

Требования и догмы культа

Малал требует от своих последователей одной единственной вещи: совершенной, стоящей превыше всего остального, преданности делу уничтожения сил Хаоса. Нередко, после того как на некую землю обрушится ярость орд Хаоса, выжившие, ослеплённые ненавистью и скорбью посвящают себя Малалу. Малал значительно более активен среди своих (относительно) немногочисленных последователей, нежели другие боги Хаоса. Поэтому, многие из его чемпионов удостаивались встречи непосредственно со своим божеством. Известно, что он даже открыто являлся и вмешивался в исключительно важных ситуациях и ради особенно верных слуг.

Мародёры Хаоса

Племена северян, участвующие в любом вторжении Хаоса на юг, получили прозвище мародёры Хаоса среди тех, кому не посчастливилось оказаться на их пути. Когда же они не участвуют в подобном вторжении, многочисленные отряды мародёров совершают безжалостные набеги на фермы и деревни Империи и Катая. Мародёры Хаоса — прирождённые бойцы, закалённые невзгодами и постоянными войнами. Они считают южан трусливыми слабаками, готовыми к битве не больше, чем новорождённый ребёнок.

Племена мародёров расселились по всему северу, некоторые из них, особенно в заснеженной Норске, живут в поселениях, грубо построенных из брёвен и камней. Когда Тень Хаоса наступает, норсы оставляют свои дома, ведомые богами, и присоединяются к воинам и рыцарям Хаоса, рвущимся на юг. Другие племена, такие как кургане и хунги, живут кочевой жизнью в степях севера Тёмных земель, всю жизнь проводя в седле и разбивая лагерь там, куда поведет их воля богов.

Одни племена мародёров относятся к лошадям с высшим почтением, а другие — со страхом и подозрением. Для многих мародёров лошадь — это символ положения, лишь лучшие воины могут ездить на них. Эти всадники представляют постоянную угрозу на границах цивилизованных земель, а когда мародёры собираются войском, разведывательные отряды этих всадников ведут их к самым богатым поселениям.

Выдержки из Либер Хаотика

…Они приходят с суровых заснеженных равнин — светлые волосы, голубые глаза и татуировки на руках, лицах и телах. Иные с волосами цвета воронова крыла, с застывшей жестокой усмешкой наслаждаются страданиями и болью, которые несут. Они приходят с севера и с востока — дикие хищники со сворами исходящих слюной псов. В их глазах — безумная жажда крови, жажда, что гонит их исполнять прихоти их богов. Едва прикрывая свою наготу, сжимая в руках грубые, но смертоносные топоры и палицы они неистовствуют в цивилизованных землях юга. Они жгут грабят и разоряют везде, где бы ни проходил их путь, принося жертвы своим равнодушным повелителям за адскими вратами далеко в северных пустошах.

Во тьме прошедших веков наши предки доблестно бились против злобных созданий и извращённых чудовищ. И мы побеждали, и следовали за ними по пятам до мест их рождения, и там истребляли их навсегда, избавляя от этой угрозы последующие поколения. Но были среди нас те, что пошли дальше, что не удовольствовались наследием, которые наши боги даровали нам, те, кто желал большего.

Дальше и дальше уходили они, пока не оказались в землях, что были покрыты Тенью. Там за ними не могло присматривать око наших богов, но столь велика была их жадность, что они не убоялись даже этого.

В этой Тени они встретили непостижимые сущности, древних демонов. Те легко различили в пришедших алчность и ненависть, что завели их столь далеко. И демоны восхваляли их, и льстили им, и сулили несравненно большие богатства, если только они отвергнут все, что было в них святого, и чистого, и смертного. Без наших богов, некому было наставить этих людей и они впали в ложное суеверие, и были порабощены теми демонами, что хорошо ведали все слабости человеческие.

Оставшись в Тени, эти люди пали в нечестие и кровожадность мерзкого поклонения Хаосу. Все больше росла в них извращённость и жестокость, и все хуже они упорствовали в своём пустом идолопоклонничестве, променяв его на спасительную веру в наших богов.

Ныне, с телами искажёнными столь же сильно сколь искажена их сущность, они вернулись, чтобы покарать нас за собственные грехи и спалить этот мир. И охотнее они разрушат все вокруг, чем дадут сохраниться хотя бы тени добра и порядка, которые напоминали бы им о том, что они потеряли.

Но не свирепствующих племён мы должны страшиться более всего, ибо все их деяния меркнут перед самим существованием предателей нашего естества. Они ратники в тех адских ордах, что угрожают самому существованию наших народов, когда эти земли накрывает Тень. На своём демоническом пути, как и прежде, они оставляют после себя лишь пожарища, разорение и бойню. Их всадники и разведчики снуют повсюду, заботясь, чтобы ни одна жертва не ускользнула из их рук, вне зависимости от того сколь далеко жертва находится и в какой безопасности она себя полагает.

Будто бы не довольно нам этих ужасов, но из их рядов, из их породы выходят самые отвратительные из наших врагов — рыцари и поборники Хаоса. И вместо того чтобы ужасаться тому, что эти чудовища в человеческом обличии были некогда одними из них, они приветствуют их и ободрены присутствием этого осквернения бытия ибо, быть может, стяжав вожделенную награду, те обратят свой милостивый взор помогавших им. И каждый воин любого племени мечтает пройти дорогу к могуществу и неизбежному проклятию.

В своих заблуждениях иные из этих хищников выбирают единственную Силу у которой и ищут помощи часто через тотем или иной предмет который, по их убеждению представляет ценность для избранного бога. Большинство, однако, не столь разборчивы в выборе веры, отдавая свою преданность тому богу, который принесет им больше пользы в настоящее время. Почитая своих богов, они создают их изображения и святилища — более впечатляющие, если они ведут оседлую жизнь и могут сторожить их, нежели если они скитаются подобно кочевникам Степи. То, что они пытаются договориться с каждым богом, который им известен, свидетельствует об их крайних заблуждениях, выделяя их даже среди тамошней ереси.

В сущности, никто из нашего рода не запятнан проклятием столь сильно, сколь люди Тенеземелья.

Ниже приведены выдержки из завещания барона Фаллона фон Кельспара, написанного незадолго до того как в 2325 он отверг звание и привилегии своего имени. Вслед за этим он был подвергнут отлучению церковью Зигмара в 2327, объявлен еретиком и угрозой человечеству Орденом Золкана в 2328, осуждён как предатель Империи в 2330, поставлен вне закона судом Владычицы в 2335, провозглашён клятвопреступником верховным королем в 2340.

«Ни одна другая порода не сравнится с человеческой. Пусть дряхлые расы именуют нас юнцами — их века остались в далёком прошлом. Мы распространяемся по свету также легко, как блохи на собаке. Никто не в силах остановить нас — ни праздный эльф, ни упрямый гном, ни дикий орк. Мы приходим, мы бьемся, мы умираем, но ещё больше нас приходят вослед, не наученные судьбой наших предшественников, пока мы не закрепимся на новом месте, пока мы не устоим. И что бы мы не возжелали, однажды станет нашим».

«Наши предки славно жили под рукой своих достойных правителей, скитаясь отдельными племенами, свободные от всякого принуждения. Мы были могущественным, энергичным народом, достаточно закалённым и стойким, чтобы покорить все на нашем пути. Ныне иные из этих племён — бретонны, унберогены, господари, да и мы сами, полагаем себя выше остальных. Мы видим в простой смене столетий печать „цивилизации“. Мы полагаем за собой моральное превосходство и „открываем“ земли и народы, чья история исчисляется веками. Мы выставляем себя на показ во всей нашей нелепости, которая только усугубляется отталкивающими и извращёнными одеждами которые мы носим».

«В ослеплении мы не замечаем, какими глупцами стали. Но ещё остались люди, что не пали до снисходительности к себе, сильные люди которые живут так, как жил человек в золотом веке. Они не дрожат перед своими богами, но торгуются с ними. Они не прячутся от неведомого, но лицом встречают его, знают себя и свою жизнь и ни от чего не отрекаются, проживая жизнь достойную лучших из нас.

Моя семья, друзья и любой другой, кто быть может, прочтет эти записи, без сомнения спросили бы меня, будь у него такая возможность, зачем я ушел на север? И если бы у меня было желание отвечать, я бы ответил, что на севере прошло наше прошлое. На севере лежит и наше будущее».

Маска Слаанеша

Маска Слаанеша, также известная как Вечный танцор, Проклятая дева, Тёмная обманщица, некогда была самой приближённой демоницей своего покровителя. Она танцевала ради наслаждения самим танцем, устраивая столь завораживающие представления, что они заставляли самих Богов застыть в потрясённом молчании. И все же она была низвергнута, когда Слаашен потерпел своё величайшее поражение в Великой Игре, интригами Тзинча вынужденный сражаться с Кхорном и Нурглом — война, которую он не мог выиграть.

Надеясь рассеять заботы своего создателя, Маска танцевала для тёмного повелителя, но Князь Хаоса был исполнен гнева из-за поражения, и его гордое сердце пылало жестокой болью унижения. Он взирал на движения демоницы, и в каждом жесте ему виделись лишь насмешку, тонкое издевательство, направленное против его уязвлённого самолюбия. Владыка наслаждения впал в ярость, он проклял Маску, обрекая её на вечный танец против её воли, заставляя забыть возможность расслабить уставшие конечности или испытать другие ощущения. Теперь её танец восславлял Слаанеша, каждое его положение служило знаком одной из его величайших побед. Выплеснув раздражение, Тёмный князь отвернул свой лик от демоницы и удалился во внутренние покои, где касания его наложниц, возможно, могли бы смягчить жуткую боль.

С тех пор Маска обречена танцевать через владения смертных и бессмертных, повинуясь слышимой только ей музыке, никогда не отдыхая и не прерывая движения. Её притягивают средоточия чувственного восприятия, будь то лучший стол среди великого пиршества или кульминация грандиозной оперы. Её золотая личина сияет и изменяется по мере того как длится танец, принимая образы изображаемых демоницей. Столь велико могущество проклятья Маски, что все находящиеся рядом втягиваются в её нечестивое представление. Предвечный демон или короткоживущий человек — все играют свои роли в ожившей пантомиме поистине безупречно, будто они готовились к этому моменту всю предшествовавшую жизнь.

Темп движений изменяется, когда рассказ о деяниях Слаанеша открывает все новые главы. В Танце Грез Слаанеш спящий Князь ещё только ожидает рождения, Маска и её жертвы совершают плавные, неспешные переходы. Напротив, Карнавал Боли, прославление одной из величайших побед Повелителя удовольствий над Кхорном, состоит их судорожных дёрганий, завершающихся, когда заворожённые участники пытаются вырвать друг другу глаза или вцепляются в глотки.

Не все танцы отражают прошлое, они берутся из всего полотна времени. Сила проклятья демоницы заставляет её воссоздавать даже сцены ещё не произошедшего в реальности, будь то захват Лоэка или очищение огнём садов Нургла, вплоть до мифической Ранкаданры, последней битвы и сумерек богов. Выжившие в подобных проявлениях сохранили лишь зыбкие тени впечатлений от произошедшего, они вспоминают смерть и разрушение, окружавшие их и чувствуют только жуткое страдание тела, измученного вне всяких пределов. Маска кружит в танце среди пространства и времени, все дальше и дальше…

Минотавры

Минотавры — массивные быкоголовые монстры. Они могут быть вдвое выше человека и гораздо шире его в плечах. Их гигантские головы широки и уродливы, а рога остры и опасны. У них нижняя часть тела от быка, у многих заметны другие мутации, которыми награждает Хаос. Они менее интеллектуальны, чем люди или даже зверолюди, но невероятно сильны и мощны.

Минотавры живут обособленными отрядами, обитая в самых глубоких и наиболее опасных частях леса, в которые опасаются забредать даже зверолюди. Обычно тупые и неповоротливые, в сражении они превращаются в буйных быков, запах крови приводит их в бешенство. В бою они разрывают своих врагов на части и проглатывают большие куски окровавленной плоти, утоляя жажду крови, пока сражение бушует вокруг них.

Хердкамни глубоких лесов — святыни из грубого камня, воздвигнутые минотаврами во славу богов Хаоса. Здесь они хранят оружие, броню и черепа поверженных противников. Считают, что эти сокровищницы охраняются всевидящим оком богов Хаоса. Только полный глупец посмел бы осквернить эти места. Минотавры-воины приносят свои трофеи к святыням, и часто эти небольшие строения почти завалены ржавеющим оружием и гниющими костями. Говорят, что боги Хаоса общаются с избранными минотаврами в этих святынях, отвечая на их молитвы, одаряя их, как они считают нужным.
Быки Рока

Самые большие и самые умные среди минотавров становятся избранными чемпионами Богов хаоса и среди зверолюдей они известны как Быки Рока (Doombull). Они приносят клятву какому либо одному богу, и это отражается на их внешнем виде и на их способностях. Быки Кхорна, известные также как Кровавые быки или Кхорнбуллы имеют красноватый оттенок, и предпочитают использовать медные доспехи, и одевать на рога медные наконечники. Чумные быки Нургла наполнены всеми видами смертельных болезней, они по настоящему огромны и омерзительны. Слаанбуллы украшают свои тела татуировками и драгоценностями, вместе с кровавыми трофеями своих побед. Тзинбуллы самые странные и жуткие из всех: они часто имеют невероятно пёстрый цвет, и носят плащи из огромных перьев неизвестных птиц. Их окружает корона магической энергии, и даже шаманы относятся к ним с пиететом.

Моргур Повелитель черепов

Существо, известное как Моргур Повелитель черепов, было рождено более трёх сотен лет назад. Клыками и зубами оно прорвало утробу своей матери, тело которой жутко мутировало, кода она давала рождение этой твари. Отец отпрыска хотел удушить его, но как только его руки коснулись шеи Моргура, то его тело также подверглось жутким мутациям и он погиб в муках.

Многие дни спустя в поселения прибыла труппа бродячих артистов, найдя его в полном хаосе: люди ползали по земле как звери, их руки и ноги были обращены в лапы и копыта, домашние животные ходили на задних ногах и говорили на непонятном языке, сражаясь друг с другом и пожирая своих прежних хозяев.

В последующие десятилетия тень этого проклятия легла на Арденский лес, в его гниющем сердце деревья изменялись и гнили на корню. Говорят, что стоны деревьев были слышны в ветре, и что они нападали на каждого, кто подходи к ним достаточно близко. Родители пугали своих детей жутким существом, котрое без сна и отдыха бродит по лесу, превращая безобидных животных в жестоких убийц, и заставляя деревья против их воли вторгаться в царство людей. Мало кто знал, насколько правдивы эти истории.

Вползя в лес маленьким и бесформенным ребёнком, Моргур жил в тёмной удалённой пещере, мокрые камни которой непрерывно таяли и изменялись будто поверхность озера, отражая кошмары, которые мучили Моргура. Во все времена его разум был наполнен видениями смерти, огня и разрушения. Ненависть горела в сердце Моргура, и он желал привести свои мечты в исполнение, стереть с лица планеты все следы цивилизации, и изменить этот мир навсегда. Когда он шествовал по лесу, всё вокруг него менялось до неузнаваемости: трава чернела и выстраивалась странным рисунком, ручьи текли вверх, и животные менялись самым жутким образом.

Зверолюди почитают Моргура как бога, они верят в то, что он, хаотический дух разрушения и беспорядка, появился еще до рождения их расы. Сотни из них идут за многие мили, для того, чтобы увидеть Моргура. Немногие выживают после этой встречи, ибо их тело и разум изменяется до неузнаваемости. Только самые сильные выживают и сохраняют разум, и после своего возвращении в стадо они поднимаются по пути величия, становясь Варгорами и Бистлордами.

Шаманы утверждают, что если физическая форма Моргура будет уничтожена, он возродится в другой форме в другом теле. Хроники указывают на их правоту, ибо везде по всему миру встречались существа такие же, как Моргур, и тьма и разрушение следовали по их следам. Эльфам эта тварь известна как Цианатир Извратитель, гномы называют его Гор-Дум. Легенды Империи утверждают что существо, во всем подобное Моргуру, известно как Дарк-гаве, превратил лес Драквальд в то темное и злое место, которым оно сейчас стало. Единственная, кто понимает весь ужас и саму суть Моргура, это Ариэль, королева лесных эльфов Атель Лорен. Она единственная понимает, что тёмная сила Моргура слишком велика, чтобы находится в одном теле. Вечная война идет под сводами лесов по всему миру между лесными эльфами и зверолюдьми, ибо Ариэль ищет путь уничтожить Моргура навсегда, но всё большее число зверолюдей стремится присоединиться к нему и сила его растет.

Способности

Орды Моргура. Когда Моргур поднимается на битву, его ярость и ненависть распространяются по лесу как рак. Зверолюди со всех концов света стекаются под его знамена, и их хаотическая натура проявляет себя сильнее всего в его присутствии.
Порча. Само присутствие Моргура меняет все вокруг него.
Безумный странник. Моргур ходит по лесу как слепец или безумец. Он может двигаться с быстротой молнии, а может часами ходить по кругу со скоростью улитки.
Дух хаоса. Дух Хаоса проистекает из тела Моргура, ибо он слишком велик для того, чтобы поместиться в одном теле. Все существа вокруг Моргура изменяются и мутируют, их тела растут случайным образом, срастаясь или разделясь в безумном танце изменений.
Разрушитель цивилизаций. Разум Моргура наполнен видениями гибнущих миров и цивилизаций, огнем и разрушением. Ненависть к порядку переполняет его, и он не видит ничего, кроме этой ненависти.
Звериный Крик. Моргур способен издавать звериный визг, который разносится на многие мили вокруг и призывает под знамена его всех зверей Хаоса в округе.

Брайпосох Моргура и Камни Пещеры Черепов

Посох Моргура это могучий источник хаотической энергии. Вместе с Камнями Пещеры Черепов этот посох двигается и изгибается как живое существо. Эти магические предметы вместе манипулируют ветрами Хаоса, изменяя их, и делая их опасными для любого, кто попытается использовать их для себя.
Повелитель Черепов. Черепа, которые вплетены в косы Моргура непрерывно двигаются и кричат от муки. Моргур вызывает уважения и восхищение со стороны зверолюдей, и ужас и отвращение со стороны своих врагов. Любой, кто осмеливается встретиться с Моргуром, рискует потерять свой разум навсегда.

Нургл

Нургл — Владыка Разложения, Повелитель чумы и мора, также известен как Нурглич, Оногал, Нейглен и под многими другими именами. Это он насылает голод и болезни на мир, и поэтому смертные обращаются к Нурглу, когда просят защиты от бушующей болезни, а также от неизбежного старения, приносимого проходящими годами. Когда посевы портятся, когда дети лежат в лихорадке, когда раны начинают гноиться на поле боя, к Нурглу возносятся мольбы остановиться. Болезни и гниение привлекают его, как мух — разлагающийся труп. Жизнь прокаженных и печали больных зачаровывают его. Для развлечения он придумывает новые инфекции, которые насылает на мир. Многие из самых ужасных болезней — его творения, включая тошнотворный Красный Сифилис, и наиболее отвратительную из всех — Гниль Нургла.

Его часто называют Повелителем Всего, ибо все вещи, вне зависимости от того насколько хорошо и прочно они выглядят, в итоге всё равно подвержены разложению. Действительно, сам процесс строительства и творения уже подразумевает разрушение и распад: сегодняшний дворец — это завтрашние руины, дева утром — это старая карга ночью, и мгновенная надежда — это лишь фундамент для вечного сожаления. Живые знают, что они умрут, многие знают, что будут жить с болезнями и муками, однако все они загоняют эти знания в тёмные уголки своих душ и сдерживают их там всеми своими мыслями и действиями. Нургл является воплощением этого знания и неосознанного страха к нему, скрытого опасения болезней и проказ, и той жизни, которая порождает это, он — извращённая надежда, что рождена от неизбежности болезней и распада.

Нургл является извечным врагом Тзинча, Повелителя Перемен. Нургл и Тзинч черпают свою силу из противоположных верований: в то время, как Тзинч питается надеждой и переменчивостью судьбы, то Нургл черпает энергию в сопротивлении, рождённом отчаянием и безнадёжностью. Эти две силы постоянно ведут ожесточённые сражения во Владениях Хаоса, а также ведут более тонкую игру за души смертных, связанную с тонкими методами политики и интриг.

Цветами Нургла являются болезненно зелёный, жёлтый и коричневый цвета, изображаемые в простых геометрических формах. Его последователи часто находят целесообразным не носить его символ (символическое изображение язвы или мухи), взамен этого они предпочитают закрывать свои тела, скрывая свои уродства и болезни, а также вселяя в окружающих страх и отчаяние. Числом Нургла является 7, и его последователи собираются именно в количестве равном или пропорциональным этому числу.

Для своих последователей Нургл предстает как огромное опухшее создание, пропитанное болезнями и инфекциями, с гноящимися фурункулами и язвами, окружённое чёрной тучей мух, на брюшке каждой из которых есть символ бога. Его зеленоватая, мертвецкая и тонкая кожа больна и разорвана, гниющие внутренние органы прорвались через неё и теперь будто рубище свисают с него, изредка лопаясь и порождая маленьких существ, питаемых его внутренними тошнотворными соками, — нургликов, злобных подобий самого Нургла. Считается, что Нургл наслаждается каждой новой язвой, сыпью или волдырем, поэтому из всех богов он больше других интересуется здоровьем своих смертных последователей.

Нургла описывают как щедрого, общительного бога, которого называют Отец или Дедушка Нургл. Пока глупцы неверующие стонут, скрипят зубами и рвут на себе волосы, когда чума охватывает земли, и деревни и горда разрушаются до основания, приверженные Нурглу лишь смеются, наблюдая за великими деяниями их повелителя. Они смирились с тщетностью сопротивления Нурглу и неизбежному упадку, который он несет, и приняли очарование разложения и болезней, наслаждаясь разрушением и беспорядком.

Подобно последователям Кхорна, последователи Нургла чрезвычайно редки в Империи, хотя безусловно некоторое их количество присутствует и практикует свои грязные обряды в глубинах коллекторных систем крупных городов. Такие группы редко насчитывают свыше 50 членов, и они в значительной степени изолированы друг от друга. Время от времени, городские или провинциальные власти организует экспедиции, чтобы истребить этих извращённых поклонников Нургла, однако подобные усилия быстро утихают, так как находится мало желающих выжечь городские трущобы.

Нургл великодушно раздаёт свои дары чумы и распада. Чемпионы Нургла, несущие на себе болезни, сами защищены от них, поскольку они привыкают не замечать боль и неудобства, и хотя их тела могут гнить, дух Нургла поддерживает их, когда простые смертные умирают. Поэтому Чемпионы Нургла способны пережить те раны и болезни, которые искалечат других, и продолжать сражаться во имя его. Они находят болезни очаровательными и при любой возможности стараются принести их и другим, набрасываясь на любую подходящую жертву. Они служат Хаосу с неописуемым энтузиазмом и желанием достичь своих целей. Внешний облик их ужасен, ужаснее, чем у других Чемпионов Хаоса, поскольку отслаивающаяся кожа, животы, раздутые трупными газами животы и отвратительных запах — это напоминание о судьбе, которая ждет всех живых существ.

Выдержки из Либер Хаотика

Хоть я и считаю, что было бы много лучше не будь этого, но всё же, Великая Четвёртка Сил Хаоса известна по всему миру, во всех королевствах и культурах. Однако самым отвратительным и ужасающим божеством из этого нечестивого квартета, известным нам — праведным жителям Империи, является, пожалуй, — Нургл. Нет ничего праведного в этом грязном существе Эфира, бесконечно отвратительном во всех своих аспектах. Известный также как Ниргал, Оногал, Ниелглин и также под многими другими прозвищами, Нургл является высшим божеством разложения, источником и творцом всякой гнилости на земле, будь она физическая, идеологическая, экономическая или же политическая.

С точки зрения моих собратьев по вере, как впрочем, и подавляющего большинства прочих культов и сект нашей возлюбленной Империи, прямо или косвенно, именно Нургл ответственен за все большие эпидемии и моры, поражавшие нашу страну за долгие столетия. Говорят, что плач прокажённого и страх больного, особенно привлекательны и любимы им. И это неудивительно, ведь для него это всего лишь развлечение — изобретать новые инфекции и поражать ими мир.

Говорят, что, представая перед своими последователями, он является им в виде гниющего тела, поражённого всеми мыслимыми болезнями. Порой кажется, что единственная цель Нургла — это нести бесконечные страдания и горести в царства смертных, однако в противоположность этому, как я слышал, некоторые поговаривают, что Нургл наоборот всегда заботится о своих смертных и демонических последователях, обладая при этом удивительным чувством юмора. Честно говоря, мне не очень верится в подобное, ведь согласитесь странно, что обезображенные культисты дают подобные «мягкие» характеристики этому богу Хаоса, играющему не последнюю роль в распространении разложения и страдания, поэтому я не остановлюсь в своих расследованиях до тех пор, пока точно не узнаю всю истину об этом…

Учёные магистры колледжей магии утверждают, что все магические сущности формируются из чистой материи Хаоса сознательными или бессознательными чувствами, эмоциями и идеями всех разумных существ. Сознаюсь, что подобное объяснение, внесло немало путаницы в мои рассуждения о природе Нургла.

Среди тех из нас, кому разрешается строить теории об обитателях Аэтира, основной концепцией сущности этого мерзкого божества является то, что он персонифицирует собой всякие болезни и распад в мире. Однако если магистры правы в своих предположениях, то ясно, что подобные вещи не могут быть причиной появления Нургла, или же причина не так проста, как нам кажется. В отличие от удовольствия или гнева, формирующих сущность Слаанеша и Кхорна соответственно, распад — это вполне ощущаемый физический процесс, существующий сам по себе, без потребности в восприятии живыми существами. Распад, в конце концов, — это не эмоция или мысль, и поэтому он никак не может влиять на Аэтир.

Если разложение не требует для своего существования того, чтобы смертные воспринимали его, то возникает вопрос: как бог Хаоса может быть персонифицированным проявлением мыслей и эмоций смертных, являясь при этом воплощением физического распада и болезней?

Мой наиболее уважаемый коллега в Светлом Колледже — патриарх Верспасиан Кант утверждает, что я «потерял лес среди деревьев». Магистр Кант настаивает, что распад и болезни являются лишь физическим эффектом, оказываемым Нурглом на мир, но не являющимися его истинной сущностью. Эту теорию он развивает в своём оригинальном труде «Гибель Наций».

«…В некоторые моменты нашей жизни мы приходим к пониманию того, что в мире существуют такие вещи, которыми мы не способны управлять, вещи которым мы бессильны сопротивляться или менять. Это прискорбный парадокс жизни, становящийся горче по мере постижения его, и заключающийся в том, что для понимания того, что мы собой представляем, нужно понять, чем мы не являемся и чем могли бы стать. Так женщина или мужчина может однажды в дождливую погоду поранить больное колено и после безрадостно вспоминать эту неосторожность…».

Если Магистр Кант прав в этом предположении, то становится легче увидеть, как Нургл осуществляет контроль над разложением и болезнями. Неправда ли сколь мал шаг от подобного грустного воспоминания к откровенно циничной оценке будущего? Так разрушительное действие времени, а в следствии и разложение, могут заставить нас чувствовать печаль и горечь, а порой, что наиболее ужасно, это может заставить нас чувствовать себя беспомощными и безнадёжными.

«…Шаг от безнадёжности до мучений крайне мал, и часто это та самая вещь, которая заводит всё дальше и дальше в полное отчаяние, будь оно явным или скрытым. Именно от подобной беспомощности, как я полагаю, и произошёл Повелитель Разложения. В действительности он кормиться от этой беспомощности и страданий так же, как его брат — Кхорн питается яростью и гневом. Действительно, какой способ ввести смертных в пучины отчаяния может быть лучше, чем причинять им страданий неизлечимой болезни или же поставить их перед фактом безнадёжности и тяжести мучений, сопровождающих её?..».

По моему собственному опыту я могу утверждать, что существует немного вещей, которые могут быть хуже, чем наблюдать за тем, как разум и индивидуальность тех, кого мы любим, разрушается под действием болезней и времени. Кто не почувствовал бы мук сожаления, когда его тело бы постепенно разрушалось артритом, а молодые лишь проходили бы мимо него? Какая надежда может посетить нас, когда мор уничтожает наши посевы и голод раздувает наши тела? Кто не отчаялся бы от язв и болезней, разрушающих его плоть? И если действительно Нурглу необходимо отчаяние, которое кормит его и позволяет ему существовать, то что может быть проще для достижения этого, чем внедрение болезней, мора и гниения?

Я полагаю, что точнее всего будет сказать, что из всех богов Хаоса, Нургл является наименее привлекательным для смертных. Я нахожу что он и то, что он собой представляет, является ещё более мерзким и ужасным, чем я мог когда-либо представить. Он воплощает все те вещи, которых мы, смертные, наиболее опасаемся и презираем. Все его слуги, отвратительные, больные и гниющие, в конце концов, дабы полностью принять его веру, вынуждены полностью принять и тот распад, который он им готовит. Чрезвычайно трудно представить что-то более отвратительное для нормального существа, чем поклонение Нурглу, но как ни прискорбно, но это существует и власть Нургла простирается вокруг нашего мира, проникая во все слои всякого общества.

Кто стал бы поклоняться такому отвратительному и ужасающему богу как Нургл, кто стал бы искать его объятий? Ответ должен состоять в том, что Нургл получает своих новообращенных путём разнообразных методов эмоционального побуждения. Я не могу дать никакого иного убедительного объяснения.

Мне представляется, что хоть некоторое отчаяние и страхи смертных достаточны, чтобы поддерживать существование Нургла, но чтобы избежать забвения и поглощения его богами-братьями, Нурглу необходимо активно втягивать людей, втягивать их души в открытое исповедание его веры. И единственным способом, чтобы будущие последователи подчинились столь мерзкому и грязному богу, является лишение их всякого возможного выбора, для чего, как я полагаю, Нургл и поражает земли болезнями и мором. Поэтому естественно, что бог отчаяния может также быть и богом чумы и болезней.

Возможно, именно из-за нашего понимания сущности Повелителя Разложения и существует убеждение, пронизывающее все слои общества, что те, кто поражены чумой или другой серьёзной болезнью, также больны и духовно, будто внешнее уродство их болезни отражает внутреннее уродство их морали и духовности. Это дурное суеверие также проявляется во мнение, что те, кто поражены смертельной и страшной болезнью подвержены божественной каре за некие прошлые прегрешения.

Как часто эти глупые суеверия, смешанные с врождёнными опасениями человечества и отвращением к чуме, заставляют целые общества ненавидеть тех из себя, кто был поражён этими страшными недугами? Люди будут всегда бояться, что чума, а также воображаемая ими внутренняя скверна, будут распространяться дальше, и поэтому тех, кто переносит такие болезни, избегают, изгоняют из их родных городов, а порой даже и убивают.

Далее следуют извлечения из писем сестры Мари Дювальер относительно того, что она думает об отчаянии в служении Нурглу и о том, как жители нашей Империи, желая того или нет, помогают Повелителю Разложения в его замыслах…

Чем больше я изучаю пути и средства мерзкого Повелителя Разложения, тем страшнее мне становится. Человечество часто слишком жестоко и порой самоубийственно и всем ы слишком часто позволяем проживать жизни, которым недостаёт интеллектуальной и эмоциональной глубины, а порой заполненные одним лишь горем. Мы пойманы в ловушку нашей безразличной и порой даже тёмной природой, и я часто задаюсь вопросом как человечество вообще может надеяться когда-либо избежать удушающего смрада внимания Нургла. Каждый миг любой из нас, отчаиваясь в этой жизни, ненавидя своё существование, но всё же больше боясь смерти, становится лёгкой добычей Повелителя Разложения.

Так много тех, введённых в заблуждение и отчаянно пытающихся найти хоть малое утешение от своих несчастий в служении Нурглу, который, в отличие от более «тонких» богов, таких как Зигмар и Шаллайа, кажется, более явно отвечает на просьбе молящий, правда не всегда тем способом, которого они ожидают.

Повелитель Разложения не снимает болезни и не излечивает раны, скорее он даёт молящимся ему возможность не чувствовать боль, а порой и становится сильнее благодаря своим недугам. Не имеет значение, является ли болезнь болезнью тела или же ума, Нургл всегда дарует своим последователям предельный комфорт в их страданий, но при этом не освобождает от них.

Я могу сказать, что тем, кто страдает от физических недугов, Нургл дарует избавление от боли и даже выказывает причудливую признательность, тем же, кто страдает от болезней духа, депрессий или даже отчаяния, даруется возможность найти удовлетворение и цель в подобном состоянии духа, при этом погрузившись в тоску ещё глубже. Я думаю, что именно в этом и заключается объяснение многого: в воображаемой заботе Нургла, бога ненадёжности, отречения и самообольщения, способного убедить отчаявшегося в чём угодно.

Восприятие — странная и изменчивая вещь. Безумие одного человека может быть гением другого. Среди поклонников Нургла это весьма распространённая вещь думать, что их болезни делают их «особенными», что они имеют или знают какие-то ценности, которые непосвящённым недоступны. В некоторой степени они напоминают некоторых душевнобольных, за которыми я ухаживаю в хосписе — теми, кто щеголяет своими проблемами, показывая радость и гордость ими, но в тайне скрывая сомнения и ненависть к самим себе; однако такое подобие ограничивается лишь поведением.

Поскольку поклонники Нургла совершенно не симулируют радость или гордость от их болезней и недугов, они и в действительности гордятся ими, считая их ядром своего существа, насколько я могу судить они нисколько не сомневаются в этом и не испытывают какой-либо ненависти к себе. Они просто искренне наслаждаются своими несчастьями и это, я думаю, является самым жестоким из даров Нургла — искажённая действительность постепенно принимается, становясь истиной, а вскоре всецело принимается адептами.

И таким образом, я считаю, что, управляя самовосприятием смертных, Нургл даёт им тот извращённый комфорт и «заботу», которые столь сильно отличаются от подлинного спасения и любви, даруемым нашей Нежной Матерью, Шаллаей. Повелитель разложения отбирает страх, самоуважение и тщеславие и у своих новых последователей, вселяя в них чудовищное самодовольство и чрезвычайный консерватизм мнений и убеждений. Именно это, как мне кажется, и заставляет их считать свои гниющие, полуразложившиеся больные тела правильными и даже «милыми», а в итоге лучшими и единственно правильными…

В нашем жестоком мире часто медицина и хорошее здоровье являются прерогативой немногих богачей. Подавляющее число жителей Старого Света не может или не считает нужным получать медицинскую заботу, присущую благородным домам. Опасность этого особенно проявляется во времена вспышке ужасных болезней, что так часто разоряют наши земли.

К заражённым чумой проявляют мало жалости. Их жизни разрушены, их любимые часто мертвы, этих бедных неудачников их же бывшие соседи выгоняют из родных городов и деревень, запрещая когда-либо возвращаться назад. Возможно из-за низкой нравственности, бедности, антисанитарии, недоедания иже от смешения этих четырёх причин положение жертв эпидемий особенно скверно. С этих пор единственной поддержкой для этих отверженных может быть помощь таких же, как они, поэтому обычно эти люди сбиваются небольшие странствующие группы.

Чудовищно, хотя и неудивительно, но в тех городах и деревнях, которые проходят эти страдальцы, к ним не проявляют практически никакого милосердия, поэтому они вынуждены путешествовать по трактам и тихим дорожкам, прося подаяния у путешественников и питаясь отбросам до тех пор, пока подобная «жизнь» их окончательно не убивает.

Безусловно худшей из жестокостей, которые подвергаются эти несчастные блуждающие души, является требование закона, согласно которому они обязаны носить огромные колокола, висящие на их шея и спинах, в которые они должны бить, распевая слово «Нечистивцы», чтобы об их приближении можно было узнать заранее. Но они же люди, а не скот!

Авторитетные люди утверждают, что подобные пения — это действенное и необходимое средство предупредить здоровых граждан о приближении носителей болезни, но я убеждена, что это, в первую очередь, скорее форма наказание за грех быть поражённым чумой, как будто кто-то может быть в этом виноват!

Если эти несчастные не в состоянии заранее предупредить о своём приближении, то это даёт юридическое право любому дворянину, солдату, ополченцу, стражнику, горожанину или крестьянину отогнать их, используя любые средства, например, забросав камнями, расстреляв из мушкетов или луков, или даже облив нефтью — поджечь их.

По моему мнению, подобное наше пренебрежение к человеческим жизням наносит много больше урона, чем любая эпидемия. К примеру, даже среди нашей великой нации, благочестивые мужчины и женщины считают жертв чумы злыми только потому, что они больны, и в итоге, я считаю, что наше общество само вынуждает этих несчастных поклоняться Хаосу, а говоря конкретнее — Нурглу.

Если мы как общество полагаем, что мы приобретаем болезни как результат нашей врождённой духовной слабости, то неужели предательство всех жертв чумы уже предопределено? Я полагаю, что эти и подобные из наших жестоких и беспечных действий в результате дают новые возможности Нурглу извести наши земли и жизни, как фигурально, так и буквально.

Если мы проповедуем то, что все заражённые чумой нечисты и прокляты, то почему они не могут рисковать, ища спасение у падших богов, когда другие преданные Империи культы их заранее отвергли? В их собственных умах звучит отчаянная мысль, что если они уже прокляты, то что же ещё они могут проиграть в таком случае?

Я так часто наблюдала вереницы этих несчастных, скитающиеся по дорогам Империи и истязающих себя кнутами и цепями за грехи их недугов, медленно и уныло распевающих литания раскаяний и ненависти к себе. Насколько мал шаг, отделяющий эти литания от отчаянных молитв Нурглу о спасении? Если отчаяние — это опора и корм Нургла, то кто может отчаяться больше, чем те, кто вынужден проводить остатки своих жизней как грязные животные?

Поистине чудо, что многие из этих верениц жертв чумы становятся истязающими себя флагеллантами, отчаянными в желании получить прощение за грех их болезни. В конце концов, страдания, причиняемые их собственными руками и руками породившего их общества, не дают ничего, что могло бы помочь их истерзанным и травмированным умам.

Есть множество рассказов этих больных флагеллантов, которые, кажется, гордятся причинением себе всё новых и причудливых мучений, говорящих, что они смогут легче выиграть милосердие к себе Нургла подобными актами самоистязаний. Я даже сама слышала о таких причудливых епитимиях, как перенос на большие расстояния ослов и других крупных животных, или же о тех, кто катает по дорогам огромные колесообразные клетки битком набитых такими же несчастными. Существует даже такая форма флагеллации как ношение намертво прикрученных к голове шлемов лишённых прорезей для глаз, чтобы невозможно было увидеть в них что-либо.

Разнообразны и ужасны пытки, которые эти флагелланты причиняют себе, громок и жалобен их крик, который адресован Повелителю Разложений. Со своей стороны я уверена, что Нургл слишком жаждет подставить сочувствующее ухо этим крикам и отчаянным обещаниям, фактически я считаю, что он просто рассчитывает на них…

Племена Вороны

За ледяными землями Норски, во внутренних районах Пустошей Хаоса, проживают несколько необразованных и злых племён, открыто и с гордостью поклоняющихся Нурглу. Большинству этих необразованных глупцов Повелитель Разложения известен как Ниелглин.

Ниелглин известен как большая отвратительная ворона: огромная, не способная летать, с выпирающими костями, гниющей кожей, покрытой всевозможными язвами, и с личинками, копошащимися в её животе. Именно такую форму Ниелглин выбрал, чтобы предстать перед северянами. Посвящённые Ниелглину племена верят, что полёт вороны повествует о смерти, о безжизненном взгляде и медленном увядании от агонизирующий ран. Воины Вороны — это суровые люди, находящие смысл жизни в ужасах сражений. Их вера заключается в том, что страдания и муки, хоть и не всегда являются приятными, но являются естественным порядком жизни, и для того чтобы постичь истинное понимание себя и этого мира, а также ублажить Ниелглина, они должны отвергнуть все прелести и заблуждения жизни, дабы принять и понять истину отчаяния.

Они считают Ниелглина самым честным из богов, который не лжёт им об истинных целях и реальности бытия. Они понимают, что все вещи тленны и поэтому не может быть никакой ценности в этой грязно-серой жизни. Они верят, что единственно возможной и ценной деятельностью смертных по эту сторону от могилы является распространения учения Ниелглина, придающего значения бессмысленности страданий бытия и дарующего своим адептам место в загробной жизни.

Ветра Магии постоянно дуют с севера, принося с собой всевозможные болезни и скверны. Для посвящённого Богу-Вороне приобрести одну из этих болезней считается поступком, угодным их повелителю. Когда появляются сведения о появление нового заболевания, то они молят своего бога, чтобы он наградил и их этим недугом. Они полагают, что страдания и муки от болезней — это благородное и почитаемое стремление, приближающее их к окончанию жизни и пониманию истинного плана Ниелглина. И поскольку это служит доказательством благосклонности их грязного и отвратительного бога к этим сумасшедшим, то многие из них не только претерпевают эти муки, но и черпают в них силы.

Те несчастные, кто попадают в плен племён, посвятивших себя Ниеглину Вороне, как правило, претерпевают долгие многодневные мучения, пока в итоге не умирают от них. Варвары-мучители считают подобную жестокость священной и поощряют своих жертв на долгие страдания в тишине, ведь их богу угодно подчинению жертв своему року. После подобных мучений воины Вороны хоронят своих жертв, порой даже заживо, под землёй и снегом. Они полагают, что под землёй лежат владения их бога, и поэтому медленно гниющий узник, находящийся там, будет кормить своей душой Повелителя Мора и Разложения.

Чумные Рыцари

Чумные Рыцари — это название, которое дано элите воинов Хаоса, поклоняющихся Нурглу. По всем данным эти рыцари заражены всеми существующими на свете заболеваниями и при этом подпитываемы странной и нечестивой энергией, которая возможно и даёт им пережить многие раны, от которых другие рыцари Хаоса давно бы умерли. Их некогда роскошные доспехи, гербы и штандарты ныне изодраны и грязны, как рубища прокажённых, их некогда дорогие шелка и меха свисают с плеч как могильные саваны. Большинство Чумных Рыцарей открыто демонстрируют свои увечья, гордо показывая гноящиеся язвы и мертвенные лица, хотя некоторые предпочитают скрывать свои прокажённые лица под причудливыми карнавальными масками с абсурдными усмешками и гримасами, изображёнными на них. Больше мне нечего сказать об этих грязных и безобразных воинах и мне нужно сделать перерыв в своих ужасных исследованиях…

Гниль Нургла

Гниль Нургла известная также просто как Гниль, является вершиной достижений Повелителя Разложений и величайшим из его «подарков» миру смертных. Гниль непохожа ни на одну из известных нам болезней, но при этом сочетает в себе все худшие качества самых страшных заболеваний, поражающих наш мир. При этом Гниль является не только инфекционным заболеванием, постепенно разрушающим тело, но также является и тяжёлым психическим расстройством.

Вот что пишет о ней сестра Дювальер в своём эссе «Мерзкая Гниль Нургла»:

«…Некоторые величайшие врачи моего ордена утверждают, что человеческий мозг содержит сбалансированную смесь различных химикатов, которые в комбинации с нашей естественной сущностью (или же душой), контролируют определённые эмоции и чувства в нашем организме, хотя я признаю, что подобные идеи, мягко говоря, радикальны. Но всё же я уверена, что люди лишь рабы этого алхимического баланса, и если баланс нарушен, то эффект от этого на физическое состояние пациента может быть крайне драматичным.

Много раз я спрашивала у других о причинах проблем психики и эмоциональности, таких как серьёзные депрессии или мании, и мне в большинстве случаев говорили, что они не имеют или же имеют, но крайне мало, причин в психическом мире разума и индивидуальности, и, как правило, связаны со сложной алхимической композицией мозга.

Я полагаю, что Гниль медленно разрушает этот баланс, прежде чем перекинуться на что-то иное, и постепенно вызывая ужасную депрессию и Параною у своего носителя.

Хотя у меня и есть проблемы с некоторой терминологией, но я могу поставить диагноз этой болезни. Гниль Нургла, как указала прежде, не является смертельной болезнью. Она имеет сверхъестественную и демоническую сущность, не оказывающую большего влияния, чем обычная одержимость. В действительности судьба тех проклятых и несчастных, что были заражены этой болезнью, не состоит в простом гниении и смерти, их души и тела должны быть преобразованы, чтобы впоследствии они смогли стать одними из отмеченных Нурглом демонических воинов Повелителя Разложения.

Таким образом, это является самым ужасным аспектом протекания Гнили — быть уверенным в своём проклятии, вне зависимости от того хочешь ты того, или нет. Избежать подобной судьбы могут помочь только самые мощные из заклинаний…»

Как я писал в предыдущих исследованиях, боги Хаоса не могут просто так превращать нас в демонов или же красть наши души из наших тел, чтобы оба эти процесса осуществились необходимо некоторое соучастие с нашей стороны. Однако демонические боги могут послать своих миньонов, чтобы они завладели нашими бренными телами, для чего им совершенно не нужно наше согласие. Коварство Гнили Нургла состоит в том, что делает своего носителя одержимым, медленно отравляя его разум шёпотом и видениями, влияющими сильнее из-за «алхимической неустойчивости» диагностированной сестрой Дювальер как один из симптомов болезни. К тому времени как Гниль проявляет визуальные признаки своего наличия, раздувая тела и высыпаясь волдырями и язвами на больном, рассудок и убеждения несчастного уже разрушены прогрессирующим разложением, вызванном духовными, физическими и ментальными атаками.

Нурглики

Нурглики побежали к своему повелителю, ссорясь и бранясь между собой, спеша удобно расположиться в сырости его разлагающихся недр.

«Аххх… Мои маленькие прелести, мои любимые крошки, мои чудные малыши», — довольно бормотал Великий Нечистый низким клокочущим голосом, — «Идите к папочке, мои красивые гнойнички, мои шаловливые».

Нурглики злорадно хихикали и щипались, гоняясь друг за другом в гниющих внутренностях высшего демона, желая заслужить внимание и похвалу повелителя.

Широко и любя улыбаясь, Великий Нечистый поднял руку и вырвал нурглика из кишок, где тот обосновался. Внутренности потоком хлынули из широкого брюха демона. Нурглик завизжал и забился, хныкая от удовольствия, когда рука охватила его. Шершавые пальцы немного погладили его, а потом резко отправили в пасть.

Нурглики — болтливые, визжащие и дерущиеся создания из гнили, извергаемой из разлагающихся внутренностей самого Дедушки Нургла. Эти крохотные демоны похожи на зубастые гниющие прыщи на ножках, они кусаются и рвут когтями, мгновенно заражая раны. Они получаю удовольствие, устраивая из озорства мелкие подлости: портят молоко, скисают сливки и заставляют раны гноиться. Войско Нургла сопровождается бессчётными сотнями этих существ. Они прячутся в складках одежд, селятся в открытых ранах, едут внутри больных желудков коней Хаоса и чумных псов. В бою они собираются вместе, сливаясь в грязную массу, окружённую миазмами разложения и тучами жужжащих мух, которые забивают глаза и нос, отвлекая врагов. Нурглики волной набрасываются на врага, хватаясь мелкими ручками, ударяя в глаза, кусаясь и царапаясь, пока враг не падет под их натиском.

Огневики

Альбрехт зарычал от ярости, когда синее пламя вновь опалило его доспехи. «Изыди, порождение Хаоса!» — воскликнул рыцарь, когда колдовство начало прогрызать его наплечник. Огневик изогнул своё грибовидное тело, небольшие лазурные огоньки протянулись от его конечностей и поплыли к земле. Крохотное подобие Альбрехта сформировалось из голубого пламени, фигура в рейкландских латах, с широким и длинным мечом, с безвольным лицом и голосом деревенского дурачка. «Изыди! Порождение — ден-ден-дение!» — провизжало оно. Огневик вновь ударил, и лазурный огонь начал просачиваться сквозь рыцарскую броню. Меч человека упал на землю, когда Альбрехт свалился, крича в агонии горящими губами. Марионетка бросилась на спину, театрально дёргая руками и ногами, и пронзительно голося: «Горячо! Горячо! Горячо!»

Огневики, также известные как Пылающие ужасы, Огнеплюи и Пламенные вихри, — пожалуй самые странные изо всех демонических существ, даже по довольно-таки нестрогим меркам демонов. Их полуматериальные трубчатые туловища прорастают ухмыляющимися мордами и корчащимися пастями, а тонкие конечности выворачиваются в сопла, изрыгающие колдовское пламя. Выглядящие неуклюжими причудливые тела огневиков не мешают им развивать большую скорость, выпуская газообразный ихор через нижний, розоватый раструб трубки-туловища, и перепрыгивая большие расстояния с неожиданной живостью.

Огневик использует жар своих горящих «рук», чтобы швырять в противника жёлтые и синие сгустки магического пламени. Этот колдовской огонь, порождённое волей Тзинча, сжигает не только плоть, но и саму реальность, а его прикосновение способно разрушить разум столь же быстро, как и обуглить и испепелить тело. Огневик не менее опасен и в ближнем бою, поскольку может сфокусировать свои пиротехнические силы в мощный огненный поток, от которого не спасут даже рыцарские доспехи.

Шипя и потрескивая, меньшие огоньки устремляются к земле, где принимают подобие облика предмета или существа, что оказалось рядом с огневиком. С видимой радостью и мерзкими смешками эта колдовская марионетка подражает всему, что происходит поблизости, зрелище одновременно издевательское и пугающее. Сам огневик обычно не обращает внимания на эти крохотные образы реальности, но иногда даже его начинают раздражать их насмешки, и он испепеляет их потоком синего пламени, прежде чем отправиться на поиски новой жертвы. Огневик уходит, а его порождение остается, постепенно превращаясь в озерца магической энергии, что затем исчезает в небытие, хотя ещё немало времени после этого там можно услышать скрипучий смех.

Обладая лишь зачатками самосознания и инстинктами, огневики прекрасно поддаются управлению Владыки перемен. По своей сути они являются почти прямым воплощением воли Великого Демона, и резво прыгают по полю брани по приказу Приносящего изменения. Также как и розовые ужасы, огневики считаются расходным материалом в глазах Владык перемен, поэтому не будет чем-то необычным увидеть отряд за отрядом этих пылающих демонов, безрассудно пытающихся преодолеть очевидно непреодолимую преграду, и выигрывающих у противника как за счёт численного преимущества, так и тех валов пламени, что предвещают их появление.

Отец чумы Ку’гат

Пока другие Великие Нечистые работают над распространением уже существующих болезней, Отец чумы Ку’гат, также известный как Хворевар, Болезневед и Разлагающийся лихорадкодел, столь же поглощён выведением новых, ещё более страшных угроз жизни, как и сам Нургл. Цель демона — создать хворь, что сможет одолеть даже богов.

Ку’Гат гордится своей обособленностью. В конце концов, какие проблемы могут помешать его великому замыслу? Он столь поглощён изысканиями и попытками сотворить идеальную заразу, что остается почти не затронутым постоянной борьбой за власть, ведущейся во Владениях Хаоса. И все же говорить о том, что у Великого Нечистого нет своей роли в Большой Игре — безосновательно. Опыты Ку’Гата имеют вполне зримые последствия, и он всегда жаждет испытать свои новые создания на поле боя.

Отец Чумы возлежит на громадном паланкине, наполненном алхимическими приспособлениями: флаконами с бурлящими порошками, вздутыми флягами, содержащими неописуемые жидкости и дерюжными мешками, до отказа набитыми специально выведенными нургликами, несущими тот новый вид заразы, что Ку’Гат желает испытать. Огромное сооружение покоится на основе из измождённых нургликов, а сам Великий Нечистый окружён заботой бесчисленного множества прочих порождений его чумных чанов. В битве Ку’Гат швыряет нургликов в скопления противников, демоны разрываются при столкновении, окатывая цели болезнетворной жижей. Отец Чумы пристально следит за произведенным эффектом. Если вызванная вспышка болезни отвечает его ожиданиям, он одобрительно ворчит, подобно гордому папаше. Если же нет — Ку’Гат сразу же выводит улучшенную версию хвори, окунает в емкость с ней нового нурглика — и вновь швыряет его во врага.

Из всех служителей Нургла Ку’Гат чаще всего испытывает желание воплотиться в материальном мире, ведь им движет нескончаемый поиск новых, более действенных составляющих для хвореварения. Несколько капель крови смертного превращает медлительно распространяющуюся лихорадку в стремительную эпидемию. Демон открыл, например, что желчный пузырь скавена в сотню раз увеличивает заразность Красной Оспы. Естественно, чистота эксперимента требует получения свежих подопытных, что и приводит Ку’Гата во владения смертных. Разумеется, пожиратель душ содержит в заключении самых разных существ — смертных и демонов, запертых в сырой темнице, что находится в покоробленных стенах осыпающегося поместья Нургла. Таким образом, у него всегда есть под рукой компоненты для исследований.

Именно во время вторжения в мир смертных Ку’Гат наткнулся на расу, чьё существование преодолело холодную отстраненность ученого и пробудило гнев порождения Хаоса — гномов. Как мастер своего дела, Отец Чумы ненавидит упрямцев за их вызывающую непокорность его болезням; как мыслящее создание, он оскорблен своим поражением при Караз-а-Караке. Так или иначе, у него нет сомнений по поводу того, кто первый будет испытывать последствия идеальной заразы.

Отродья Хаоса

Отродья Хаоса — это чемпионы Хаоса или зверолюди, которых Тёмные боги одаряют слишком часто, так, что те в конечном счёте уступают безумию и мутациям. Многие северяне считают это великим почётом, поскольку чемпион становится истинным созданием Хаоса, изменённым до неузнаваемости, более не сдерживаемый, как смертные, заботой о самосохранении, верностью и ничем остальным, кроме инстинктов. Среди зверолюдей разница между ими самими и такими созданиями порой незначительна, и их стада спокойно принимают этих раздутых искривлённых существ к себе. Судьба отродья Хаоса — смерть, либо оно падет на поле боя от топора или меча, либо его разорвут на части ещё более дикие создания в Пустошах, либо его взорвёт изнутри энергия Хаоса, продолжающая струиться сквозь его искажённое тело.

Некоторые отродья Хаоса несут на себе заметные черты одного из Тёмных богов:
Звери Нургла выделяют слизь, от которой горит земля, их бьющиеся щупальца и шершавые языки заражают врагов одним своим касанием.
Дьяволы Слаанеша — отродья с длинными змеевидными телами и множеством извивающихся конечностей. Эти создания носятся по полю боя, разя врагов своими мощными руками и ужасными клешнями.
Кровавые звери Кхорна (Bloodbeasts of Khorne) — это груда стальных мускулов и сухожилий с пульсирующими венами. Они способны обезглавить и выпотрошить противника одним взмахом острых как бритва когтей и обоюдоострого хвоста или движением мощных челюстей.
Огненные черви Тзинча (Fireworms of Tzeentch) — пожалуй самые причудливые из всех. Они постоянно дрожат и пульсируют от энергии изменения. На их коже пузырятся глаза, на вздутых конечностях разеваются многочисленные рты, из отверстий на теле со свистом струится пламя, вырываясь фиолетовыми, красными и синими потоками и испепеляя всё вокруг.
Бывшие из Фьёргарда

Вильгельм Биль повидал немало всего на свете, хотя его главным занятием была торговля, во время путешествий он с интересом изучал природу и творения рук разумных существ. В Бретоннии он облазил руины эльфийского города, лежащие под современным городом Лангюль; он наблюдал за гигантскими головоногими в Среднем море и видел левиафана в Великом Западном Океане. Однажды в арабском порту он даже увидел огнедышащую рептилию, что чрезмерно изумило его. Теперь же он вёл свой корабль на север к берегам Норски в поисках янтаря и мехов лисы, медведя и куницы.

Это было ранним утром третьего дня, когда он остановился на каменистом склоне, чтобы позавтракать и понаблюдать за жизнью внизу, в маленькой деревеньке Фьёргард. Его спутник, молодой норс по имени Хаубр, расстелил красивые, плотные шкуры, на которые они присели, и достал из кожаной сумки каравай хлеба, сыр и несколько ломтей копчёного мяса, которое Вильгельм определил как медвежье. Они ели и беседовали, а люди Фьёргарда шли по своим утренним делам. Его корабль стоял на якоре у пристани, и крепко сложенные норсичи уже загружали на него связки мехов и небольшие, но тяжёлые мешки, наполненные ценнейшим янтарем. В деревне внизу пастухи громко кричали, ведя коз к небольшому лугу, а за их спиной охотничий отряд направлялся в долину меж крутых гор.

«Скажи мне, друг Хаубр», — сказал Вильгельм, — «Каждый день я вижу, как те женщины собираются на рассвете, как и сегодня, и уносят нагруженные корзины высоко в горы, как я думаю, в пещеру где-то в том чёрном овраге».

Под ними около дюжины женщин, в основном пожилых, хотя там были и молодые женщины с детьми, подошли к началу горной тропы. Это была лишь тоненькая серая нить на тёмной скале. Фьёргард лежал между гор и морем на небольшом клочке наклонной земли. Это было типичное поселение, поскольку все побережье было скалистым, а местами горы отвесно спадали в море; лишь в небольших бухтах наподобие э ой было возможно построить хотя бы деревню, не говоря уже о городе.

«Они ходят кормить Бывших», — просто ответил Хаубр. «Разве этого нет в твоём городе, как ты его называешь, Ма-рии-ен-берг?»

«Правильнее — Мариенбург, но у нас нет существ, именуемых так. Что это за звери, эти Бывшие?»

«Нет Бывших?» — воскликнул Хаубр. «Или, возможно, вы в своей стране называете их другим именем. Бывшие — это те из избранных чемпионов, кого боги сочли недостойными присоединиться к ним в бессмертии. Бывшие живут глубоко в пещерах, пока не придёт война, в которой они сразятся в последний раз, прежде чем замкнут цикл жизни». Хаубр не мог не заметить недоумения на лице мариенбуржца и добавил: «Для нас это не позор, пойми. Некоторых избирают для славы, а некоторых низвергают, но даже низвергнутые были избраны, и когда они переродятся, они все будут великими. Лучше быть избранным, чем всю жизнь жить незамеченным богами, разве нет?»

«Но», — произнёс Вильгельм, игнорируя вопрос Хаубра, чтобы не оскорбить юношу своими взглядами, поскольку он считал такие суеверия ересью, — «Почему вы запираете этих Бывших в пещерах — разве они опасны?»

«Вообще да — хотя некогда они были людьми, теперь они и разумом, и обликом — звери. Их тела становятся большими и искажёнными, покрытыми шкурой, как у медведя, или рогатыми, как тролли. У некоторых вырастают большие клыки, как у волков, или когти, как у свирепой макалрмакки, что живет в лесу. У других вырастает чешуя, как у змеи, или хвосты, или крылья, ак у ночных летучих мышей. Они чудовища, и многие из них погибают в бою, не возвращаясь домой, или слепо бегут в ужасе, погибая в Пустоши. Хотя некоторые приходят домой, и женщины заботятся о них, своих мужьях и сынах — узы родства сильны, и Бывшие не нападают на своих».

«Эти создания, которых ты называешь Бывшими, похожи на мутантов, которых мы называем Отродья Хаоса — я слышал, что такие чудовища есть в армиях Хаоса».

«Возможно», — осторожно ответил Хаубр. «Кому-то боги даруют бессмертие, а кому-то — забвение, разве во всем мире не так?»

«Нет», — Вильгельм помотал головой. «Я никогда не слышал о подобном за все мои путешествия — ни о Бывших, ни о бессмертных».

«Тогда мне жаль тебя и весь мир», — ответил Хаубр убедительно, — «Что из всех рас людей боги одарили одних нас, норсов».

Перевёртыш

Перевёртыш, также известный как Обдуряющий пакостник, Ужасный обманщик, Тзинчев мошенник, воплощает ту часть силы Тзинча, что связана с обманом, коварством и мошенничеством. Он способен принимать форму иных существ, от мельчайших насекомых до крупнейших Великих Демонов. Никто кроме, возможно, Повелителя Изменений, не видел настоящего Перевёртыша — он всегда хмур и закутан в плотные одеяния, когда принимает изначальный облик. Даже сам пожиратель душ, наверное, уже забыл своё лицо. Перевёртыш не только копирует внешность, но и перенимает характер и поведение цели столь полно, что может провести даже Тёмных богов. Во всем мироздании есть лишь одна сущность, на которую не распространяется сила Перевёртыша — сам Великий Бог Тзинч. Искуснейший интриган никогда не допустит, чтобы кто-то играл его роль — пусть всего лишь на мгновение.

Коварный по своей природе и не терпящий даже приближения скуки, порождение бездны существует для воплощения злых шуток над всеми окружающими его. Однажды он принял облик демоницы и похитил яблоки познания из дворца Тёмного Князя. На границе владений Слаанеша Перевёртыш воплотился в хвореносца и проник в сады Нургла, чтобы затем утомиться игрой и оставить яблоки гнить среди разлагающихся растений. Когда Повелитель Наслаждений обнаружил пропажу, он впал в ярость и послал своих слуг, дабы отбить сокровище. Так Слаанеш и Нургл вступили в схватку, первый считал второго вором, а последний думал, что первый использует ложные обвинения как предлог для вторжения. Перевертыш же давно находился в совсем другом месте, похищая Ошейники Кхорна у его гончих и выплавляя из них изображения крупнейших поражений Бога Крови.

Так Перевёртыш странствует сквозь пространство и время, принося с собою раздор всему окружающему. Именно он срезал волосы с головы Слаанеша, пока тот спал, а позже из них сплели плащ, подаренный Тзинчем своему смертному чемпиону, Эргриму ван Хорстману. Никто иной, как демон-шутник запер врата цитадели Кхорна, когда Бог Крови отправился на войну, заставив горделивого Бога Войны разнести свои собственные двери. Божественные братья Великого Колдуна давно пытаются уничтожать Перевёртыша, так как его почерк безошибочно распознаётся после совершения мошенничества, но он всегда как-то ухитряется ускользнуть.

Только небольшая доля похождений демона началась с приказа Повелителя Изменений. Великого Интригана вполне устраивают беспорядочные блуждания Перевёртыша в вечности и вызываемая им непредсказуемая сумятица. Каждое появление обманщика открывает новые возможности в Большой Игре, и Тзинч с удовольствием взирает на переполох и расстройство чужих планов, когда Перевёртыш затевает новую пакость. То, что его шутки вызывают ужасные войны, не тревожит пожирателя душ. Обманщик обожает суматоху противостояния, ведь она предоставляет бесподобные случаи для мошенничества. Развлечение начинается ещё до самого столкновения, когда он изображает гонцов и военачальников, нарушая вражеские замыслы. В битве Перевёртыша можно отыскать в самой гуще боя, где демон перенимает облик и умения сильнейшего противника, раздирая его на части со злобным воодушевлением.

Скакуны Слаанеша

Скакуны Слаанеша, как и все демоны Слаанеша, наделены извращённой красотой, сочетающей изящество и грацию с абсолютно противоестественным обликом. Их длинные, гибкие тела чувственно извиваются, когда они несутся по полю боя. Длинный, похожий на плеть, язык постоянно выбрасывается из пасти — говорят, что он чувствует Ветра Магии и ищет души смертных, как живой зверь чует запахи в дуновении ветра. Даже легчайшее прикосновение языка Скакуна Слаанеша грозит бедою, ибо слюна этого зверя наполнена неисчислимыми ядами, что увеличивают чувствительность, но усыпляют рефлексы и снижают волю к сопротивлению. Если жертве удаётся уцелеть при нападении, его бодрствование вечно будет наполнено манящими галлюцинациями, а сны — тревожными образами гнуснейших желаний.

Лишь особо успешные чемпионы Слаанеша получают в награду этих странных двуногих зверей, ведь чемпион верхом на этом скакуне — крайне опасный противник, поскольку эти звери носятся по полю боя с ошеломляющей скоростью, набрасываясь на зазевавшихся врагов и повергая их наземь хлёсткими ударами источающих дурман языков. Именно поэтому их иногда называют Кнутами Слаанеша или Свежующими языком.

Искатели

Искатели, также известные как Всадники Слаанеша, Последователи упадка, Тёмные просветители, — разведчики Князя Хаоса, демоницы верхом на легконогих адских Скакунах. Исполненные жутких намерений, стремительные как бросок кобры эти всадники проносятся по бесконечным полям сражений Владений Хаоса, устраивая неожиданные нападения на подходящую добычу.

Эти демонические охотницы невероятно быстры. Некоторые предания утверждают, что они способны очаровать само время, чтобы странствовать между мгновениями. Другие легенды заявляют, что кони Искателей созданы из чёрных помыслов всех живых существ, и их нельзя избежать — ведь никто не может убежать от собственных мыслей! Какова бы ни была правда, стать целью Искателей Слаанеша означает обречь себя на неизбежную и мучительную смерть.

Излюбленные кони Искателей, как говорилось выше, — весьма любопытные двуногие твари. У них вытянутые, изогнутые тела, что постоянно раскачиваются, когда они устремляются к цели на своих тонких птичьих лапах. Каждый из них обладает гривой шёлковых волос, тянущейся от макушки до кончика извивающегося хвоста. Длинная плеть синего языка всё время мелькает, появляясь из беззубого ротового отверстия, обвивая и опутывая противостоящего всаднице. Скакуны Слаанеша сильно разнятся по окрасу и могут быть любого цвета — от бледно-жёлтого и мягкого оранжевого до тёмно-синего и яркой охры. Масть в некоторой степени зависит от того, из какой части владений Слаанеша появился конь, но она сильно меняется от применяемых наездницей красителей и татуировок.

Глаза Скакуна обладают обезоруживающим, разумным выражением, но на самом деле он не более чем зверь, действующий по прихоти своего бога-создателя. Он способен вынюхивать колдовские ветра и выискивать запахи смертных душ, подобно тому как обычное животное чует ароматы, приносимые меняющимся воздушным потоком. Каждая душа обладает своим особенным вкусом, и, всего лишь после первого вдоха, тварь может преследовать избранную добычу на протяжении вечности, если таково будет его желание. Всадницы находят это качество очень полезным, так как, подобно всем прочим демоницам, они обожают жестокие игры. Они наслаждаются преследованием несчастного смертного, заставляя его пробегать лиги и лиги заброшенной и унылой глуши. Если жертва считает, что она уже не может бежать, Искатели прерывают погоню и позволяют ей восстановить силы и разжечь в своей душе слабый огонёк надежды на спасение.

Такие преследования могут длиться месяцы, даже годы, пока Искатели подводят человека к самому пределу его телесных и духовных возможностей. Только когда воля жертвы сломлена, и она добровольно отдаётся в их объятья, Скакуны Слаанеша прекращают погоню и забирают её душу во Владения Хаоса. Своей покорностью смертный лишает Искателей развлечения, но обрекает себя на вечность изысканных пыток в проклятых покоях Дворца Наслаждений.

Слаанеш

Смертельные объятия, блаженство острия ножа. Сверкающие тёмные губы, омытые кровью жертвы. Мучительное и прелестное, избавление от смертной жизни. Танец мечей, стремительный и изящный. Боль, приносящая удовольствие, предвещает исступлённый крик. Окончательная, вечная победа. Всё это подвластно Слаанешу, нашему владыке и тёмному любовнику.

Слаанеш — Князь Тьмы и самый молодой из четырёх богов Хаоса. Известный под множеством разных имён, например Шорнаал и Ланшор, Повелитель Удовольствий, он покровитель всего прекрасного и соблазнительного, связываемый со всевозможными извращениями и сексуальной распущенностью, мастер роскоши, жестоких страстей и ужасных искушений, которые может предложить только бог. Любитель излишества и творчества, он покровительствует музыке, искусству и страсти. Он улыбается при виде всевозможных гедонистических удовольствий плоти, ниспровергающих всякие нормы приличия. Воплощение потворства капризам, очарование Слаанеша крайне завлекательно, и те, кто служат ему, быстро уступают сладостным порокам — гордости, самоуверенности и излишеству. Он радуется, когда его последователи воплощают свои тайные фантазии, в особенности самые извращённые. В итоге они должны познавать все формы чувствительности, в том числе боль, муки, страх и ужас.

Божественно красивый и привлекательный, Слаанеш изображается излучающим осязаемое и непреодолимое очарование. Стройный, соблазнительный и изысканный, он вовсе не имеет пола, игнорируя законы природы будучи мужским на левой стороне и женским справа. Его золотые волосы спускаются с его головы как льющийся каскадом водопад, посреди этой золотой шевелюры растёт пара блестящих рогов, украшенных множеством всевозможных фантастических и изысканных украшений и драгоценных камней. В своей правой руке он держит нефритовый жезл, являющийся его величайшим и самым дорогим сокровищем, а на своём теле он носит красивую кольчугу, драпированную бархатом и инкрустированную удивительными украшениями, о которых смертные могут только мечтать. Он выманивает души врагов из их тел, когда те смотрят с благоговением и желанием в потаённые глубины его блестящих глаз.

Все последователи носят на себе символ своего божества, однако в крупных городах они вынуждены его скрывать, хотя при этом всё же открыто носят украшения, имеющие эротические мотивы. Культисты должны носить одежды, которые позволяют оголить правую грудь, что нужно для проведения многочисленных ритуалов, посвящённых Слаанешу. Пастельные, голубые и розовые оттенки, наряду с белым цветом, являются излюбленными среди его последователей, одежда которых всегда отличается изысканностью и высоким качеством. Числом Слаанеша является 6, и его последователи собираются именно в количестве равном или пропорциональным этому числу.

Слаанешу во множестве обличий поклоняются по всем Северным Землям, а также в самом Старом Свете. Кочевники севера ищут благословения Слаанеша для личных целей, ведь он в силах наделить своих последователей частицей его блистательной славы, и тогда простые смертные преданно падут к его ногам. В далёком прошлом множество эльфов Ултуана стали в извращённой форме поклоняться ему, что по преданию привело к великому расколу этой благородной расы. В самом сердце величайших городов, где тайно собирались декаденствующие высшие классы общества, расцветали секретные культы, где устраивались оргии, на которых любой порок и прихоть возможны. Сколько неосторожных попалось в сладостные объятия Слаанеша, когда они поддавались греху самоуслаждения? Сколько великих лидеров людей повернулось к Князю Хаоса, желая укрепить своё положение или получить поддержку и уважение своих товарищей? Слаанеш безжалостно пользуется этими слабостями смертных, и наслаждается преданностью, с которой служат ему. Неудивительно, что культы Слаанеша являются самыми многочисленными и распространёнными из культов богов Хаоса.

Цели культов Слаанеша не похожи на цели большинства других богов Хаоса. Они не имеют особого интереса в политической власти, хотя влияние некоторых малочисленных культов, включающих множество важных политических фигур, торговцев и знати, делает это скорее вопросом принципов, также они, безусловно, не ищут военной мощи, ибо это не то, чем является поклонение Слаанешу и они не культ воинов. В подтверждение этого многие последователи Слаанеша даже содержат приюты и больницы, которые, однако, используют скорее, чтобы получить в своё распоряжение самых беззащитных членов общества и после использовать их, удовлетворяя свои самые садистские помыслы. Группы поклонников Слаанеша могут казаться лишь группой сексуально распущенных чудиков, но в действительности они скорее садомазохистские, гедонистические, самопотворствующие, извращённые маньяки. Немногие из попавших к ним в руки людей выживают, ибо их, как правило, долго и зверски мучают, посвящая эти жертвы своему божеству, перед тем как жестоко и с радостью казнить их.

Чемпионы Слаанеша — величественные, харизматические лидеры, обожаемые своими последователями. Они собирают вокруг себя большие рати. Такое поклонение легко используется ими, и пока Чемпионы занимаются выполнением своих задач, удаляясь от своих последователей, его отчуждённость и потусторонность лишь усиливают благоговение перед ним. Слава Слаанеша велика, и Чемпионы Слаанеша безмерно гордятся дарами, ниспосланными им Князем Тьмы, упиваясь хвалой, возносимой им простыми смертными. Наделённые обаянием, привлекательностью и неземной красотой, и двигаясь с лёгкостью, грацией и изяществом, они производят сильное впечатление. Одно лишь присутствие Чемпиона Слаанеша воодушевляет; их окружает аура, которая очаровывает других и делает их безмерно преданными и готовыми к самопожертвованию. Чемпионы забывают мирские заботы, оставляя боль, страх, верность и человечность, полностью сосредотачиваясь на удовлетворении своих амбиций. Все остальные существа должны подчиняться воле Чемпиона — либо они преклоняются, либо уничтожаются.

Сцила Анфиннгрим

Некогда Сцила из племени Пса наслаждался благорасположением покровительствующего ему бога Хаоса. Банды под его командой грабили северное побережье Империи, а его имя внушало страх кислевитским купцам из Эренграда. Многие помнят его дерзкие ночные налёты на доки на реке Линск, приносившие лишь всеобъемлющее разрушение. Однако подобная мощь имеет свою цену, и Сцила заплатил за свои амбиции сполна.

Вначале его тело покрылось хитиновыми пластинами. Этот дар сделал его ещё более могущественным, но он же стал началом конца для Сцилы. В течение года его голова раздулась в размерах и стала похожа на голову рептилии, а из его спины вырос остроконечный хвост. Его конечности потеряли человеческую форму, удлинившись, покрывшись мехом и став похожими на лапы гориллы. Вскоре он не смог более держать меч и стал на четыре конечности подобно зверю. Последним его покинул человеческий разум, и он погрузился в пучину безумия, став отродьем Хаоса.

Банда Сцилы отнеслась к нему с жалостью, некоторые даже почитали его новую форму как воплощение живого бога. Впоследствии доверенный лейтенант Сцилы, Одноглазый Эрлок (One-Eyed Erlock), был возвеличен до звания чемпиона Кхорна и возложил на шею Сцилы могучий артефакт, ошейник Кхорна. Во времена, когда Эрлок вёл в бой свою банду в бой, он брал Сцилу с собой как прирученное животное. После всего этого судьба Сцилы неизвестна, но говорят что он пал в титанической битве у врат Кислева, в концы Великой войны с Хаосом.

Тзинч

Тзинч – Великий Колдун, бог магии и повелитель изменчивого потока времени. Он известен также как тот, кто управляет судьбой вселенной, Изменяющий Пути, ведь изменение – суть самого Хаоса, как и вечной меняющейся энергии, которую смертные называют магией, проявляющейся как искажение натурального хода вещей мутациями и колдовством. Ещё он известен как Чар среди варваров севера, Чен – на экзотичном востоке и Шунч в дождливых джунглях юга, но его имя – всегда означает изменение и загадочность. Тзинч – Великий Конспиратор, искусный повелитель всеобъемлющего знания, мастер заговоров и интриг. Немногие его заговоры просты, а многие могут показаться противоречивыми, или идти против интересов самого Тзинча. Только Тзинч видит следы потенциального будущего, из которых, как из красочных нитей, ткётся время. Его планы простираются сквозь пространство и время, и могут быть вынашиваемы многими веками. Но что такое многие века для бога, который существовал до начала времен, и будет существовать долго после конца света.

Тзинч ведёт безвольных смертных по путям, предназначенным для увеличения его мощи, хотя они могут так никогда и не исполнить их часть плана. Он выказывает симпатию тем, кто использует интеллект, чтобы контролировать мир, особенно волшебникам и магическим существам. Его восхищают заговоры и политиканство людей, он одобряет хитрость, позволяющую более слабому управлять более сильным. Тзинч – Повелитель Марионеток, он дергает за нити судьбы, контролируя жизнь и последователей, и врагов. Он питается жаждой и потребностью перемен, являющейся существенной частью человеческой природы. Все мечты о богатстве, власти, свободе и «лучшем завтра» создают мощный стимул для изменений, амбиции целых наций, и создают великую силу, которая способна изменить историю и имя этой силы – Тзинч.

Заклятым врагом Тзинча является другой бог Хаоса, именуемый Нурглом, поскольку деятельность Тзинча состоит в поддержании изменений, надежде и творении новой жизни, что абсолютно противоположно поддерживаемым Нурглом распаду и поддержанию отчаяния и безнадёжности.

У Тзинча нет единого облика, обычно он проявляет себя в виде сгустка света, который постоянно меняет свой цвет. Иногда его изображают как существо, чья кожа состоит из множества перемещающихся и меняющихся лиц, которые искоса смотрят и смеются над теми, кто смотрит на них. Когда Тзинч говорит, то эти лица могут повторять его слова или же говорить что-то похожее, но с некоторыми, но при этом существенными отличиями, они могут давать комментарии его слова, которые опровергают сказанное им. Всё это делает весьма сложным точную интерпретацию слов Тзинча. Все эти лица появляются и пропадают чрезвычайно быстро, однако его подлинное лицо не подвержено каким-либо изменениям. Это морщинистое лицо посажено очень низко в теле, лишённым даже намёка на шею, поэтому весьма трудно сказать, где кончается непосредственно тело и начинается голова. Кажется, будто его изгибающиеся рожки растут не из головы, а из плеч, а ореол, которым окружена его голова, пропитан чистой энергией волшебства. Ореол, будто жидкий дым, стекает по его плечам, формируя тонкий узорчатый шлейф. Образы людей и местностей образуются в этом дыме, когда мысли Тзинча направлены на их судьбы.

Его знак – часто изображение извивающегося змея изменения, а его демоны и чемпионы часто одаряются жуткими птичьими клювами, когтями и разноцветными перьями. Их кожа и доспехи постоянно текут, изменяя форму и цвет, образуя гротескные перекошенные лица, которые передразнивают их противников, постоянно повторяя их слова в новых и раздражительных интонациях. Числом Тзинча является 9, и его последователи собираются именно в количестве равном или пропорциональным этому числу.

Тзинч одаряет тех, кто обладает превосходными магическими силами и искусно использует их для подчинения реальность своей воле. В северных племенах шаманы молятся ему, прося о превосходстве над вождями-воинами и об удаче во всех их магических деяниях. Впоследствии они получают дар мутации, гораздо больший, чем остальные, и когда это наконец случается, они принимают его со страстным восторгом. В Империи и других людских королевствах поклонники Тзинча организуют тайные секты, используя каждую возможность повысить своё собственное положение и расширить влияние повелителя. Особенно легко соблазну Великого Изменяющего поддаются колдуны, учёные и другие образованные личности, жаждущие знаний и подспудно – власти. Такую секту обычно возглавляет Магистр, самый могущественный волшебник, а сами члены секты делятся по множеству уровней посвящения. Это столь тайные и сложные организации, что единственный, кто знает всех членов культа – это сам Магистр.

Культы Тзинча наиболее просто распространяются в Империи. Тзинч популярен среди мутантов, однако его культы также легко найти в городах и деревнях, как и в густой чаще леса. Все эти группы имеют целью подрывную деятельность разрушение Империи, и обладают широкой сетью агентов и осведомителей, некоторые из которых занимают крайне высокое положение в обществе. Действия членов этих культов также маскирует их ненависть к последователям Нургла, действительно, кто может предположить в рьяном и последовательном противники культистов Нургла такого же хаоситского приспешника? Размеры подобных групп весьма разнятся от места к месту и самые большие из них располагаются в крупных городах или глубоко в лесах. Эти культы встречаются повсеместно и при они чрезвычайно организованны и законспирированы, в отличие, скажем от последователей Слаанеша.

Тзинч никогда не довольствуется простым наблюдением драмы истории, он вегда имеет свои собственные цели, и никто не может с точностью сказать, в чём они заключаются, ибо все его намерения переусложнены, все его схемы слишком сложны и невероятно долгосрочны. Возможно Тзинч имеет планы уничтожить другие силы Хаоса, возможно он желает расширить своё влияние на все царства смертных. Безотносительно конечной цели он стремится достигнуть её, подчиняя себе всё новые жизни отдельных людей и таким образом меняя вектор истории в целом. Предлагая власть и колдовство он принимает себе на службу множество влиятельных людей, которые могут впоследствии единственным ударом могут затронуть жизни ещё большего числа людей. Все его заговоры тесно переплетены и запутаны и на первый взгляд могут противоречить друг другу и интересам Тзинча и лишь он сам может видеть куда приведут все нити его махинаций, катящие будто клубок разноцветной шерсти по дороге истории.

Немногие последователи Тзинча проходят до конца долгую дорогу, ведущую к титулу Чемпиона, но эти немногие становятся самыми страшными из всех Чемпионов Темных Богов. Они наделены и исключительными качествами бойца, и высшим могуществом Лорда Магии. Эта смертоносная комбинация делает их крайне опасными противниками – мудрыми лидерами и могучими воинами, командующими своими армиями с непогрешимым предвиденьем. Как можно победить врага, который, кажется, знает каждый твой будущий шаг?

Великий конспиратор

Для тех из нас кто поражён этим знанием, имя Тзинча связано с истинным безумием Хаоса. Тзинч или Тзиин’нет, великий бог-демон, который более всех других воплощает ужасающую энергию и движущую силу Хаоса. Он – Великий Колдун Хаоса, Изменяющий Пути. Вечное и пылающее изменение – сама природа Хаоса, и Хаос – источник и сама материя деформирующейся энергии, которую мы – смертные, называем магией.

Мы называем это неестественное божество Тзинчем, но в действительности среди всех людских богов и демонов, Он имеет больше имён и обликов чем кто-либо другой. Тзинч – изменение, которое олицетворяет любое представление смертных о непостоянстве, а также желание для этого изменения. Его лик и фигура изменяются и деформируются от вечности к вечности. Для дикарей с севера нашей великой Империи, Тзинч более известен (и почитаем) как Чар, Великий Орёл. На востоке, наводящие ужас всадники Ман-Шу, Кай(Kuj) и Кхазагс(Khazags) знают Тзинча как Шен Ши-Ена: Лорда Изменчивых Ветров. Также говорят, что в адских джунглях далеко на юге Старого Мира, Изменяющий Пути известен как Великий Интриган; связанный с манипуляцией и политикой бог которого следует бояться так же, как и не стоит Ему доверять.

Также как многообразны и многочисленны его имена, нельзя сказать, что у Тзинча есть одна преобладающая форма или аспект. Согласно Ван Хаддену – моему связному в Ордене Охотников на Ведьм – прислужники Тзинча редко дают показания, которые согласуются в деталях об истинной форме их Божественного хозяина (если Он, или какой либо другой бог на самом деле имеют одну истинную форму). Хадден добывал для меня расшифровки допросов, которые он проводил, где допрашиваемые проклятые души утверждали, что Тзинч появлялся пред каждым из них, но никто из них не воспринимал его одним и тем же образом.

Предположительно, для одного из их числа он представлялся как облако меняющегося света, в то время как другой видел его как большую, многоцветную птицу. Опять же, другие видели Лорда Изменений как укрытого капюшоном колдуна – для некоторых мужского, а для некоторых женского пола – чьи одежды постоянно меняли цвет. Но ни одно из этих показаний не совпало с другими, хотя каждый из еретиков был в равной степени уверен в своём видении, и был убеждён, что именно его видение - истинная форма Тзинча. Читая этот отчёт, мне вспомнилось одно свидетельство, данное известным демонологистом, Джостейном Лисселем, сразу после его знаменитого исчезновения из графских темниц в Остермарке, который утверждал, что он видел Лорда Изменений в облике горящих рун, висевших перед ним в воздухе, и передававших волю Тзинча.

Хотя, только потому, что эти дураки верили, что они видели Тзинча вовсе не означает, что это действительно произошло. Тзинч – Великий Интриган и Отец Лжи, и Его демонические слуги берут начало в их повелителе. Это невозможно, для любого культиста или демонологиста быть абсолютно уверенным в том, что существо, которое они вызвали, на самом деле является богом, а не демоническим слугой этого бога. Несомненно, мне кажется, что для всецело нормального, – какими большинство людей и является – что угодно сверхъестественное в равной степени является чем-то удивительным и непостижимым. Так каким образом кто-то может знать, что он на самом деле столкнулся с самим Тзинчем, а не одним из демонов в Его услужении, которые воплощают Великого Лорда Изменений?

Может быть, моё мышление слишком узко. Может быть, разговаривая с демоном Бога Хаоса, вы разговариваете и с самим божеством, поскольку смертные не могут понять или ощутить сознание богов. Какой смертный может сказать с абсолютной уверенностью, как сознание бога проявляет себя, и что бог может и не может сделать с этим сознанием? Хотя раскрытие этих вопросов – причина, по которой я пишу эту книгу, которую вы сейчас держите, я не претендую на то, что любые ответы, которые я могу здесь привести – истинно правильные, или любые истины которые как я думаю, я открыл – абсолютны. Любое сомнение, подброшенное исследованиями, является двойным в случае с богом-демоном Тзинчем.
<;br />Те, кто достаточно глупы, чтобы верить, что они могут понять мотивации и планы этого обманчивого божества, несомненно, были введены в заблуждение, потому как Тзинч – Отец Лжи и Обмана, Повелитель Удачи и Архитектор Судьбы. Правда и ложь, факты и вымыслы изливаются из его сознания подобно приходящему приливу изменчивого моря. Тзинчу нельзя доверять даже в той степени, в которой можно доверять другим богам Хаоса – и в самом деле благоразумная точка зрения, учитывая переменчивую сущность Его братьев, богов-демонов.

Есть те, кто верит, что Тзинч хранит все секреты бытия с настоящего момента и до конца времён, а также знает судьбу бытия и совершенно точно знает, то, как эта судьба будет достигнута. Я не верю, что это истина, по крайней мере, в той манере восприятия, которая общепринята.

Будущее нигде не записано, ему ещё лишь предстоит произойти. Я нахожу очевидным, что ни одно существо, даже боги, не могут с абсолютной уверенностью знать то, что ещё не произошло. Я думаю, что замешательство возникает вследствие того, что общепринятое убеждение, что из всех богов и демонов, только Тзинч чувствует бесчисленные нити всех возможных вариантов развития событий, когда они сплетаются во времени в бесконечно сложный гобелен вероятностей, даруя Ему, возможность предугадывать что, таит в себе будущее. Но всё равно Он может лишь предугадывать.

Своим всевидящим взглядом Тзинч наблюдает весь путь истории, растягивающийся обратно во времени, и наблюдает каждое событие, как оно происходит, и каждое намерение как оно раскрывается, но также он способен выстраивать почти бесконечные варианты будущего которое протягивается сквозь время от этих событий. Таким образом, с этим почти безграничным знанием прошлого и настоящего, и Его непревзойдённым интеллектом, я верю, что Тзинч способен с потрясающей (но не абсолютной) точностью предсказывать наиболее выгодный для Него путь развития будущих событий.

Как мы все слишком часто наблюдаем, Тзинч не удовлетворяется просто предугадыванием будущих событий, как Он не удовлетворяется и просто наблюдением за тем как разворачивается трагедия истории. Спутанный клубок возможностей и случайностей в Его полном распоряжении. Тзинч – Великий Заговорщик, повелитель и воплощение заговоров и интриг, и у Него есть его собственные цели и желания. И почему Тзинч должен отказываться вмешиваться в грядущие события? Он способен повелевать безмерным множеством нитей вероятностей, которые содержат в себе секреты случайности и судьбы. И в самом деле, есть те, кто верит, что планы и интриги Тзинча столь невозможно обширны и так плотно переплетены со временем и пространством, что они затрагивают практически каждое существо бытия, знают они об этом или нет.

Какова бы ни была истина этого дела, и какова бы не была истинная природа и размер махинаций Тзинча, мне ясно, что они предназначены только для того, чтобы способствовать осуществлению Его собственных невообразимых целей. Есть множество записей о временах или событиях, в которых прислужники и колдуны Тзинча казалось, поддерживали начинания Царств Смертных, но опять же, есть гораздо больше записей, которые показывают, как Тзинч вредил и пытался уничтожить земли и стремления людей, эльфов и гномов. Очевидно, что планы Тзинча чрезвычайно извилисто протягиваются через тысячелетия. Это действительно так, потому что Его интриги так замысловаты и столь противоречат сами себе, что я верю, что для любого смертного невозможно предсказать каковы Его истинные цели и намерения.

Я обнаружил для себя, что махинации Тзинча более коварны и сложны, чем мои самые пристальные изыскания могут обнаружить, и я твёрдо уверен в том, что смогу приоткрыть завесу тьмы лишь над пешками в его вечной игре.

Независимо от того, какими доброжелательными Его побуждения могут казаться время от времени, не позволяйте сомнению закрасться в ваш разум, у Тзинча есть лишь худшие намерения для Царств Смертных.

Слуги Изменения

Я начну эту часть моего расследования с того, что рассмотрю смертных слуг бога-демона Тзинча. Благодаря моим связям среди Храмовников Зигмара эта область наиболее легко исследуема.

У меня нет сомнений в том, что введённые в заблуждение слуги Тзинча, тайно собираются на шабашах повсюду в нашей великой Империи, желая использовать любое, однако бесчестное или порочное средство, чтобы распространять влияние их злобного покровителя и увеличивать их собственную власть. Хотя есть все основания полагать, что культы Слаанеша – самые многочисленные группы, посвятившие себя поклонению Хаосу, существующие в цивилизованном мире (преимущественно благодаря кажущейся привлекательности и лёгкой достижимости требований этой мерзкой веры), Храмовники Зигмара уверили меня, что тайные культы Тзинча обладают большей силой, чем культы Слаанеша (или любой другой еретической организации). Они имеют гораздо большее влияние на дела нашей великой Империи, чем можно предполагать по их сравнительно небольшой численности.

Это положение дел может быть рассмотрено как плод деятельности людей, которые затянуты в поклонение Тзинчу, и методы, используемые ими, чтобы распространять их влияние на общество. Потому что там, где Слаанеш привлекает для его дел в большинстве своём гедонистов и мечтателей, Тзинч гораздо чаще привлекает образованных мужчин и женщин с огромной энергией и амбициями.

Тзинчу нравятся интриганы. Любой, кто строит интриги и планирует увеличить свои личные достижения и силу через введение в заблуждение или нечестные приёмы, несомненно, привлечёт пристальный взгляд Тзинча – хотя это вовсе не означает, что эти люди обязательно связаны с Ним или обречены, стать его слугами. Но если рассматриваемый смертный достаточно впечатлит Тзинча сложностью и размахом своих интриг, и если этот смертный ещё не посвятил себя служению другой божественной сущности, Тзинч может даровать ему благословение чтобы показать своё расположение. Но хотя подобные случаи очень редки, известно, что боги Хаоса более активно ищут новообращённых в их веру, чем боги Порядка или боги человечества с неопределяемым мировоззрением, и проходят любые расстояния, чтобы заполучить души смертных.

Но гораздо охотнее вместо того, чтобы даровать Его благословения и ничего не просить взамен, Тзинч старается помешать планам любого смертного интригана, который привлёк его внимание, таким образом, увеличивая количество препятствий и, пожалуй, толкая его к грани отчаяния, когда возникают всё большие и большие затруднения. Тзинч надеется привести несчастливого смертного к положению, в котором ничто кроме чуда не сможет спасти его. И, конечно же, Тзинч будет ждать его с раскрытыми объятиями и пустыми обещаниями.

Но не только введённые в заблуждение и двуличные члены общества рискуют стать частью планов Тзинча. И хотя это может показаться невозможным для тех храбрых солдат и охотников на ведьм, которые были вынуждены столкнуться с Его демоническими слугами в битве, Тзинч – покровитель знания и образования так же, как и Его более тёмный и легче понимаемый аспект – покровитель магии и демонологии. Благодаря несомненному всеведению Тзинча и его покровительству над высочайшим и сложнейшим искусством колдовства, многие учёные обратились в Его веру – возможно в попытке достичь ещё более глубокого понимания выбранного ими предмета изучения. Это звучит абсурдно и позорно, но это, несомненно, так. Если знание – сила, тогда я могу представить, что Тзинча могут видеть обладающим, и более того предлагающим, силу вне всяких ограничений.

Западни Тзинча можно найти на любой ступени образования и учения, и среди каждой нации и расы этого мира. Некоторые будут гадать, почему образованный человек захочет принять бога Хаоса, ведь учёные и мудрые люди должны быть более остальных осведомлены об опасностях, которые подразумевает в себе такое рискованное предприятие. Но как много уважаемых учёных обратились в веру Тзинча в отчаянии, потому как они тщетно искали решение, казалось бы, нерешаемой проблемы? Как много учёных, одержимых жаждой знания, соблазнились учениями Тзинча и обещаниями достижения большей мудрости или абсолютной истины? Боюсь, что слишком много.

Но всё же, в сердце своём, Тзинч – воплощение желания к изменению, и любое создание, желающее изменить его собственное (или чьё либо ещё) состояние, скорее всего, обратится к предательскому образу жизни этого пагубного божества. И в самом деле, судя по различным отчётам и записям, которые охотники на ведьм собрали, чтобы помочь мне в моих исследованиях, а, также ссылаясь на многие народные легенды которые я с огромным трудом достал по данному делу, люди наиболее уязвимые к соблазнам Лорда Изменения – это те, кто обладает революционным духом. Любой мечтатель – мужчина или женщина, – который грезит или активно пытается изменить мир, будь они аристократами или государственными деятелями пытающимися улучшить жребий своего народа, или люди пытающиеся свергнуть порочную власть и принести справедливость в общество, в котором они живут, все рискуют привлечь внимание Тзинча.

Но самые опасные из тех, кто присягнул Тзинчу – те, кто благословлён (или возможно проклят) даром магии. Будь они магистрами одного из великих Имперских Университетов, или целителями, ведьмами, колдунами или любым другим индивидом, предрасположенным к магии, Тзинч кажется, принимает поклонение всех с равным и страстным энтузиазмом. Тзинч как никак в первую очередь бог магии и колдовства. Говорят, что Тзинч дарует тем магам, которые ему поклоняются и исполняют его приказы, невероятные магические способности. Какова бы ни была их подоплёка, те, кто отдают свои жизни в услужение Тзинчу (и сохраняют здравый рассудок достаточно долго для того, чтобы высоко подняться в иерархии Его слуг), являются самыми могущественными из всех использующих магию. Это объясняет причину того, что столь многие вероятные слуги Тзинча верят, что выгоды от обращения в веру Тзинча далеко превосходят связанный с этим риск – несмотря на то, как глупо это может выглядеть для тех из нас, кто не затронут демоническими силами.

Культы Изменения

Было бы ошибочным предполагать, что существует “Культ Тзинча” как таковой – по крайней мере, не в значении единой веры, как скажем с Культом Ульрика или Святой Церковью Зигмара. Существует множество меньших религий и еретических культов, для которых Тзинч является средоточием поклонения и обожания, но они могут значительно различаться в обычаях и верованиях.

Достаточно лишь сказать, как уже было упомянуто выше, что культы, посвящённые Слаанешу – самая многочисленная еретическая организация в нашей великой Империи, но также, несомненно, и то, что культы Тзинча имеют гораздо большее влияние на дела Империи, и даже на дела культов посвящённых братьям (и соперникам) Тзинча, Богам Хаоса. Возможно благодаря скрытной и величественной природе последователей Тзинча, потому как там, где приверженцы Слаанеша ищут потворства своим желаниям и наслаждение, а распространённые повсюду культы Кхорна желают лишь привносить насилие и ненависть, культы Тзинча имеют чётко выраженную философскую и политическую позицию, рассматривающую Империю как структуру, и человеческую цивилизацию в целом. Там где фанатики Нургла, Слаанеша или Кхорна будут заинтересованы лишь в продвижении целей и потребностей их собственного божества, последователи Тзинча имеют более обширные планы, которые часто вовлекают приверженцев других богов - независимо от того, знают эти приверженцы о своём участии в махинациях Тзинча, или нет.

В качестве примера, если какой либо маг Тзинча хочет уничтожить политическую инфраструктуру определённой области, он или она вряд ли будет рисковать, действуя в открытую. Вместо этого, маг предпочтёт создать культ или организацию, которая медленно проникнет внутрь и разрушит инфраструктуру данной территории. Если же маг решит, что его цель более уязвима для соблазнов Слаанеша, чем Тзинча, тогда этот маг создаст культ поклонения Слаанешу, который будет служить ему.

В этом и лежит тайна не имеющего себе равных могущества культов Тзинча – существуют бесчисленные культы других богов и демонов, которые подчиняются, хотя и невольно, немногим известным культам Тзинча. Хотел бы я знать как много меньших культов, религий, братств и кабалов магов являются обманутыми служителями Тзинча, и продвигают цели Повелителя Изменений, даже не осознавая, что они делают это.

Культы Тзинча целиком посвящены целям разрушения цивилизации людей, низложения всех других религий и обращения магических организаций в веру их повелителя. В Ордене Охотников за Ведьмами есть целое отделение, предназначенное исключительно для преследования и уничтожения культов Тзинча, и это то отделение, которое наиболее близко работает с другими властями в Империи, будь они духовными, военными или мирскими. Величайшая проблема, с которой сталкиваются члены этого отделения – сам факт того, что служители Тзинча так хорошо организованны и распространены среди всех слоёв человеческого общества. Шпионы и информаторы, работающие на различные культы Тзинча, занимают очень высокое положение среди правящей элиты Империи, но мой связной среди охотников на ведьм, капитан Ван Хадден, отказался раскрыть информацию о том, кем они могут быть.

Как бы то ни было, он рассказал, что помимо этих грешных и заблудших людей, Тзинчу так же поклоняются мерзкие и отвратительные мутанты, которые разъедают саму основу нашего великого общества. Но культы созданные исключительно из деформированных Хаосом, вряд ли можно найти в городах Империи, и чаще всего они обнаруживаются в дремучих лесах или скрытых долинах пустошей.

Я обращу своё внимание лишь на некоторые культы Тзинча, о которых известно властям:
Культы Пурпурной Длани
Культ Алого Престола
Кабал Энгримма ван Хорстманна

Ужасы Тзинча

Розово ужасное, страшно голубое:

Там где был один, теперь их стало двое!

Либер Малефик

Описать Ужасов, известных также как Кружащиеся разрушители, Визгуны, Кислолицые вертуны, не представляется возможным, поскольку они — это чистый необузданный Хаос, принявший кружащийся, наделённый безграничной, пульсирующей энергией облик по воле Тзинча. Разрушающие и искажающие, пропитанные жуткой энергией, они вопят и стонут, танцуют по воздуху, выбрасывая из кончиков пальцев голубые, зелёные и фиолетовые огненные сгустки. С долговязых рук срывается магическое пламя, на груди зияют разинутые пасти. Вспышки мистической энергии искрятся за ними, когда они прыгают по полю боя. У них нет постоянных тел в материальном мире, порой они принимают некие неизменные формы, но чаще они сливаются в безумную пляску цвета, несущуюся и кружащуюся по полю битвы. Но всё же у Розовых Ужасов можно выделить два различимых состояния — розовый и голубой ужас.

Розовых ужасов можно узнать по розоватому свечению кожи и пронзительному визгливому смеху. Они крутятся в неистовом и безудержной экстазе, непрерывно и безмозгло хихикая. Разряды энергии слетают с кончиков их пальцев, пока они кружатся по полю битвы, окатывая врага розовым пламенем. Сотворение таких заклятий приводит розовых ужасов в ещё больший восторг, и они особенно пронзительно смеются, когда колдовское пламя слетает с их поднятых конечностей.

При ранении розовый ужас издаёт последний безумный смешок и немедленно расщепляется в скрученный спиралью сгусток эктоплазмы. С характерным вздохом удовлетворения этот сгусток меняет цвет и разделяется на двух голубых ужасов. Голубые ужасы — уменьшенные копии своего родителя, которые однако обладают совершенно иным темпераментом. Они угрюмы и раздражительны, словно капризный ребёнок, вечно хмурые, они с ворчанием и фырканьем продираются сквозь сражение. Однажды появившись, голубые ужасы быстро присоединяются к сородичам, добавляя омерзительное хныканье к общей какофонии шумного отряда, пока их щупальца пытаются ухватить врага и выдавить из него жизнь.

Являясь созданными магией рабами Тзинча, Ужасы считаются лишёнными воли жертвенными автоматами на службе хитроумных планов полководца. И если Тзинчу потребуется слуга, наделённый большей силой, то он создаст Герольда, более стабильную разновидность Ужаса. Герольды столь же красочны, как и розовые ужасы, однако при ранении не распадаются на пару голубых ужасов. Вместо этого восстанавливающая магия Герольда постоянно подлатывает его форму, втягивая повреждённые куски его плоти в тело, чтобы заменить их свежей тканью протоплазмы. Подобные демоны наделены достаточным разумом, чтобы командовать другими розовыми ужасами без постоянного присмотра Владыки перемен, и направлять ярость их колдовства против врагов Тзинча. Однако более опасен талант Герольда к предвидению. Погружая своё сознание в поток грядущего, они способны уберечь от гибели себя и Ужасов вокруг себя, подготавливая защиту, основанную не на удаче, но на знании.

Фурии

Питер обратил свой взор в небо, закрывая глаза от слепящего солнца своей мозолистой рукой. Он слегка нахмурился, увидев вдалеке тёмные пятнышки и не догадываясь, что участь его уже решена. Он щёлкнул языком, подгоняя нагруженных мулов. Взглянув вверх мгновение спустя, он разглядел тёмные силуэты с кожистыми крыльями, пикирующие на него. Мулы в ужасе забрыкались и жалобно завизжали, когда адские фурии обрушились на них. Но Питер, чьё сердце заледенело от ошеломляющего страха, не мог пошевелиться, даже когда создания разрывали на части его животных, а потом накинулись за него, разрывая по кусочкам

Фурии, также известные как гаргульи или вороны Хаоса, — мерзкие и шумные демоны с крючковатыми когтями и кожистыми крыльями нетопыря. Короткая грива грубой шерсти спускается от недоразвитых рожек до самого копчика. Их морды грубы и звероподобны, с жестоким выражением блестящих глаз, расположенных чуть выше тупого рыла и широкой пасти, заполненной десятками игольчато-острых зубов. Обычно фурии чёрного цвета, однако, как исчадия первородного Хаоса, они могут быть окрашены в любой оттенок, в зависимости от того, какой из Тёмных богов набирает силу.

Фурии — воплощение Хаоса в его изначальной, неделимой форме. Как следствие — это слабейшие из угрожающих миру демонов, оставаясь при этом серьёзным противником для многих смертных. Фурии — первые среди демонов, кто проникает в мир смертных, когда границы материального мира истончаются. За тучами фурий уже следуют иные мерзкие демоны. Стаи этих тварей считаются предвестниками надвигающегося бедствия. Когда потоки магии слабеют, и легионы демонов начинают исчезать, фурии возвращаются в свои гнезда, находящиеся в прорехах ткани реальности. И действительно, в Старом Свете достаточно мест, где крестьяне запирают окна и дымоходы, чтобы одиночные фурии не прокрались в ночи в их дома и не похитили детей.

Лишённые собственного покровителя и наделённые весьма ограниченным сознанием, фурии легко поддаются на уговоры прочих демонов, к которым относятся со смесью ужаса и восхищения. Они полностью послушны капризу любого из Тёмных богов. Так Тзинч в наибольшей степени использует фурий, служащих ему гонцами и шпионами равно в смертном мире и во Владениях Хаоса. В противоположность этому, Кхорн считает фурий чересчур слабыми для своих целей, и, как результат, использует их лишь при отсутствии иных возможностей.

Фурии трусливы по своей природе, и их стаи предпочитают высоко парить над полем битвы, нежели самолично участвовать в сражении. Их терпение почти неисчерпаемо, и они готовы выслеживать жертву часами, даже дням, перед тем, как устремиться в нападение. При виде раненой или одинокой добычи, такой как расчёты боевых машин или же одинокие герои, удалившиеся от своих товарищей, эти крылатые демоны обрушиваются с небес, как яростное облако из которого нет выхода. Если их противник пытается бежать, фурии неотступно преследуют его. Подобно падальщикам настоящего мира, они чуют страх и слабость, и предпочитают полностью использовать эти чувства. Единственная защита от нападения фурий — не уступать и отражать атаки, чтобы они решили поискать более мягкотелую добычу.

"Молния прорезала небеса. Князь демонов махнул своим чёрным, как ночь клинком, разрубив очередного воина противника мощным ударом, с лёгкостью пробившим доспехи жалкого смертного. Половинки глупого неудачника упали в пропитанную водою грязь, от них во все стороны хлынула кровь. Демон зарычал от наслаждения, когда горячая струя крови окатила его переливающиеся под чешуей мускулы. Эхом откликнулась завопившая стая фурий, кружащая над его головой. Воздух потряс удар грома, и сочащаяся ихором рана порождения Хаоса затянулась сама собою. С победным криком Князь демонов взмыл к небу, чёрные кожистые крылья развернулись из-за его спины, и он устремился к оставшимся людишкам. Небеса бурлили и менялись, когда быстрые, жуткие силуэты хищных фурий проявились в ночной тьме. Спустя мгновения эхо начало разносить округ вопли перепуганных смертных и нечеловеческие крики удовольствия, испускаемые глотками крылатых тварей."

Химеры

Химеры выглядят так, как будто они собраны из оставшихся кусков других существ, и, кто знает, может это именно так. Химеры — это огромные существа с тремя головами и хвостом, который оканчивается острым ядовитым жалом. Каждая голова отличается от другой: одна выдыхает огонь и похожа на драконью, вторая подобна львиной, а третья — козлиной с витыми рогами. Вместе они составляют могучее существо, убийство которого может принести славу любому герою.

Хранители секретов

Оно даровало мне все, чего я желал, но забрало все, что я ценил. Я сделаю что угодно, только бы ещё раз увидеть этот прекрасный облик.
— Либер Малефик

Хранители секретов, также известные как Слаанешев губитель, Пожиратель боли, Великий Рогач — это многорукие, с глазами-самоцветами, чувственные в движениях, и в то же время жестокие и свирепые, высшие демоны Слаанеша. Эти украшенные драгоценностями твари возвышаются над полем боя, многократно превышая человеческий рост и излучая ауру чувственной красоты, которая скрывает его истинную сущность. Из их мускулистого туловища растут четыре мощные руки, две из которых оканчиваются пугающими крабоподобными клешнями. Говорят, что не существует двух Хранителей секретов с одинаковым обликом, так как внешность каждого зависит от прихоти их создателя, Слаанеша, в момент проявления в мире этого демона. Разумеется, среди Хранителей наблюдается огромное число различий: некоторые наделены бычьей головою, в то время как другие притягивают глаз прекрасным андрогенным обликом, скрывающим чёрное, извращённое сердце.

Хранитель секретов — ужасный противник, наслаждающийся причинением боли, когда осторожное движение лезвия рассекает кожу, плоть, кости и внутренности. Его внушительные, острые как бритва, клешни способны разрубить на части бронированного рыцаря одним изящным движение, а его руки могут крушить кости, разрывая мышцы и связки с пугающей лёгкостью.

Хранитель секретов очень аккуратен и внимателен при нанесении ударов, превращая чувственное прикосновение в ломающие ребра объятья, а простой выпад — в потрошение, вываливающее груду внутренностей и заливающее землю кровью — создавая радующий его глаз узор. Он не знает страха боли или страха быть покалеченным, и каждое переживание, будь оно приятным или болезненным, встречается им со стоном удовольствия или воплем наслаждения, что атакуют не только чувства, но и основные понятия о нравственности. Хранители секретов поглощают души убитых ими, чудесную пищу, умножающую могущество Слаанеша. Как результат — битва с ними страшна не только медленной и мучительной смертью, но и вечным проклятием души.

Хранители секретов — осквернители непорочности, совратители верующих, грозные вестники изысканного проклятия. Сотворённые из материи Хаоса и одарённые утонченной и коварной магией Тёмного князя, они — совершенные колдуны, убивающие врага спазмами агонии, окутывающие его сознание гибельным шёпотом о величии, создающие хитроумные иллюзии самого пугающего и самого притягательного для своей жертвы. Хранитель секретов наслаждается наложением жестоких и изысканных чар, превращающих верных друзей в безжалостных врагов, очаровывая и покоряя врагов миражами и иллюзиями, и затуманивая их разум.

Те немногие смертные храбрецы, что пожелают сразиться с этим чудовищем, должны быть чисты сердцем и разумом, поскольку Хранителя секретов оберегают множество искусительных заклятий, что подавляют волю и заглушают чувства. Немало героев не смогло устоять перед собственными животными инстинктами и желаниями, пока этот высший демон Слаанеша играл с ними, расчленяя их с томительной деликатностью и осторожностью.

Центигоры

Центигоры — это странная смесь парнокопытного животного, наподобие буйвола или лошади, и двуногого зверя Хаоса, соединённых вместе искажающей силой Пустошь много веков назад. Задняя часть их туловища с четырьмя ногами, наследованными ими от их четвероногих предков, даёт им большую скорость и силу, а торс гуманоида позволяет им использовать их отвратительное оружие, помимо которого они также отлично используют свой вес и свои копыта, чтобы просто давить своих врагов.

Эти звериные кентавры чрезвычайно могучие существа, с сильными конечностями и проворными ногами. Твари тёмных лесов, они прекрасно научились в них быстро перемещаться, обходя на своём пути любые препятствия. Однако, они не так уж слишком и быстры, и, обладая большой силой, испытывают недостаток в ловкости в обращении с любыми требующими каких-либо навыков предметами. Центигоры очень жестоки и злобны, они презирают свою неуклюжую натуру и питают глубокую зависть к существам, чей разум и тела лучше подходят друг к другу. Они имеют привычку напиваться до потери сознания перебродившим пивом, ворованным вином и спиртом перед битвой, вгоняя себя в жуткую пьяную ярость. И хотя это делает их бесстрашными, делая их истинными берсеркерами, это также легко выводит их из строя.

Центигоры обитают в северных и восточных пределах лесов Старого Света, где деревья постепенно сходят на нет, давая место тундре Северных Пустошей. Центигоры ведут кочевую жизнь, не имея никаких поселений, даже временных, и при необходимости найти убежище, они находят его в горных пещерах или у подветренной стороны прибрежных рифов. Они часто присоединяются к бандам различных чемпионов Хаоса, проявляя огромную лояльность за возможность поубивать и пограбить.

Чемпионы Хаоса

«…Среди того ужасного воинства есть те, чьи деяния в служение богам были вознаграждены более других. Те, кто был избран и стал великим Чемпионом, кто положил бессчётные жизни и души на алтари Хаоса, кто нёс разрушение и погибель силам Порядка и Природы. На коже они несут клеймо их дьявольских повелителей, их знамёна пестрят знаками и символами преданности, их доспехи покрывает вязь рун верности, их оружие исписано нечестивыми благословениями…»
Либер Хаотика, записано Рихтером Клессом, жрецом Зигмара, объявленным сумасшедшим.

Северяне — великие воины, причём среди них довольно часто встречаются женщины, которые по силе, ловкости и жестокости намного превосходят женщин слабых рас юга. Жизнь северян — постоянная борьба друг с другом и с природой, поскольку на севере обитают многие свирепые, сильно мутировавшие и необъяснимо кровожадные создания. Поскольку эти земли по большей части холодные и бесплодные, пищу приходится добывать охотой. Существование племени зависит от силы и отваги его воинов. В голодное время борьба за выживание превращается в кровопролитную битву.

Поэтому каждый молодой северянин стремится стать могучим воином и, в конце концов, представить себя на суд богов в церемонии вызова или совершив поход на дальний север. Если он переживает это суровое испытание, то считается, что боги сочли его достойным служить им, и он заслуживает уважение племени. Говорят, что он становится избранником бога. Эти возвышенные воины занимают в племени самое влиятельное положение. Они часто несут на себе знак их бога-покровителя в форме рельефной татуировки, клейма от раскаленного железа или узора, врезавшегося в плоть.

Говорят, что после того, как воин был избран, за всеми его деяниями начинает следить его покровитель, а иногда, если воин особенно могуч, и другие боги. Он может начать мутировать, часто становясь крупнее и сильнее, его кожа может стать жёстче, крепче и даже затвердеть, превратившись в живой доспех. Эти изменения принимаются с величайшим почтением как дары богов, делающие воина более грозным, а также выделяющие его для будущего величия. Те, кому боги особенно благоволят, могут много раз возвращаться во Владения Хаоса или в некоторые святые места у пограничья, где они общаются с богами и получают другие подобные дары.

Каждый Северянин видит естественную и очевидную разницу между массой кочующих воинов, немногими избранниками богов и малой горсткой тех, чьи исключительные дары выделяют их как лидеров и самых могучих воинов племени. Лишь их враги, но не сами Северяне, различают самых молодых, неотмеченных воинов, которых называют мародёрами из-за их кочевого и грабительского образа жизни, Воинов Хаоса, чьи превосходные доспехи и высокое положение делают их легко узнаваемыми, и Чемпионов Хаоса — величайших воинов и лидеров.

Боги Хаоса ценят человеческих последователей гораздо выше своих любимцев — служащих им демонов и тварей Хаоса, предков которых они создали, — поскольку демоны и звери Хаоса не могут выбирать свою природу. Только одним путём боги Хаоса могут увеличить свою власть — вербуя людей или других разумных существ со свободной волей. Поэтому важнейшими последователями Хаоса являются чемпионы Хаоса — воины, избранные богами Хаоса как их величайшие слуги.

Некоторые из этих душ легко завоевать: это разбойники, бандиты и изгнанники, которые охотно последуют за любым вожаком, предложившим им добычу и защиту. Таких особ полным-полно в Старом Свете, но встречаются немногочисленные решительные и достаточно могучие личности, которые могут превратиться в истинных воинов Хаоса и заключат договор с тёмными богами, дабы те даровали им доступ к энергии Хаоса. Эти люди стараются развивать в себе новые способности и стать величайшими лидерами, воинами или колдунами. Некоторые присоединяются к завоевательным армиям Хаоса и надеются однажды уподобиться богам и стать правителями мира теней и волшебства. Они считают триумф Хаоса неизбежным.

За Северными Пустошами, в глубине имперских лесов они готовятся к войне, испытывают свою силу на монстрах, живущих в тех регионах, орках, гоблинах и друг на друге. Сотни маленьких отрядов бродят по северным землям, разоряя поселения людей и нападая на территории Кислева, Норски и Империи. Сила их растёт, Чемпионы ловят мутантов, чтобы использовать их в личных целях, они собирают новых сподвижников и младшие Чемпионы присоединяются к ним. На далёком севере армия Хаоса готовится нанести удар в самое сердце смертных земель, поддерживаемые тайными культами в самих городах юга.

Боги Хаоса внимательно относятся к своим чемпионам и поощряют их всевозможными дарами: магическим оружием, доспехами и талисманами, тайными способностями и — самыми странными дарами — физическими мутациями, вроде щупалец, звериных морд и острых как бритва когтей. Чемпион носит эти дары с гордостью, как символ своей абсолютной верности господину. Чемпионы являются представителями богов Хаоса, и в силу этого они постоянно стремятся превзойти друг друга. Иногда хозяева посылают им видения или направляют их, чтобы объединить с другими созданиями Хаоса для уничтожения армии или разграбления замка. В других же случаях чемпионов преднамеренно натравливают друг на друга, чтобы определить, кто достоин быть вознаграждён новыми дарами.

Для удачливого чемпиона величайшей наградой является возможность получить бессмертие в качестве демона-принца, чтобы вечно жить подле господина и продолжать сражаться за него. Именно эта мечта ведет чемпионов Хаоса, хотя очень немногие достигнут бессмертия. Большинство чемпионов или погибнет в бою, или хозяева вознаградят их множеством ужасных мутаций, так что они превратятся в безмозглые отродья — чудовищ с уродливыми телами, всего лишь жалкие воспоминания о своей былой славе.

Знак избранника

Бог Хаоса выбирает своих чемпионов с осторожностью. Если чемпион превзойдёт других в службе, мощь бога в мире смертных увеличится, как и его влияние во Владениях Хаоса. Если же его чемпион побежден или, хуже всего, убит чемпионом другого бога, то его мощь уменьшается, и его влияние на братьев-богов ослабевает. Поэтому бог выберет в свои представители только того, кто подает большие надежды.

Когда бог Хаоса выбирает смертного Чемпиона, он помечает его как своего. Эта метка известна как Знак Хаоса и выглядит, как клеймо на теле в виде собственной руны бога, обозначая, что чемпион принадлежит ему одному. Эта руна не обязательно уродует чемпиона, обычно она лишь проступает на лице или руках.

В дополнение к этой физической руне, бог дает Чемпиону специальный дар, который является еще одним знаком его бога. Этот первый дар различен для каждого из богов. Чемпионы Кхорна оказываются облачёнными в броню Хаоса. Эту броню нельзя снять, поскольку она сделана из живого металла, который срастается с кожей Чемпиона и становится частью его тела.

Чемпионы Нургла обнаруживают, что болезни отступили или излечены полностью, за проданную душу бог освобождает их от болезней, пока они борются за него. Чемпионов Тзинча наделяют даром волшебства. Действительно, многие из избранных Тзинча станут великими Волшебниками Хаоса. Пристрастия Слаанеша утонченны. Его дар Чемпионам состоит в том, что они перестают бояться смерти и боли, пируя и наслаждаясь сражением, смеясь над ужасами, которые свели бы других смертных с ума.

Колдуны Хаоса

Тёмная фигура вышла в центр лагеря, замысловато украшенный и стилизованный чёрный доспех блестел в трепещущем свете костра. На широких плечах лежала тяжёлая меховая шкура, лицо закрывал звериный шлем-череп. Поворачивая голову из стороны в сторону, он смотрел на племя, которое было напугано его появлением.

Он ударил посохом по чёрной земле, амулеты и кости зловеще застучали. Он поднял закованную в броню руку к закрытому шлему и снял его. Копна насыщенно-чёрных волос упала на его плечи. Лицо его было бледным и искажённым, его щеки покрывали ритуальные шрамы — запутанные тайные изображения, глубоко врезавшиеся в плоть. Глаза его были полностью чёрными и блестящими, и даже закалённые воины вздрогнули и отвели взгляд от его потустороннего взора.

Поднимая посох высоко в воздух, он заорал в ночное небо. Тёмная молния сверкнула в уголках его черных как ночь глаз, когда небеса ответили на его зов, разнося над равниной низкие раскаты грома. Тьма сгущалась вокруг него перешептывающимся покровом, тени вырастали из окружающего мрака, паря перед ним. Корчащаяся чернота выбросила в стороны бесформенные щупальца, их леденящее касание высасывало тепло из тел воинов, и заставило огонь опасть и исчезнуть.

Во тьме колдун заговорил, его голос звучал так, словно это дюжина человек произносила одни и те же слова.

Все как один пали на колени перед колдуном — тем, кто воистину был благословен величайшим из богов.

Тех, кто с помощью первозданных ветров магии творит заклятья, называют колдунами. Они обладают огромным могуществом и способны выбросить чёрные сгустки энергии из кончиков пальцев, перенестись из тени в тень или уничтожить врагов пылающим огнём. Среди северян колдуны считаются оракулами богов, племена всегда прислушиваются к их советам. Они оглашают волю Великих Сил, а также проводят жертвоприношения и вызовы демонов.

Однако за всё приходится платить, и боги часто требуют высокую плату за могущество, которым они наделяют колдуна, постепенно разрушая его рассудок, в то время как его те о искажается и мутирует от энергий, проходящих сквозь него. В отличие от волшебников других рас, колдуны и шаманы Хаоса, равно как и колдуны тёмных эльфов, способны использовать эфир в первозданной форме, подчиняя его своей воле при помощи демонических соглашений и дьявольских молитв своим могущественным богам. Такая магия крайне разрушительна, она более других опирается на ветра смерти и теней, при этом она опасна и для самих адептов, использующих её, поскольку она изменяет всех, кто использует её разрушительную сущность. Лишь обладающие истинной силой воли и целеустремлённостью могут достичь высот владения магией Хаоса, поскольку контакт с ней несет не только физические мутации, но также воздействует на рассудок колдуна, вызывая истерию, паранойю, галлюцинации и манию величия. Часто они посвящают себя одному из Тёмных богов, служа им и получая взамен ещё больше магической силы. Колдуны Нургла используют магию, чтобы искажать и разлагать природу, вызывая ужасные неизлечимые болезни, они скручивают тела противников и разрушают из рассудок. Практики знаний Слаанеша более утонченны и их оружие — внушение, обманчивые видения и управляющие заклятья. Однако самыми могущественными и опасными из всех являются страшные чемпионы Тзинча. Эти воины-колдуны — истинные чемпионы Хаоса, поскольку могут сражаться с силой безумца, при этом владея всеми знаниями мира, дающими им волшебные силы, с которыми не сравнятся сильнейшие волшебники других богов. Чемпионы Тзинча способны использовать первозданные цвета магии, обрушивая мутирующее пламя и разрывая врагов на части взрывами радужной энергии.
Демонические дары и знаки Тёмных богов

Верования гордых воинов севера чрезвычайно многообразны и различны. Некоторые поклоняются в равной степени всем Тёмным богам, почитая Хаос как единое целое. Другие избирают своим божеством одного из Тёмных богов, восхваляя своего повелителя больше других.

Удачливый Чемпион может получить некий дар от своего бога, и тогда на его теле, знамени или доспехах по вляется символ его покровителя. Его называют Знаком бога, он символизирует преданность и свидетельствует о благосклонности бога. Также множеством демонических даров награждаются они: в их руках находится самое разное оружием и колдовство, которое несёт смерть врагам Хаоса, одурманивает их разум и вселяет страх в их души. Этими дарами знамениты Демоны-Принцы, они отличают их среди тёмных братьев — могучих воинов, великих колдунов, владык армий Пустынь Хаоса и предвестников конца света.

В то время как обыкновенные слуги награждаются нерегулярно и редко, Чемпионы вознаграждаются часто. Если они поднимаются высоко в глазах хозяина, тогда дары будут предоставляться даже чаще. Чемпион оказывается на быстрой дороге, которая ведет к власти или проклятию. Предсказать судьбу нельзя никак, пока не будет слишком поздно.

Награды богов Хаоса принимают причудливые формы. Наиболее частая форма — физические мутации. Рога вырастают на голове Чемпиона, на его руках вырастают длинные когти, его зубы превращаются в клыки, или его кожа становится жёсткой и чешуйчатой. Это всего лишь несколько наиболее частых даров Хаоса, как эти уродства часто называются. А ещё бывают длинные щупальца, вырастающие из тела Чемпиона, кожа, горящая огнём, конечности, которые удлиняются и развивают новые суставы, тела, раздувающиеся в чудовищные формы, и дополнительные головы и конечности. Эти физические мутации не обязательно невыгодны — они часто дают полезные способности, особенно в бою, где рога и когти могут использоваться против противника.

Другие награды касаются мозга Чемпиона. Он может стать бормочущим ненормальным, или немым, или ещё каким-нибудь. Он может приобрести необычно острый слух, зоркий взгляд, или стать нечувствительным к боли. Ему могут дать дар волшебства, особенно, если он угоден Тзинчу, или он может стать стойким к волшебству. Если он слуга Кхорна, он может быть одарён поразительной физической силой, боевыми навыками вне человеческого понимания, или он может даже стать полностью бесстрашным.

Нет никакой мутации, которую бог Хаоса не может сделать, никакой мощи которую он не способен даровать. Но боги жестоки и причудливы, и не делают никакого различия между выгодным или невыгодным даром.

Путь к славе

Дорога к величию, по которой ступают Чемпионы Хаоса, полна опасностей, ибо в случае провала их ожидает гораздо худшая участь, чем физическая смерть. Однако множество надеющихся, наделённых смелостью, амбициями и силой, встают на этот путь, хотя он может привести их к забвению. Бессмертие и Демоничество — их главная цель, хотя на каждого достигшего её есть тысячи проклятых искажённых, безумных созданий, проводящих остаток жизни в скитаниях по Пустошам Хаоса.

Договор с демоном

Это было и вчера, и века назад — Урлф сидел во главе огромного стола в зале Снэгра в земле Норска. Вчера и века назад, потому что во Владениях Хаоса время не течет так, как оно течет в мире смертных, а пересекается с ними невероятным образом, поэтому время, как он его некогда знал, теперь казалось ему незначительной и банальной вещью. Он расправил крылья, почувствовав, как ихор (кровь богов) бежит по вновь материализовавшимся венам. Прошли века с тех пор, как он ощущал живой пульс в груди и чувствовал, как легкие вдыхают воздух, или это было лишь вчера. Он оставил эти интересные раздумья и огляделся вокруг, осознав, что он снова стоит в зале Снэгра в земле Норска — хотя зал разрушался и отстраивался заново много раз за то время, которое прошло с тех пор, когда он был здесь как смертный человек.

«Какая причина заставила вас вызвать меня в мир Людей?» — прогремел в зале его голос. Находившиеся в зале люди в ужасе сжались при этих нечеловеческих звуках, ибо голос его был демонический, а не людской, а голос демона отражается в темных уголках разума, которые лучше оставлять незатронутыми.

Урлф посмотрел вокруг и увидел ряды воинов, вооруженных для битвы, среди их числа несколько были одарены богами. Его взгляд пал на волшебника, который провел ритуал вызова, и он сразу ощутил магические узы, которые поддерживали его и удерживали внутри рунического круга. Глаза волшебника светились в экстазе, вызванном чистой магией, струящейся сквозь его тело — тело, явно отмеченное протекавшей энергией и одаренное богами. Но ответил ему не волшебник, а высокий воин, сидевший во главе огромного стола — вождь племени.

«Гридал, Лорд Снэгра, взывает к Урлфдемону, ибо завтра мы идем на войну — и под луной Урлфа я прошу благословения Демона».

Урлф слушал ответ этого человека, подобный тому, который он сам держал так давно, когда он тоже был лордом Снэгра. Или, может, это было не так давно, потому что этот человек Гридал, стоящий перед ним, чем-то похож на сына Урлфа. Широкие пряди золотистых волос лежали на его бледных щеках, как некогда и у самого Урлфа. Теперь гривой Урлфу был пылающий огонь, а его кожа была черной как уголь. Его глаза были красными как угли, а когда он говорил, слова прорывались между клыков из мерцающего железа. Таков был образ, взятый из сознаний его родичей — поэтому такой и был материальный облик его бессмертного духа.

«Ты предлагаешь сделку, Гридал, Лорд Снэгра?» — спросил демон. Этот ритуальный вопрос был в тысячу раз древнее его.

«Я предлагаю сделку, Урлфдемон», — уверенно ответил Гридал, хотя Урлф чувствовал ужас, исходящий от его души — мало что смертный может скрыть от демона, но еще меньше он может скрыть от демона, который сам некогда был смертным.

«Тогда получи благословение Кхорна», — прорычал Урлф, и Лорд Снэгра шагнул вперед к границе рунного круга. Он был так близко, что демон слышал, как бьется его сердца и как стремительно бежит теплая красная кровь по его плотскому телу. Урлф протянул огромный коготь и прикоснулся к брови человека. Это было легчайшее из касаний, его коготь лишь слегка погладил кожу человека, но внезапный выброс энергии изнутри круга отбросил Гридала, как удар молнии.

Гридал поднялся с земли, его голова трещала, а мышцы болели в сто раз сильней, чем после любого удара топора, который он переносил. Демон исчез, а там, где он стоял, земля почернела, как от огня. Он почувствовал сильный горький запах, какого еще никогда не знал. Взоры всего племени были устремлены на него, все молча стояли, разинув рот. Только волшебник Хама бессвязно бормотал, корчась в грязи. Топор Гридал потянулся к выпавшему из рук топору, впервые заметив борозды обгоревшей кожи образующие на предплечье грубый образ черепа — знак Кхорна. Его руки сомкнулись на рукояти топора — руки, которые были его, хотя уже не те широкие руки, доставшиеся ему от рождения. Они были черными и чешуйчатыми, с длинными когтистыми пальцами, очень похожими на когти Урлфдемона. Сжав в руках топор, он почувствовал, как грудь его переполнила энергия, голова очистилась, а вся боль испарилась. Он выпрямился в полный рост — став явно выше, чем прежде — и оглядел своих воинов с новой уверенностью и новым осознанием цели. Он был силен, он был могуч, и он знал, что несет на себе благословение своего бога, как и его знак. Он поднял топор над головой и проревел:

«Сделка была заключена!»

Чумоносцы

Чумоносцы, известные также как Прокажённые, Одноглазые гнилушки, Рогатые гнилобрюхи — пехотинцы легионов Нургла. Эти младшие демоны созданы из остатков душ тех смертных, что пали жертвой Гнили Нургла. Чумоносец несёт в себе отметины этой заразы сквозь вечность. Те немногие участки кожи, что видны из-за бесчисленных язв, имеют гнилостно-зелёный и тошнотворно-коричневый цвет. Из единственного глаза чумоносца постоянно сочится гной, а изо лба торчит одинокий рог — клеймо Гнили Нургла.

Чумоносцы наделены перекошенными распухшими лицами, хитро смотрящими поверх их тощих от голода тел и раздутых животов, из глубоких ран которых вываливаются органы. Во время боя они могут изрыгать отвратительную смесь из внутренностей, личинок и гноя. Покрытые тошнотворными выделениями, Червивые не знают боли, поскольку они наслаждаются приближением смерти, каждым мгновением бреда и голодной лихорадки. Они вооружены изогнутыми чумными мечами (Plagueswords). Эти изъявленные ржой, изношенные железные клинки покрыты омерзительной мертвящей слизью, чьё касание несёт болезнь и смерть. Не существует двух мечей с одинаковым заболеванием, поскольку Дедушка Нургл радуется, когда противнику даруется всё разнообразие его благословлений. В результате жертва клинка равно может проявить признаки относительно безобидной простуды, или же умереть от смертельной Плачущей Лихорадки или разъедающей душу Гнили Нургла.

Подразделения чумоносцев — самые дисциплинированные и эффективные отряды на поле боя, целеустремлённо ковыляющие в сторону выбранного противника, чтобы изрубить его своими чумными мечами. Если враг продержался достаточно долго и способен ответить, его удары возымеют небольшой эффект, поскольку искалеченные тела чумоносцев нечувствительны к боли и восстанавливают понесённый ущерб с пугающей быстротой. Вечная роль чумоносцев — направлять демонические орды Нургла, а также вести учёт заболеваниям, перечисляя болезни и инфекции в звучной песне, что трещит и отдаётся эхом в их клыкастых ртах, распределять подходящую заразу каждой новой жертве и пытаться сохранить порядок среди изначально сумбурного воинства. Выполнение этой тяжёлой обязанности привело к тому, что общеизвестным названием чумоносцев стало «Учётчики Нургла» (Nurgle’s Tallymen).

Отряды чумоносцев окружены назойливым гудением. Этот назойливый звук издают тучи жирных чёрных мух, что сопутствуют этим демонам и всё время мешают им рассчитывать постоянно изменяющиеся требования своего повелителя. Полчище чумоносцев, пытающихся посчитать всё зримое создаёт шум столь громкий и всепроникающий, что он сам по себе заставляет людей почувствовать себя нехорошо. И хотя в такой сумятице учесть что-либо наверняка невозможно, чумоносцы не отчаиваются и не бросают своих попыток — ведь они являются демоническим воплощением потребности смертных искать смысл в бессмысленном и равнодушном мироздании.

Чумоносцы не похожи один на другого ни обликом, ни способностями, поскольку одолевшая их Гниль Нургла различается по сроку и характеру своего протекания. Чем дольше жертва сопротивляется заразе, тем ценнее в глазах Нургла окажется получившийся демон. Из духа подобных сверхстойких смертных получаются Герольды Нургла, марширующие в демонических легионах живым подтверждением того, что даже самые стойкие среди лучших и лучшие среди стойких не могут бесконечно противостоять чуме и отчаянию.

Эпидемий

Эпидемий, также известный как Царь Червей, Важный чумовед, Надзиратель погибели, — избранный учетчик Нургла, один из семи Смотрителей Заразы, описывающий все хвори Повелителя Разложения. Задача учетчика не имеет завершения, и она требует массы бумажной работы, поэтому он перемещается на паланкине, чтобы снять с себя часть забот, а также, чтобы легче прокладывать себе путь сквозь полчища нургликов. Два десятка нургликов стремятся выполнить любую прихоть учетчика, хлопоча о запасах пергамента, управляя счетами с костяшками из мертвых голов, добывая чернила и даже оберегая Эпидемия от опасности, если безрассудный враг подойдет слишком близко.

Учетчик не терпит ни безделья, ни помехи от своих помощников, которые, в отличие от всех прочих нургликов, остаются полностью немыми в то время, пока их повелитель занят работой, поскольку не хотят вызвать гнев хозяина. Подобно Нурглу, Эпидемий ненавидит, когда его отвлекают от серьезных проблем, связанных с жизнью и смертью. Единственные слышимые звуки — это хлюпающие движения нургликов, влекущих паланкин, и бесконечный скрип пера учетчика, пытающегося успеть отследить деяния своего творца.

По мере продвижения паланкина Эпидемий обозревает развитие и роскошь творений Нургла со своего мягкого ложа, делая пометки о количестве жертв и скорости распространения, равно как о вторичных признаках болезни — странной расцветке или запахах. Эти данные, структурированные надлежащим образом, имеют огромную ценность для Дедушки Нургла, помогая ему создавать новую жуткую напасть. Болезнь должна быть описана с абсолютной точностью и вовремя, чтобы ее можно было использовать и в дальнейшем.

Путь Эпидемия через владения смертных и бессмертных непредсказуем, так как он следует зову чумы. Во время возрастания могущества Нургла у него больше всего забот, поскольку сила Повелителя Заразы изначально связано с приливами и отливами болезней. Армейские лагеря с плохой гигиеной и неописуемыми хворями, что неизбежно следуют за ними, означают завал работой для учетчика, но в то же время даруют ему редкую возможность изучить самые необычные заболевания.

Величайший интерес для Эпидемия представляют фобии и мании, коим подвержены целеустремленные или ищущие славы души. Разъедающая зараза Нургла не только разрушает телесную оболочку, но и наполняет скверной сам дух жертвы, уничтожая его чувство правильного восприятия действительности и моральные нормы столь же жестоко, как и его плоть. Наблюдение за таким падением — редкая привилегия. Искушенный зритель, а нет зрителя более искушенного, нежели гнусный Эпидемий, может прочитать растерзанные и испачканные остатки души, покидающие смертную оболочку, похищая любые тайны и подпитываясь частью истекающей силы. В знак благодарности свита Эпидемия звонит в колокола и бьет в гонги, когда душа полностью гибнет, направляя дух смертного в заботливые и приветливые объятья Дедушки Нургла.

Эфир

Эфир — это воплощение Хаоса в чистом виде, это тот мир, из которого он произошёл и одновременно материя из которой состоит он и существа, обитающие там, это то, что мы называем магией, её суть и форма, это то, что разуму простого смертного никогда не постичь в полной мере, именно поэтому Хаос — корень всей магии мира, тех таинственных ветров, что дуют из Северных Пустошь и дают колдунам и волшебникам всех рас энергию, которую те преобразуют в заклятья.

Во времена до прихода эльфов и гномов планетой правили Древние. Могущество их магии было божественным, с её помощью они создавали континенты и возвышали отдельные расы. Но когда случилась катастрофа, и Небесные Врата разрушились, источник их магической силы вырвался и первозданный Хаос хлынул в мир, а маги различных рас стали практиковать свои таинственные практики.

Выдержки из Либер Хаотика

И случилось так, что мои мольбы были услышаны, и Посланник явился предо мной. Одновременно ужасен и таинственным образом прекрасен был он: глаза его были пустотой, что горела сапфировым пламенем, огромные крылья вырастали у него из-за спины, поднимаясь высоко над его головой, а поверхность их мерцала перламутром. Он протянул свою руку и повелел мне следовать за ним в Эфир, и я пошёл, по тропам, что никогда не существовали, в место, которого не должно быть.

Он вёл меня далеко на север, туда, где со времён возвышения людей стояли открытыми Врата Конца Времён. Там заглянул я в царства бессмертных и узрел четыре великих трона на бесконечных плоскостях забвения. Я спросил Посланника: «Чьи это троны?», и Посланник молвил мне: "Это троны древних сил; духи прелюбодеяния, ярости, отчаянья и изменчивости. Одновременно и троны и владения они — братья-боги и князья смертных душ.

От тронов сих проистекало пренебрежение, которое притягивало к себе сердца и умы всего человечества, потому как в них одновременно были величайшие силы, и величайшие слабости людей. Заходясь в танце вокруг этих тронов, я узрел само видение жестокости: беспощадных демонов, чьи лица были полны ярости, с клыками, выступающими из раскрытых пастей. Глаза их горели, словно солнце в пустыне, и все ужасы рода человеческого вытекали из их сжимающихся губ.

Затем я почувствовал, как шипы отчаяния пронзают моё сердце, и страх перебил моё дыхание. Я молил Посланника увести меня из этого места жестоких богов и князей демонов, и вместо всего этого показать врата в земли благих богов. Как долго я жаждал утешения от привычных для меня божеств! Но Посланник лишь улыбнулся и в этой улыбке я узрел отражение всей злобы, всей печали и всей жестокой прихоти этого мира. Он молвил мне, что нет более врат кроме тех, что стояли пред нами, и что есть лишь одно царство за Этими Вратами.

Я отступился от него, потому что веровал, что он, конечно же, говорит ложь, и я напрямую сказал ему об этом.

- Если это единственное царство, — молвил я, — то где же тогда Дворец Золкана, или Исцеляющие Озёра Шаллии? Где Охотничья Угодья Таала и Лазурная Крепость Мананна? Где Небесные Храмы богов людей? Ведь я вижу пред собой лишь Троны и Владения Хаоса.

А затем Посланник казалось, вырос до небес, так что голова его затмевала бледное солнце, а его мерцающие крылья заслонили своды небес.

- Есть лишь одни Врата, — повторил он вновь, — и лишь одно царство лежит за ними. Истинно, что пред тобой лежат грани Тьмы, но также, и в то же время, бесконечные ряды Света простираются над тобой.

Затем Посланник начал постепенно исчезать из виду, становясь прозрачным, словно туман, отгоняемый ветром. Его прощальные слова были подобны острому кинжалу, пронзающему сферу созданную из моих ложных надежд.

- Смертные видят многое, но понимают лишь малую часть. Потому как божественное изменяет царства смертных, чтобы они соответствовали своему предназначению, так и царства смертных изменяют божественное посредством их действий и стремлений. Ты смотришь в Эфир, желая получить подтверждение существования Света, или боясь обнаружить там Тьму, однако Эфир не Светлый и не Тёмный, исключая лишь тот случай, когда смертные создают его таковым. А затем Посланник исчез.

Услышьте мои слова, все вы, читавшие это, ибо я смотрел в Бездну и мой взгляд изменился. Теперь я вижу всё, что было скрыто. Я видел все миры, и секреты что скрывали от нас боги и меньшие люди теперь хлеб и вино моего сердца. Никогда больше не буду я кропотливо вникать в детали мелочных недоразумений полученной мудрости. Истина будет моим спутником с этого дня, потому как повязка была снята с моих глаз, и я видел надежду на наше избавление.

Наконец то я могу быть прощён, потому что, наконец, я могу видеть, что я был грешником.

О делах Тайны и Магии

Так как большая часть этой секции моего исследования связана с Тзинчем, повелителем всей магии и колдовства, я думаю, что это будет подходящим, если я помещу здесь, то, как я пытаюсь проанализировать эти чуждые и тайные дела, касающиеся заклинаний и колдовства.

Во-первых, очень важно знать различия между тем, что называют магией и процессом сотворения самих заклинаний. Магия, как уверили меня мои коллеги-магистры, на самом деле — истинное имя энергии изменения как таковой, этой странной силы, что магистры воспринимают как восемь ветров магии. Магия — не процесс сотворения и практики заклинаний, как некоторые полагают.

Сотворение заклинаний — взаимодействие между метафизическими энергиями магии и физическими предметами царства смертных, контролируемое и направляемое понимающим существом — будь то человек, эльф или кто-то ещё. Есть множество различных видов и методов сотворения заклинаний, от волшебства магистров Империи, до кошмарного колдовства служителей Хаоса, но я рассмотрю их немного позже.

Магия уникальна сама по себе. Это не сочетание других, предсказуемых и понятных сил которые существуют в царстве смертных. Магия — абсолютно неестественная вещь, которая проистекает из бессмертного измерения Эфира. Хотя, по большому счёту, магия — сама материя, из которой составлен Эфир, нужно держать в голове, что магия — эфирная энергия воплощающая себя в царстве смертных.

В самом Эфире предположительно нет, каких либо правил или законов, таким образом, жёсткие различия между цветами магии и тем, что эти цвета воплощают, нельзя различить, как это было бы, когда эфирная материя преобразуется в магию и входит в царства смертных.

Магия имеет силу изменять как материю, так и мысль, тело и разум, так как магия превосходит границы между плотью и духом. Также как огонь имеет силу обжигать и пожирать, Цветные Ветра Магии, что дуют из северных краёв, не есть движение воздуха или газа, но движение гибельной и коварной энергии изменения.

Цветные Ветры Магии

Несмотря на тот факт, что в Эфире нет физических законов (или, по крайней мере, нет законов, которые не могут неожиданно и беспорядочно изменяться), когда магия просачивается в наш мир по ту сторону Пустошей Хаоса, она оказывается связанной определёнными ступенями законов царства смертных.

Хоть я и не могу объяснить, почему это происходит, я предполагаю, что этот процесс идентичен (но обратен) тому, когда смертные создания проходят через Северные Врата в Эфир. Когда плотское сталкивается с духовным всегда происходит, какое либо изменение, и когда по какой-то причине дикая эфирная материя (магия), вырывается из Северных Врат и проникает в нашу реальность, она становится видимой (по крайней мере, для тех, кто обладает магическим зрением), и разделяется на восемь различных цветов — Восемь Ветров Магии.

Но как и со всем что имеет отношение к Хаосу, ситуация не столь ясна как это может показаться с первого взгляда. Поскольку восемь Колледжей Магии были названы в честь Восьми Ветров Магии, в Империи возникла ситуация при которой Ветра Магии часто путают с видом или практикой магистров Колледжей которые изучают их.

И в самом деле, имеется некоторая путаница с настоящим цветом каждого Ветра в отдельности, обычных имён даваемых большинству магистров определённого цвета, и истинной руной Хаоса для каждого из Ветров Магии (взятых из Анаквейдн, или Лингва прастантии — являющейся языком демонов и богов). Это осложняется тем, что эти цвета — больше чем просто тени и краски, они — разделённые представления и силы основных, хотя и не ощущаемых нами, аспектов смертного мира — будь эти аспекты силами, физическими или абстрактными предметами.

В пример можно привести Зелёный Ветер Магии, который притягивается, и поглощается всевозможными формами растений и жизни. Его рунное имя — Гиран, но, несмотря на это, Колледж магистров изучающих Гиран часто называют Нефритовым Колледжем. Чтобы ещё более запутать дело, были некоторые учёные, которые утверждали, что магия Нефритового Колледжа — магия жизни, что само по себе вводит в заблуждение, поскольку данное утверждение не даёт точного определения тому, что называют жизнью (конечно же, это не может значить жизнь животных, поскольку это сфера совершенно другого цвета), как и не объясняет для чего может быть применена подобная магия.

В попытке пролить свет на это дело, здесь приведён список всех цветов магии, вместе с наиболее часто употребляемыми именами, которые с ними связывают. Также здесь приведены их рунные имена, в дополнение к объяснению того, где эта магия чаще всего используется (как стало мне известно из последней уцелевшей копии Магисторум Хаотика, а также со слов моего коллеги и друга, магистра-патриарха Верспрасиана Канта из Светлого Колледжа.

Хиш

Это эфирное объединение и метафизическое представление света — включая то, каким образом он используется и абстрактные вещи, которые иногда представляют в виде света. Хиш — магия вдохновения, представление возвышенности и понимания в их наиболее общих чертах. Она неосязаема, вездесуща и всемогуща, но требует полной концентрации силы воли и абсолютной уверенности разума для её использования.

Изучение того, как нужно управлять Хишем, описывается больше как путешествие саморазвития, чем что-то другое, также изучение Хиша связано с очень длинными молитвами и медитативными заклинаниями, созданными для концентрации сознания и успокоения духа. Магистры Хиша уважаемы как бесподобные философы, а послушники Светлого Колледжа сделали некоторые из величайших философских открытий человечества.

Хиш не так сильно связан со знанием и фактами, как с мудростью и истиной. Хиш требует от нас лишь познания самих себя. Кому-то смотрящему на Хиш со стороны он может показаться ослепительным и всепоглощающим в своём величии, но тот, кто погрузил себя в Хиш, видит, как вся тьма рассеивается и весь мир становится освещённым и ясным.

Хиш имеет множество применений, и более всего прославлен за свою силу исцеления и защиты. Магистры Хиша, или иерофанты как их ещё иногда называют, одни из самых мудрых людей, неистово противостоящие Хаосу демонов-богов во всех его бесчисленных обличиях. Если Хиш уравновешен и неизменен, то Хаос — беспорядочная энтропия, и если Хиш стоит за милосердие и самоосознание, Хаос поддерживает полное отсутствие контроля, а также смятение и безумие. По этой причине, магистры Хиша известны за свои способности заклинать и изгонять демонов из царств смертных.

Азир

Лазурный ветер магии, и сверхъестественное стремление Эфира к вдохновению и тому, что недостижимо. Азир — творчество и желание чувствовать. Азир строится на неизведанном, и пытается найти истину в неизвестности. Он находит и создаёт значение и легенду в вещах, которые не имеют значения и легенд. Азир желает выразить невыразимое.

Азир заглядывает в будущее, и потому, все магистры Азира благословлены даром прорицания. Азир воплощает в себе стремление к знамениям, и его магистры — эксперты в толковании снов и рунном гадании. Они — оракулы и провидцы, предсказатели судьбы и пророки. Они также являются великими теоретиками, которые оперируют больше огромными логическими скачками, чтобы делать великие открытия, чем анализом труднодоступных суждений и ошибок, которые приводят в восторг магистров Чамона.

Азир иллюзорен, и после прохождения в нашу реальность через Северные Врата он быстро рассеивается в верхних слоях воздуха, становясь сверхъестественным облаком тумана, видимым только теми, кто обладает магически зрением. По этой причине магистры Азира известны за своё пристрастие к наблюдению за звёздами, и считаются астрономами и астрологами которым нет равных. Несомненно, именно за это необразованный люд Империи частенько называет их небесными магами.

Так как ветер Азир прорывается из вечных Царств Хаоса через отдалённые небеса, предполагается, что магистры Азира предсказывают важные события, по тому, как небесные тела деформируются перемещающимся облаком лазурного света Азир.

Чамон

Жёлтый Ветер, эфирное представление логики, желание измерять и направлять, а также желание структурированного изучения. Чамон — воплощение анализа. Чамон связан с эмпирическими исследованиями и экспериментами (стремление воплощённое бесконечным поиском человеческих мудрецов старающихся открыть алхимическую формулу, которая обратит основные металлы в золото)

Чамон считается самым многообразным из Ветров Магии, который притягивается к металлу так же как вода сбегает вниз с крутого склона. Говорят что плотность — элемент, и Чамон влечёт к нему больше всего — а это в свою очередь объясняет, почему золото и свинец так часто используются в магических экспериментах: один как магический проводник, а другой как магический изолятор.

В дополнение к тому, что они являются волшебниками несравненной силы, магистры Чамона также последователи науки, которые желают исследовать естественные законы вселенной, и неестественные законы магии, а также влияние, которое они оказывают друг на друга. Можно даже сказать, что магистры Чамона пытаются найти следы Эфира, которые как они верят, присутствуют во всех материальных вещах, и отыскать способ раскрыть все их безграничные возможности.

Не является неожиданностью и то, что магистры Чамона считаются лучшими алхимиками за исключением тех, что живут на острове Ултуан. Они близко сотрудничают с нашими Имперскими инженерами и артиллерийскими школами, пытаясь создать более эффективные составы пороха, а также наиболее безопасные сплавы для создания величайших артиллерийских орудий нашей Империи.

Магистры имеют особую власть над всеми металлическими соединениями и элементами, а также могут с лёгкостью разрушать и ослаблять металлы, так же как и усиливать сплавы с помощью магии. Они так же являются самыми талантливыми создателями магического оружия на материке (конечно же, исключая гномов, чей навык в ковке оружия, магического или нет, затмевает даже величайшие достижение человечества в этой области).

Гиран

Зелёный ветер магии, эфирный импульс к росту, желанию растить и быть растимым. Гиран есть плодородие, и само эхо жизни.

Гиран вырывается из Северных Врат и, как говорят, ливнем обрушивается на землю, где те, кто обладают магическим зрением, могут видеть, как он собирается в озёра и стремительные водоёмы. Эти озёра и потоки постепенно превращаются в реки, текущие почти, так же как и настоящая вода. Говорят, что когда Ветра Магии дуют особо сильно, улицы каждого города затопляются течениями Гирана, бегущими по булыжным мостовым как бесплотный поток, который обычный человек никогда не сможет ни увидеть, ни почувствовать. Поэтому, говорят, что Гиран притягивается к рекам, водным путям, озёрам и родниковым ключам нашего мира. Эта вода протекает через корни всех растений, и питает все живые существа.

Считается, что магистры Гирана (или нефритовые маги, как они известны большинству), наиболее чувствительны к естественному порядку природы, и поэтому мало времени проводят в пределах городов Империи. За их искусство и любовь к силам природы и живым существам, магистров Гирана часто призывают бороться с вредом для посевов и растений, или для того, чтобы вылечить бесплодную землю. Поскольку эти магистры прикованы к капризам растительной жизни по всему миру, их собственная магическая сила прибывает и идёт на убыль, как и времена года. Они сильны Весной, наиболее могущественны Летом, начинают терять свою силу Осенью, чтобы окончательно ослабеть Зимой.

Гур

Коричневый Ветер, животный дух Эфира. Он — дыхание диких животных. Он — хищник и жертва. Гур — эфирное представление животных и диких мест. Это дикий ветер, такой же безрассудный, как и свободный от злобы. Он абсолютно нечеловеческий. Гур не дует там, где отбрасывают свои тени стены и башни цивилизации, но в глубоких лесах и зубчатых горных пиках, где обитают лишь дикие животные. Говорят, что, открывая свой разум Гуру и уча секреты его магистров, становятся одним целым с существами тёмных лесов.

Неудивительно, что магистров Гура считают отшельниками, предпочитающими компанию зверей их собственным людям. Они предпочитают избегать любых поселений до тех пор, пока нужда не заставит их выйти из лесов и гор. Из-за этого, я был более чем признателен Магистру Сетанту Лобасу, Патриарху Янтарного Колледжа Гура, за помощь, оказанную мне в моём исследовании омерзительных и неестественных зверолюдей.

Несмотря на то, что Магистр Лобас выглядел, как обычный человек, магистры их ордена известны за свой звериный вид, взъерошенные волосы и одежду из грубых шкур. Есть также те, кто верит, что янтарные маги могут обращаться в зверей. И хотя я сам никогда этого не видел, у меня нет причин не верить этому утверждению.

Магистры Гура повелевают зверьми и могут вселять животный ужас в людей. Говорят, что они познали дикое сердце, что лежит под маской цивилизации, прячущей животную натуру в каждом человеке. Магистры Гура также могут призывать силу, скорость и обострённые чувства диких животных себе на помощь, когда им будет нужно.

Акши

Алый Ветер, эфирное единение опыта и воплощения страсти, в самом широком смысле этого слова. Акши — сама дерзость, бесстрашие и восторг. Акши — пламя, согревающее сердце и зажигающее огонь в наших душах. Акши — пламя, изгоняющее тьму.

Акши дует с севера как жаркий и горящий ветер. Он привлекается любыми проявлениями страсти и спора, восхищения и силы. Постоянная теплота действует как водоворот для Акши, таким образом, обряды магистров Акши почти всегда включают в себя огонь. За это магистров Акши знают как сияющих магов и пироманов, потому что они могут повелевать огнём, природным или нет. По существу, магия Сияющего Ордена является наиболее эффектной и впечатляющей для обычных граждан нашей Империи. И не случайно магистры Сияющего Ордена стоят над другими магами в делах, в которые вовлечены военные действия.

Сотворение магии Акши очень агрессивно и энергично по своей природе. Сияющие маги могут призывать что угодно, начиная с огненных шаров и заканчивая неистовыми инферно, чтобы поразить своих врагов. Искусство пиромании (как иногда называют управление силами Акши) не изысканно, и там где его применяют, великие изменения или великая гибель следует за этим, намеренно или нет.

Улгу

Серый Ветер Магии, эфирное воплощение чувства потерянности и смущения. Он — дезориентация и естественная обманчивость. Это истина, изменённая плотнейшим туманом, это чувство тайны которое приходит вместе с утренней дымкой. Улгу — замешательство и мистификация. Это загадка, дилемма, и парадокс.

Хотя его и считают одним из Ветров магии, Улгу больше похож на густой и непроницаемый туман, стелящийся по земле, и вызывающий чувство недоверия и смущения в обычных людях, которые проходят сквозь него. Улгу притягивается естественными туманами и мглой нашего смертного мира, и полагается на леденящую тишину в воздухе, укрывая всё дымчатыми тенями.

Магистры Улгу, или серые маги как их часто называют, в большинстве своём иллюзионисты, специализирующиеся на тех заклинаниях, что управляют восприятием и эмоциями. Их силы, хотя и существенные, не очень хорошо показывают себя перед обычными людьми, так как их все их заклинания — тайные, иллюзорные, смущающие, и подчас ведут к невидимой смерти.

Есть те кто презирает серую магию, и считает её бессмысленной и не находящей себе применения, но я в свою очередь хотел бы указать им что Меняющиеся Острова на побережье Ультуана — демонстрация силы Улгу. Сколь многие из наших величайших навигаторов разбились о постоянно меняющиеся островные скалы, и как много вторжений в царство Ультуана, будь это налётчики из жестоких Норска, или один из амбициозных лордов нашей великой Империи, были остановлены без потерь со стороны эльфов, просто благодаря Меняющимся Островам?

Шаиш

Пурпурный Ветер Магии, эфирное воплощение прохождения времён, окончаний и смерти. Шаиш — трепет перед неизвестностью, всесознающий страх жизни и ужас смерти. Но Шаиш также является почтением и уважением, это не божественная аура, что смертные отбрасывают на все те вещи, которые они считают священными. Шаиш — понимание скоротечности жизни, и в то же время это вера в то, что есть что-то большее, чем мы — знание, что мироздание само по себя вечно, даже если всё находящееся в нём нет. Шаиш — ядовитое испарение, где всё вышеперечисленное сливается воедино.

Шаиш — марионетка в руках проходящего времени. Он дует из прошлого, потому что прошлое закончилось, и его больше нет, затем через настоящее, потому что окончания и ожидание смерти присущи самой жизни, и, наконец, в будущее, так как будущее неизбежно ведёт к концу и смерти. Шаиш — наши воспоминания о прошедших днях, принятие тех дней, которыми мы сейчас живём, и наша жажда дней которые ещё только могут прийти. Некоторые сравнивают Шаиш с судьбой, так как он не управляет тем что, было, есть, и будет, но пронизывает и влияет на эти вещи с абсолютной близостью.

Сильнее всего Шаиш дует там, где чему-либо суждено встретить смерть, или где что-то заканчивается. Его притягивают поля сражений, где люди должны принять или подчиниться смерти, потому что все воины принимают возможность своей кончины как часть их обыденной жизни. Шаиш появляется в местах казней, и в тишине опускается на кладбища, где плакальщики собираются в своей жажде и воспоминаниях. Сильнее всего Шаиш проявляет себя наиболее очевидных переходов — на рассвете и закате, так один является концом ночи, а другой окончанием дня. Его время — весна и осень, а также равноденствие лета и зимы, так как они отмечают самый долгий и короткий из всех дней года, и более того, начало конца каждого из этих времён года.

Магистры Аметистового Ордена Шаиша близки со смертью и всеми видами завершений. Они известны за свою философию, которая приказывает им не начинать никаких событий или планов, лишь завершать их. Они всегда говорят лишь последнее слово.

Когда человек достиг полной зрелости, и была пересечена та черта, когда рост заменятся старением, магистры Шаиша могут видеть его медленное увядание, когда смерть подходит к нему всё ближе и ближе, секунда за секундой, час за часом, день за днём. Они видят приближение конца всего, что живёт.

Эти магистры могут даже видеть призраков и души что путешествуют между этим и другим миром, а также могут общаться с ними, но после воплощения эта возможность уходит, по крайней мере, так они говорят, добавляя, что эта душа была поглощена или принята одним из многих богов и демонов. Существуют те, кто обвиняют аметистовых магов в некромантии, но это — ложь. Так как некроманты отрицают смерть и боятся завершений, в то время как послушники Шаиша принимают смерть и избирают завершение. Но, несмотря на это, Орден Шаиша остаётся обвиняемым в связях с силами тьмы.

Высшая и Тёмная Магия

Есть два вида магии, которые сами по себе более могущественны, чем предыдущие восемь цветов, хотя и не являются ветрами. Хотя эти два вида магии и имеют различительные оттенки (по крайней мере, для тех, кто обладает магическим зрением), они — не отражения эфирной энергии каковыми являются предыдущие восемь цветов.

Кхаиш — сила, которую магистры и волшебники по всему миру знают как высшую магию. Это магия в её чистейшей форме — сила созидания как таковая. Кхаиш — творческая и созидательная сила, которая окружает всю вселенную, духов, движущую силу и достоверность всех остальных цветов. Кхаиш можно представить как все цвета магии собранные воедино и действующие в тандеме, но не теряющие своей уникальности и особых свойств.

Заклинания высшей магии используют элементы всех ветров магии сразу, используя их как единое целое. Таким образом, высшая магия более многогранна, чем все другие формы магии, и заклинания, сплетённые с её помощью определённо одни из самых могущественных. Ссылаясь на знания Колледжей магии, высшая магия слишком обширна, слишком сильна, и слишком дика для человеческого разума, чтобы ею управлять. Все существенные трудности, что возникают при плетении заклинаний с любым из восьми отражённых цветов магии, восьмикратно увеличиваются, если вы имеете дело с высшей магией. Это, конечно, не означает, что магистры не могут учить определённые заклинания, объединяющие каждый цвет в отдельности, это просто значит, что человеческие магистры находят практически невозможным плести заклинание высшей магии, которое использует множество, или, возможно, все цвета магии сразу.

Будет достаточно сказать, что только эльфы и, конечно же, некоторые другие древние расы используют высшую магию с каким то успехом или систематичностью. Например, гномы, хотя и не предрасположенные к магии как таковой и неспособные накладывать заклинания, всё же, несомненно, могут заключать Кхаиш в руническую форму — но подобные вещи, конечно же, являются сферой деятельности лишь величайших рунных кузнецов. Подобные руны называют Старшими.

Дхар — наиболее пугающая и опасная из всех эфирных энергий, потому как Дхар — тёмная магия. Как и его противоположность, Кхаиш, Дхар — смесь всех цветов магии, но там где Кхаиш созидателен и полон возможностей, Дхар абсолютно разрушителен и лишает этих самых возможностей. Он в полной мере печётся лишь о своих интересах. Если Кхаиш можно считать чистейшей материей мечты, то Дхар будет диким веществом ночных кошмаров.

Где Кхаиш можно видеть, как неделимое сочетание всех цветов магии действующих друг с другом в совершенной гармонии, Дхар — результирующая от собрания всех цветов магии для застоя. Ни один из восьми цветов магии не сохраняет какие либо независимые признаки в Дхаре, они собраны воедино лишь для того, чтобы гнить.

До сих пор остаётся непонятным, почему образуется тёмная магия, но там где ветра магии перестают дуть, и их цвета собираются в лужи и водоёмы, тёмная магия начинает процесс подобный брожению. Это магическая энергия, которая слишком долго оставалась заключённой в материальном мире и потеряла всю свою жизнестойкость и способность к созиданию. Если Дхар будет слишком долго собираться в определённой области, и не будет побеспокоен или использован, он становится всё плотнее, подминая под себя всё больше и больше временных законов, пока, наконец, не застывает в чрезвычайно редкую и опасную субстанцию, которую учёные нашей Империи называют Варп Камнем.

Дхар можно представить как эфирную энергию, которая вместо раскрытия возможностей в физических вещах и перевода их в новые формы и состояния, душит и ломает их на составные части. Магистр может заявить, что, несмотря на то, что Дхар не зло, как и Кхаиш не является добром (так как оба — слепые силы и находятся в стороне от подобных вещей), Дхар видится как что-то, почти полностью направленное на разрушение, подавление и господство над материальными вещами, в то время как Кхаиш (а значит и восемь его составляющих) усиливает, пронизывает и пробуждает материальное.

По этой причине Дхар притягивается к тем созданиям, что хотят навредить другим живым существам или всему миру в целом. Несмотря на то, что Кхаиш и Дхар являются элементами Хаоса, а потому катализаторами кружащей энтропии, Дхар продвигает энтропию бесконечных периодов разрушения, а Кхаиш — продвигает периоды созидания и приспособления. Дхар течёт подобно застоявшейся смоле, и любое создание, к которому он притянется, будет медленно поглощено его тёмными и вязкими глубинами. Такое состояние дел показывает что Дхар — одна из самых разрушительных из всех эфирных сил, которая может быть использована лишь самыми жестокими или жаждущими силы заклинателями.

Но цена за использование энергий Дхара воистину высока, потому как его не только трудно использовать и контролировать, как Кхаиш, но Дхар ещё и пытается поглотить того, кто им управляет. В то время как Кхаиш — энергия, которая требует от заклинателя искусности, уравновешенности, и сильной восприимчивости, если он хочет правильно её сплести, Дхар нужно заставить подчиняться, что требует величайшей силы разума, самоуверенности, которая доходит до мании величия, и абсолютизма воли, которого только люди воистину или почти безумные, могут надеяться достичь.

Сестра Мария Дювалиер из Приюта во Фредерхейме (эксперт в диагностике и лечении физических и духовных травм) уверила меня, что если даже самый благоразумный и уравновешенный из людей был подвержен воздействию этой пагубной энергии довольно долгое время, то можно быть уверенным в том, что немного погодя, эта энергия начнёт воздействовать на психическое состояние того, кто её использует. Это вызывает множество неблагоприятных симптомов, включая (но, не ограничиваясь) истерию, паранойю, резкую смену настроения, раздвоение личности, или возможно всё сразу. Из всех смертных созданий использующих Дхар, только Дручии (или тёмные эльфы) кажется имунны к вредоносным эффектам Дхара.


Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос
Warhammer: Хаос

При копировании материалов, активная ссылка на сайт You-Happy.Ru ОБЯЗАТЕЛЬНА!

Мнения пользователей


№1 написал: Сурт (9 октября 2009 00:00)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 19.04.2009
хавасятки, родные))))

всегда привлекало...


--------------------


№2 написал: Anonymus (9 октября 2009 00:53)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 17.06.2009
Мощная, очень мощная статья!


№3 написал: Basil (9 октября 2009 07:30)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 27.09.2009
В Warhammer не играл, однако статья заинтересовала...


№4 написал: Ланн-Кай (9 октября 2009 10:46)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 16.06.2009
Интересная статья и красивые картинки ay


№5 написал: Tanatos (9 октября 2009 13:40)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 14.07.2009
Всё классно и всё верно мы такие))))


--------------------


№6 написал: Arhont (9 октября 2009 14:52)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 10.08.2009
Хороший пост, и достойный финал серии.
Есть планы на будущии публикации?



№7 написал: Атанварно (9 октября 2009 16:16)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 18.08.2009
Какой гигантский пост fj
Пока его читаешь, Хаос успеет захватить душу wink


--------------------


№8 написал: Tanatos (9 октября 2009 21:22)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 14.07.2009
Смерть Императору(да простит автор поста снова наши разногласия с империей))))


--------------------


№9 написал: Adeptus Astartes (11 октября 2009 22:50)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 1.10.2009
voin Еретики вы будете уничтожены ! voin


--------------------


№10 написал: Tanatos (12 октября 2009 15:00)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 14.07.2009
Adeptus Astartes,
мечтать не вредно братец)))


--------------------


№11 написал: Adeptus Astartes (12 октября 2009 16:32)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 1.10.2009

Цитата: Tanatos
Adeptus Astartes,
мечтать не вредно братец)))


Мечты сбываются ! wink


--------------------


№12 написал: Tanatos (13 октября 2009 13:42)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 14.07.2009
Не спорю)но и у нас есть мечты)


--------------------


№13 написал: Morrigan (22 февраля 2010 09:33)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 4.05.2009
Пост отличный, а что среди картинок делает Несущий слово из Вахи 40000?
5+


--------------------


№14 написал: Аббадон (8 июля 2010 03:39)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 4.07.2010
Ересь!!! Дредноут вам в хребет, и лендрейдер меж рогов!!!

... +5 ))


№15 написал: Красный Дракон (5 октября 2010 17:55)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 5.10.2010
Burn the heresy Burn!! но картинки класс.


№16 написал: Dark Vesemir (10 января 2013 20:38)                  


Группа: Пользователи
Регистрация: 4.11.2010
Боже... Нет, понятно, что действие WH: Fantasy можно представить на одной из планет параллельно событиям сорок первого тысячелетия, но раз Империум и корабли, бороздящие космос и варп, не наткнулись на этот мир, так и не стоит упоминать ничего сорокотысячного. Это про комментарии.
Что до статьи, то... Она незавершенная. Много, качественно, но без конца. Нет завершения. Это не ваха-словарь или флаф-библия, где конец просто ни к чему. 


--------------------

Информация


Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.